Не только демоны умеют любить (СИ) - Хаан Ашира

Девушка фыркнула, но все равно было приятно. Она помахала всем на прощание и зашла в подъезд. Влад прислонился к стене плечом и неловко пряча руки, спросил:

— Ты это… не замужем? Парень есть?

И сразу веселое настроение погасло, сбилось.

— Есть, — буркнула Яра и зашла в лифт. Ждать, что он спросит еще, не стала. Дома зашла в пустую темную квартиру, воняющую спиртом и лекарствами, уронила Дашину сумку на пол, сползла сама и тихонько завыла, заскулила, враз пораженная затаившимся было черным горем.

Coda

Демон не мог просто ждать.

Бессмертный, бесконечно сильный — потенциально — он болел нетерпением как весенней простудой.

Пока нет редких вещей, зацепленных эмоциями, встроенных в новый мир — нельзя начать ритуал.

Но можно раскинуть сеть, пустить корни, опутать город и превратить его в часть себя, знать и чувствовать все, что происходит в каждом сантиметре его щупалец, а не только на сотню метров вокруг, как сейчас.

Демон отправил стражей искать тех, кто станет маяками.

Автономных, живых, полных энергии — чтобы привязать к ним себя, проникнуть внутрь и потом распустить обратно, зараженных демонским ядом.

Стражам было тяжело, но почти все справились.

Некоторых пришлось заменить.

5

Даша не только выпустилась из реанимации, не только сбежала из палаты, но и успела настрелять сигарет и теперь флиртовала с мальчиками в курилке у отделения пульмонологии. Это она умела всегда — сделать как-то так, что мужчины приносили все нужные ей прямо сейчас ресурсы. Хотя не была ни красива: полтора метра мальчишечьей фигуры, мелкий бес на голове, и сама вся мелкая как бесенок, ни сексапильна — никогда не носила юбки, не красилась, не умела томно мяукать. Скорее была «своей», тем и притягивала. Вероятно поэтому же собственно отношения у нее катастрофически ни с кем не складывались и в свои тридцать пять она никогда и ни с кем не делила дом. И кажется, была этим счастлива.

Яра была другой. У нее были те самые изгибы и золотые пропорции — с грудью-талией-бедрами, нежный голос, романтически вьющиеся волосы, лицо сердечком и губы идеальной формы. Она носила длинные тяжелые юбки с кружевным подъюбником, грубые ботинки и футболки с треугольными вырезами, куда можно было нырнуть взглядом и вынырнуть уже только посреди океана романа с Ярой. И тут-то выяснить всю тяжесть жизни с русской валькирией и редкость встреч с красной девицей. Сама красна девица старалась всегда не торопить события, чтобы кандидаты на руку и сердце успевали увидеть, что их ждет. И влюблялась редко. Сложно влюбляться в тех, кто делается слюнявым идиотом при взгляде на твою грудь и интеллект обретает только через пару месяцев.

Игорь очнулся быстрее прочих. Он и сам был привлекателен, и чужие чары уважал и даже иногда им поддавался, но ненадолго. И все, что отталкивало других — его пленяло. Ярина злость, ее гнев и ярость, увлеченность чем-то до полного забытья, какая-то очень старомодная романтичность в рамках реальности — как ее кружевные юбки с ботинками. Ярина слабость и сомнения в себе, когда все, что она может — только метаться и думать, что бездарна и ни на что не способна. Ярины упадки — когда она просто лежит в постели и смотрит сериалы один за другим. Ярины причуды — когда она начинает генеральную уборку в три часа ночи. По крайней мере, так Яре о своей любви рассказывал Игорь, и она ему верила. Зачем ему еще с ней связываться? Его, высокого светловолосого красавца с теплыми глазами под окнами поджидала бы целая очередь, надумай он устроить кастинг на роль девушки.

Правда это тоже говорил Игорь, и острая на язык подруга Дашка не раз сомневалась вслух, что ленивый фрилансер без собственного угла, переехавший из Тьмутаракани пару лет назад, привлечет хоть кого-то кроме старых дев с кошками. И то — лишь как выгуливатель кошек. Поэтому Даша редко бывала у них дома. Как-то так всегда получалось, что у Игоря образовывались грандиозные планы именно на тот вечер, когда она собралась приехать. Яра все понимала, но… любила.

