Серебряная Соколица (СИ) - Ксения Анатольевна Вавилова

что не собиралась на него смотреть и повернулась.

— Сильно переживала в перерывах, между флиртом с царевичем и прогулками с Великим князем? — ухмыльнулся он с издевкой и тут же дернулся, когда Ниоба ущипнула его за шею — Ай-яй-яй, больно же.

— А ты следи за словами. Я сбежать от сюда не могла и пыталась разобраться какого демона твориться. Меня едва твари не сожрали, а ты…

Он сжал её пальцы, маска холодности слетела с лица, обнажив мальчишескую улыбку и демонят пляшущих в глубине темно-синих глаз.

— Я не писал, потому что не мог. Увидев, что Тиш похитили, я отправился за ней, а когда пытался прислать к тебе птицу, её перехватывали.

— Оу.

— Да.

В танце они и не заметили, как придвинулись друг к другу ближе положенного, давая богатую пищу для сплетен местным кумушкам.

— Я писала тебе. — после непродолжительно паузы, произнесла Ниоба — Тебе, Лисе, Айналис, Руду, Нику и в Академию. Всегда находилась птица, что подлетала и забирала письмо.

— Все письма отправленные после пропажи Тишины, забирал не я.

Побледнев, Ниоба сбилась с шага, но Зар быстро её выправил, сгладив неловкость.

— Ворон привел Тишину в западню, когда за ней гнались Заклейменные. — продолжал он — Где-то тут прячется еще один любитель птиц, а может и целый орнитолог. Найдем его, найдем того, кто перехватывал твои письма.

— Едва ли он на столько глуп, чтобы кичится своими способностями и выдавать себя.

Едва встретившись взглядом, Ниоба уже не могла отвернуться. Темно-синие глаза затянули словно омут. Окружающее пространство размылось. Гости исчезли. Была лишь музыка и плавные, знакомые движения. Теплые руки, что бережно придерживали её за талию и нежно держали руку.

— Как вам бал, госпожа Велена? — с затаенным весельем в голосе спросил он.

— В Мандагаре принято обращаться по титулу или через имя-отчество. — покачала головой Ниоба — Но если хотите знать мое мнение, бал ужасен. Более унылого сборища мне посещать еще не приходилось.

— Так быть может развеем скуку? Выпустим свиней в сад? Подмешаем самогонки в коктейли? Подбросим дохлую крысу в салаты?

— Зар, я так скучала. — на мгновение расчувствовавшись призналась она, не замечая, как переменилось его лицо от этих слов — Но из развлечения у нас сегодня только обморок от удушья.

— Удушья?! — сбитый с толку переспросил он.

— Ненавижу корсеты.

Покидать ряды танцующих до того, как закончиться танец — верх нетактичности. Но Ниоба уже чувствовала головокружение и опасалась упасть прямо в зале, на глазах изумленной публики. Местные долго бы обсуждали этот танец, но и так будут.

Зар вывел её в холл и оттуда подчиняясь её указаниям в сторону гостевых комнат. Едва гости скрылись из виду, перед лицом девушки мелькнул нож и прежде, чем она успела его остановить, Зар вспорол платье и часть завязок корсета на спине девушки. Она ахнула и через секунду едва не потеряла лиф, когда он потеряв опору попросту свалился с неё. Завязки оказались разрезаны, а судя по холодку, что коснулся кожи, нижняя блузка тоже пострадала.

Не то что бы в Академии никто не обратил бы на это внимание, но отнеслись бы с пониманием. Тут же это грозило жутким скандалом и бесчестьем.

Набросив на её плечи пиджак, скрывая обнаженную спину, Зар поспешил увести девушку прочь. Опомнившись, она потянула его к лестнице, а оттуда в свои покои.

Глава 33. Ниоба Верес

— Мы бросили Тишину. — запоздало опомнилась она.

— Не переживай. Я взял слово с Вилинария, что пока я ему помогаю, он будет оберегать её, как собственную сестру. — отозвался Зар, с любопытством оглядывая будуар, в который затащила его Ниоба.

— Думаешь его слову можно верить? Он обещал, что оставит охоту на Тиш, а сам заявился в след за нами, аж в Мандагар! Пытался её убить!

— Он был в отчаянии и считал, что у него нет иного выбора.

— Ты его еще и защищаешь. — Ниоба шагнула на встречу, желая устроить ссору, но забылась, взмахнула руками и лиф свалился.

— О! — чуть приподнял брови Зар и вежливо отвернулся, пока она куталась в пиджак.

— Подожди. — пылая от смущения, буркнула она и бросилась за ширму, снимать платье.

Случившаяся заминка, в миг лишила происходящее легкости, и Ниоба утонула в смущении. Дергая платье, не в силах совладать со спутавшимися остатками завязок.

— Тебе помочь? — раздался голос Зара, уже не такой отстраненный и холодный.

— Спасибо, не стоит.

Ухватившись за края ткани, она без всякого милосердия разорвала ткань и выбралась из тряпок.

— Интересно, что бы ты сделала, если бы кто-то так обошелся с твоим платьем. — весело поинтересовался он — Полагаю, что-нибудь ужасное.

— Это всего лишь платье. — отмахнулась Ниоба выходя из-за ширмы в брюках и рубашке.

Лицо Зара на мгновение замерло, удивленно вытянувшись, чтобы через секунду губы расплылись в довольной улыбке.

— А я искал эту рубашку.

Вспыхнув, Ниоба посмотрела вниз и покраснела еще сильнее.

— Обещаю, когда-нибудь я перестану воровать твои вещи. — стараясь справиться со смущением, улыбнулась она — Но кто виноват, что у Ника рубашки слишком длинные, а у Руда широкие?

— Ничего выйдешь замуж за царевича, пошьют тебе целую гору рубашек правильного размера.

— Не говори ерунды. — с деланным безразличием отмахнулась она.

По комнате растеклась липкая, топкая тишина, щедро сдобренная взаимной неловкостью. Ниоба сделала вид, что ищет что-то в сумке, скрывшись за ширмой.

Она была рада увидеть Зара, но все в его поведении заставляло усомниться, во взаимности этого чувства. Когда после долгой разлуки они встретились в прошлый раз, он повел себя совсем по-другому. О прошлом не напоминал, был веселым и словоохотливым, как и всегда. Теперь же, даже лишний раз старался не смотреть на неё, словно это было ему не приятно.

— Если тебе на столько в тягость мое общество, мог бы и не приезжать. — убирая обрывки платья обронила Ниоба.

— Лиса попросила присмотреть за Тишиной.

Я здесь не ради тебя. — спряталось в безразличии и отстраненности его интонации.

Вновь стало тихо. Осторожно выглянув, она понаблюдала за старым другом, что стоял у конторки с безразличным видом переставляя предметы.

— Не устраивай бардака на моем столе. — чуть строже, чем хотела произнесла она.

Он не ответил, продолжая переставлять перья и зажимы для бумаги, но теперь демонстративно громко. Ниоба к этому моменту уже не зная, чем себя занять, стояла за ширмой, не находя в себе сил выйти в комнату.

— Пойду за Тишиной. — наконец произнес он и прежде, чем она придумала ответ, вышел из комнаты.

Глупо, но Ниоба тут же почувствовала, что не стоило его