Тесные семейные узы - Карина Сергеевна Пьянкова

другим, заставляет взаимодействовать, решать свои и чужие проблемы или создавать их кому-либо… А теперь я осталась одна. По-настоящему.

Мацунага смотрел на меня странно. Его взгляд казался мне тяжелым, словно могильная плита, и тревожным, словно крики чаев перед бурей. «Шершень» не был полностью уверен в благополучном исходе, причем как минимум для меня, как максимум – для всех нас.

– Каору, если тебе настолько не по себе, то, может быть, отложим? – неуверенно предложил принц Алехандро своему другу, застывшему в кресле, как мраморный лев, что охранял вход в особняк Де Ла Фуэнте.

Я молчала, несмотря на то, что происходящее касалось меня напрямую. Обратного хода уже не было. Уже известно, что принцесса Клио де Ритер жива и здорова, стало быть, тихо исчезнуть не получится. Рано или поздно, до меня все равно доберутся, или я совсем не знаю своих братьев, поэтому лучше разрубить узел прямо сейчас.

– Куда тянуть, Санчо? – философски произнес Мацунага. – Время играет на руку «вольным», а не нам. Так что лучше уже точно не станет, а вот хуже – запросто… Вот, смотри, и Yuki-onna со мной согласна.

– С чего это ты решил, будто она согласна?! – ошалел принц.

Я такими словами найхонца тоже была изумлена до крайности.

– Так молчание – знак согласия! – с непробиваемой уверенностью заявил «шершень».

Действительно убийственная логика.

– Да у нее просто от страха язык к небу примерз! – парировал Де Ла Фуэнте. – Принцесса, вы можете отказаться.

Мацунага издал короткий смешок. Я устало вздохнула.

– Да, могу. А смысл?

Прозвучало это немного обреченно, но все-таки твердо.

– Вот! – хлопнул ладонями по подлокотникам Мацунага Каору, буквально засветившийся от торжества. – Даже до девчонки дошло, что дальше тянуть некуда, только ты, рыцарь пустоголовый, упираешься, пытаясь играть в защитника прекрасной дамы. Пойми же, кретин, «вольные», конечно, совсем сумасшедшие, но далеко не дураки. И то, что Юки не просто так в городе снова появилась, наверняка уже поняли. Но сейчас их пока ведет жажда охоты, жажда крови, сейчас они еще на инстинктах действуют. Но еще немного – и голову эти твареныши таки включат. И вот именно тогда начнутся неприятности!

Принц Алехандро как-то ссутулился и опустился в кресло напротив друга.

– Тебе Клио-то не жалко? – тихо спросил он.

– Жалко, – развел руками найхонец. – Поэтому постараюсь сделать все возможное, чтобы она выжила. А еще мне жалко десятки вампиров, которые найдут свой конец, если мы не разберемся с «вольными».

Парировать это было нечем. Необходимое зло. Кем-то надо пожертвовать ради общего блага. Вещь понятная и предсказуемая, как для меня, так и для принца Де Ла Фуэнте, все же оба мы были главами кланов и так же платили чем-то или кем-то за то, чтобы остальные находящиеся под нашей защитой вампиры, продолжали существовать в довольстве и достатке.

– Принц Алехандро, я благодарна, что вы так печетесь о моем благополучии, но мистер Мацунуга, к прискорбию моему, прав. Выбора нет. Остается только надеяться на удачу и мастерство вашего друга, – решила прекратить бесполезный спор, который лишь отнимал наше время, я.

Найхонец плавно поднялся из кресла, взял меня за руку и потянул за собой так, будто бы я могла в любой момент сорваться и убежать. Не дождется. До такой откровенной трусости я не унижусь. Тем более, что решение мной уже принято, а от своих решений я никогда не отступаю.

Уже перед автомобилем мне сообщили «восхитительную» новость: на этот раз я ехала совершенно одна. «Шершень» меня не бросал, он собирался ехать следом на мотоцикле и страховать. Клятвенно заверял, что со мной совершенно точно ничего не стрясется… Вот только поверить во все это до конца не удавалось. Хотя я исправно кивала, неумело делая вид, что доверяю вампиру полностью и безоговорочно.

– Едь небыстро, Юки, – давал мне последние наставления найхонец. – Ты должна быть замечена. А заодно не должна оторваться от меня, иначе ничего хорошего не выйдет, уж поверь.

– Понимаю, – кивнула я. – А если на меня нападут все-таки, тоже ехать медленно?

Последний вопрос волновал особенно сильно.

– А вот тогда прибавляй скорости и короткой дорогой езжай к особняку Де Ла Фуэнте. Там предупреждены и готовы, в случае необходимости, встретить незваных гостей как положено. Только не вздумай останавливаться и уж тем более не выходи из машины. Все поняла?

– Все.

Чего уж непонятного… Главное, что я поняла, так это то, что у меня огромные шансы не увидеть следующей ночи. Стоит мне ошибиться, стоит Мацунаге ошибиться – и существование Клио де Ритер будет окончено. К огромной радости братьев…

Я уселась во вчерашнего монстра. Предчувствия, что ничем хорошим это не закончится, оставлять никак не хотели. На какой-то момент малодушие едва не пересилило решимость… Едва не побежала назад, под крыло принца Алехандро. А потом посмотрела на мрачное лицо найхонца, на котором отражалась абсолютная готовность к действиям, и стало невообразимо стыдно. Принцесса не имеет право на трусость, когда речь заходит о долге перед кланом. Даже если клан не стоит затрачиваемых на него усилий.

– Тебе обязательно повезет, Yuki-onna, – шепнул не напоследок «шершень». – Высшие силы любят таких как ты, наивных добросердечных дурочек. Так что ничего с тобой не стрясется.

На страх в тот момент уходило столько сил, что их просто не оставалось на раздражение по поводу ненавистного обращения или некорректных заявлений об уровне моего интеллекта. Да и стоило ли вообще раздражаться на того, кто будет прикрывать тебе спину? Марк и Эмиль стелили так мягко, что в итоге я оказалась на камнях двора собственного дома на рассвете. А Мацунага… Если сегодня он меня защитит, то пусть уж называет, как того хочет. Хоть снежной бабой, хоть снеговиком, хоть сразу Святым Николаем.

В машине, как мне показалось, было слишком жарко и слишком сильно, практически невыносимо, пахло бензином. Глупости конечно, со вчерашнего дня ничего не изменилось, только лишь обстоятельства и мое собственное состояние. В зеркале заднего вида я увидела, как Мацунага Каору, одетый с ног до головы в черное, садится на столько же черный мотоцикл. Вспомнилось то, что я краем уха слышала о неких воинах, которые кого-то существовали в Найхоне, тех, что убивали тайно. Возможно, до того, как «шершень» прошел через инициацию, он также под покровом ночи проникал в дома и отнимал жизни. Если моя догадка правдива, то