Теперь Дашка осталась ее единственной опорой и жилеткой для слез. И было очень страшно потерять и ее тоже. Но судя по ее хохоту и явно не первой за день сигарете, это Яре больше не грозило. Она подошла и демонстративно достала из пакета и вручила подруге блок сигарет. И два больших апельсина. И пижамку с тапочками. Потом развернулась, чтобы уйти, подумала, сложила пакет и водрузила его сверху на гору гостинцев в руках у Даши. И теперь уже точно развернулась и ушла.

— Яр! Ну хорош!

Яра замедлила шаг, но все еще не оборачивалась.

— Слушай, меня в шесть утра из реанимации выпустили, а сейчас одиннадцать.

— Надо было к шести приехать? — Яра развернулась так, что взметнулась тяжелая юбка. — Я вообще думала вчера, что ты умерла. Алкоголичка!

— Они сказали, что это не алкоголь, просто совпало.

— Я слышала много анекдотов на эту тему, — но вернулась, помогла сложить Даше все вещи в пакет, помахала мальчикам, с отвисшими челюстями наблюдавшим эту сцену и потащила подругу вглубь больничного сада.

— Зато мне детокс сделали! — похвасталась Даша. — Вообще ни грамма похмелья. Всегда бы так.

— Очаруй реаниматолога. Или сразу нарколога, — посоветовала Яра.

— Ой, ну ты же знаешь… — Даша высмотрела самую кривую яблоню в строю и забралась на низкую развилку. Яра осталась стоять внизу, уперев руки в боки:

— Ты мне зубы не заговаривай. Ты думаешь, я тебя от никотиновой ломки примчалась спасать?

— А от чего? — Даша потянулась за маленьким зеленым яблочком на ветке над ней. Как только она привставала, яблоня чуть-чуть выпрямлялась и яблоко ускользало наверх.

— Вообще-то ты вчера вырубилась на самом интересном моменте. Увидела расклад, ахнула и отбыла поездом в Вальгаллу. А там моя судьба решалась.

— Не решалась, а открывалась. И не в Вальгаллу, у меня меча не было. Во всех смыслах, — Даша на секунду прекратила танталовы попытки добраться до яблока и подмигнула Яре. — Туда, знаешь, только мальчиков пускают.

— Ты от темы уходишь или мне кажется? — У Яры уже начала затекать шея, но было любопытно, кто победит — яблоко или Даша. — Знаешь, я вчера проходила на обратном пути мимо той больницы…

— Какой больницы? — Даша додумалась встать одной ногой на развилку и потянуться к яблоку. Было видно, что ее еще слегка шатает от слабости.

— Хватит! — вскрикнула Яра, когда та чуть не свалилась, не вовремя выпустив ветку. — На кой сдалось тебе это чертово яблоко? Что я буду делать с твоим повторным трупом?

— Ну и ладно, — Даша вновь умостилась в развилке, но одним глазом на вожделенный приз продолжала поглядывать. — Так что за больница? Я вчера что-то интересное пропустила?

— Ты вчера нажралась вроде после того, как я сказала, что Игорь ходил на диспансеризацию. По ДМС. На халяву, они сами позвонили. Ты представляешь, чтобы ДМС само что-то предлагало? Бесплатно?

— Так. Что-то припоминаю. И что?

— Я вчера проезжала мимо этой больницы сначала на Скорой и там ребята сказали, что в ней народ часто мрет, они туда не любят возить. А потом шла ночью мимо и знаешь, она такая зловещая…

— Яр.

— А?

— Ты серьезно сейчас?

— Что?

— Зловещая больница отправляет приглашения на диспансеризацию, потом эти люди пропадают, а еще там люди умирают. Газета «Третий глаз», как меня похитили инопланетяне ради секса.

— В моей голове это в какую-то другую картинку складывалось, — огорчилась Яра. Она подпрыгнула, уцепилась за ветку яблони, подтянулась и сорвала упрямое Дашино яблочко. И тут же плюхнулась на траву, ехидно улыбаясь.

— Вот зараза, — восхищенно протянула Даша. — Это месть за мое трезвомыслие?

— Да вот твое трезвомыслие у тебя только пока ты трезвая. Тут сразу и черных трансплантологов не бывает, и Игорь небось к любовнице просто сбежал, ты еще скажи, что гороскопы врут. А как нажрешься, так «где мои карты» и Путин — рептилоид, у тебя доказательства есть.