Подмена в Академии, или Личная проблема инспектора - Елена Сергеевна Счастная

А особенно для девушек, вроде нас с вами. Хотя мужчины вообще мало думают о наших чувствах, верно?

Я на миг отвернулась и закатила глаза — похоже, от небольшого количества “коктейля” Астера начала впадать в меланхолию.

— Мы просто по-разному воспринимаем одни и те же вещи, — ответила, пытаясь проявить вежливость и поддержать беседу. — Отсюда и недопонимание.

— Вы правы, у нас даже развлечения разные, — кивнула девушка. — У них они порой более жестокие, — она помолчала, бросив на меня взгляд искоса. — Знаете… Я думала говорить ли вам, ведь я не знаю, каковы ваши отношения я Виллемом Ромбергом, но сегодня, к сожалению, мне довелось узнать о нём один неприятный факт.

“Ну, начинается, — вздохнула Неала. — Может, у него есть невеста? Это значительно облегчило бы нам жизнь”.

Я слегка напряглась.

— Говорите уж, раз начали, — бросила раздражённо.

Все эти дурацкие уловки прожжённых сплетниц, нацеленные на то, чтобы заинтриговать и вызвать сомнения, всегда меня бесили. Да говори ты прямо, зачем уже ходить вокруг да около!

— Гхм, — наигранно замялась Астера. — Сегодня во время прогулки с молодыми людьми в саду, мне пришлось ненадолго отойти, а когда я вернулась, то услышала часть их разговора. И обсуждали они то, что Виллем Ромберг рискует проиграть в споре.

— Споры Виллема меня не касаются, — передёрнула я плечами.

— Как раз вас он и касается, — сразу возразила Астера. — Я расспросила одного из его приятелей, а тот охотно рассказал, даже похвалился, что они с Виллемом поспорили — на вас.

— В каком смысле? — я не сразу заметила, что залпом допила свой коктейль и взглядом принялась выискивать Виллема среди гостей.

Наверное, чтобы сразу придушить.

— В смысле, что Виллем, так сказать, соблазнит вас до Бала Первокурсников. И выигрыш в споре довольно серьёзный, — весьма довольная собой, подытожила девушка. — Я долго думала над этим и решила, что вам нужно знать. Мало ли какие надежды вы на него возлагали.

“О-о, — протянула драконица заунывно, — тогда многие его поступки становятся объяснмыми”.

Пожалуй, да. Сейчас я честно и вполне уверенно могла сказать себе, что каких-то особых чувств к Виллему не испытывала. Да, с ним интересно иногда поболтать и прогуляться, если он удерживается от поползновений. К тому же я надеялась, что Виллем поможет мне в тренировках связи с ипостасью… Это могло перерасти по меньшей мере в дружбу, поэтому узнать о том, что его отношение ко мне было насквозь фальшивым, оказалось, мягко говоря, неприятно.

— Если вы мне не верите… — осторожно добавила Астера, — можете спросить у него лично. Думаю, если это правда, он в итоге признается.

Словно почуяв, что мы говорим о нём, Виллем, оставив своих друзей, вновь направился ко мне, а вот Астера деликатно испарилась, давая мне возможность что-то у него выяснить. Если этот человек и правда меня обманывал, общаться с ним дальше будет очень проблематично.

— О чём сплетничали? — Виллем поднёс мне ещё один бокал.

Я взяла его, но пить не стала, зато почувствовала, как взгляд мистер Аймора, который по-прежнему был поблизости, но предпочитал наблюдать со стороны, впился мне в затылок.

— Ну как, большой выигрыш тебе посулили за то, что ты уложишь меня в постель до осени? — выдала я напрямую.

“Эй, ну ты даёшь без разгона! — изумилась Неала. — Дипломата из тебя не выйдет. Просто знай об этом”.

Виллем как-то сразу побледнел и забегал глазами, придумывая, видно, что мне ответить. Похоже, он сразу понял, что отпираться нет смысла, и так он только глубже себя закопает, потому смирился и вздохнул так тяжко, будто только что узнал о смертельной болезни.

— Кто тебе рассказал — Астера Вирнаж? — его брови сошлись к переносице.

— Да какая разница? Если даже и она, — я отвернулась и поставила бокал на ближайший столик. — Просто я страшно не люблю разочаровываться в людях, которым доверяла.

Виллем взял меня под локоть и повёл в сторону от посторонних ушей и взглядов. Веселье вокруг разгоралось, обед уже давно прошёл, гости расправились с закусками, и скоро в шатры должны были вынести более сытные блюда — как раз к ужину. Музыканты, рассевшиеся под отдельным навесом от солнца, настраивали инструменты. И в такой обстановке мне совсем не хотелось душещипательных признаний, я просто хотела знать факт — и сделать свои выводы.

Но Виллем явно был настроен каяться.

— Не буду лгать и отпираться, — заговорил он торопливо, уводя меня в тень парка. — Да, такое было.

— Это я и хотела услышать, — попыталась я высвободиться. — Теперь ты можешь просто оставить меня в покое.

— Нет, постой! — парень удержал меня. — Линнет! Дай мне хоть немного времени объяснить.

“Да, наверное, уже и пойдём, — попыталась настоять Неала. — Что тут слушать? Знаем мы их песни наизусть”.

Но я почему-то всё равно остановилась. Любопытно узнать предел его красноречия. Виллем сразу приободрился:

— Когда я вернулся в Академию, о тебе уже болтали буквально все, — воскликнул он. — Конечно, мне стало интересно, кто ты такая и откуда столько шума. А парни, придурки, предложили мне спор — ещё до того, как мы встретились. Я и согласился.

— То есть тебе было всё равно, кого соблазнять, так? — я хмыкнула.

— Ну, это же спор. Чем он нелепее, тем лучше и интересней, — развёл руками Виллем. — А потом я тебя увидел.

— И что?

— И всё. Я даже забыл про этот спор. И всё что делал, было совершенно искренне.

— Как банально! — я вновь отвернулась и пошла обратно к шатрам.

Есть у меня такая слабость: даже при небольшом стрессе или в какой-то неприятной ситуации мне страшно хочется есть. Конечно, с Виллемом мы не встречались и даже друзьями по большому счёту не были, но чувствовать себя дурочкой, которую хотели обвести вокруг пальца, всё равно было горько.

Но ничего, сейчас сжую какую-нибудь канапешку, и мне сразу полегчает.

— Линнет! — попытался окликнуть меня Виллем. — Ну, не руби сгоряча. Прости! Спора-то по сути не было!

— Тогда почему ты от него не отказался? — бросила я напоследок.

Виллем благоразумно не стал меня преследовать. Однако до лужайки я не дошла — свернула на другую тропинку и потопала через парк вдоль длинного особняка Вирнажей. Чёрт с ним, с этим канапе, просто хочу тишины.

Я шла и шла в поисках какой-нибудь скамейки, куда можно было бы присесть — и нашла её. Однако она оказалась занята: посреди густых отцветших кустов на ней сидел мистер Аймор — с совершенно отсутствующим взглядом.

— О, вас уже утомили, — я не смогла сдержать улыбку.

— А тебя чем-то расстроили, — он повернул ко мне голову. — Это слышно по голосу.