Избранницы правителей Эёрана: история демонов Нарака. Трилогия (СИ) - Свадьбина Любовь

— Васандр слушает, — бодро сообщает прервавший их голос.

— Заберите меня из точки перехода, у меня для вас задание. Срочно.

— Вы сможете телепортироваться по миру самостоятельно?

— Только по наведению.

— Тогда отойдите с точки перехода.

— Уже.

На месте, куда недавно переместился Леонхашарт, возникает алая пентаграмма и выплевывает шатена со шрамами на брови и скуле — Васандра, больше известного Анастасии как просто Вася.

— Целый архисоветник, — выпучивает глаза Вассандр и склоняет голову. — Чем обязан?

Леонхашарт аж с задуманной речи сбивается от желания ответить на его вопрос: «Анастасии обязан. И носу, который вынюхал это чудо».

ГЛАВА 28

Обитель ректора располагается в коридоре дальше холла с кабинетами кураторов. Сейчас здесь ярко горит свет редкие студенты или спрашивают друг у друга о причинах тревоги, либо опасливо косятся на стрелки, которые должны загореться в случае, если всем надо будет срочно бежать. Надписи над ними, прежде непонятные, оказываются вполне обыденной надписью:

«Двигайтесь

по направлению

горящей стрелки».

Девушка в комбинезоне с шестеренкой шагает бодро и не кажется испуганной. На попытку познакомиться, она сухо представляется:

— Эришка Молт.

Хотя ее вид и интонации голоса явно говорят о нежелании общаться, я спрашиваю:

— Зачем меня вызвали?

— Не знаю.

— Других первокурсников-иномирян вызывали?

— Только тех, кто подрался, — отзывается она.

Неужели у меня проблемы из-за того, что я слегка пнула ногу подручной Принцессы, чтобы освободить путь от подножки? Или вторая подручная пожаловалась на мое оскорбительное заявление? А может, кристалл передал информацию о том, что я использовала магию?

Я встряхиваюсь, избавляясь от накатившей тревоги: что бы ни ожидало меня там, в кабинете декана, нужно сохранять трезвость мысли, а это возможно только в спокойном состоянии.

— Что ты можешь сказать о декане?

Эришка косится на кристалл на моей груди, и я сжимаю его в ладони: наверняка это помешает микрофону четко передать звуки.

— Госпожа не любит, когда ей перечат пришлые, — тихо отзывается Эришка. — А в шоу всего четыре жениха на пятнадцать невест, большинство скоро станет обычными студентками.

Вздыхаю: похоже, с деканом мы не сработаемся, ведь я пришлая и не склонна к бездумной покорности.

— А ты не пришлая?

— Нет, я родилась в Нараке, — Эришка вздергивает подбородок.

— А местнорожденные полукровки у вас еще выше в рейтинге, чем просто рожденные здесь люди? — не удерживаюсь я от вопроса.

Обжигая меня гневным взглядом, Эришка указывает на гладкие металлические двери с темным глазком камеры над ними. Створки раздвигаются, открывая комнату в серо-голубых тонах с темной мебелью и полом.

Декан выглядит женщиной средних лет, если не обращать внимания на рога, более крупные, чем у Шаанти и Урша. Из-под черного костюма выглядывает темно-серая броня, в ушах посверкивают гвоздики с белыми камнями, возможно, бриллиантами. Тонкие часы на ее руке — золотые, со строгим дизайном.

— Проходи, Анастасия, — она указывает на потертое кресло перед своим столом и протягивает цилиндрическую банку из металла, коротко указывает на висящий на моей шее кристалл с микрофоном.

Стенки у банки толстые, с полостями. Из нее микрофон не сможет уловить ни звука. Похоже, разговор назревает как минимум любопытный. Сняв с шеи кристалл, легко опускаю его на мягкое дно банки. Декан добавляет туда небольшой прямоугольный приборчик и закупоривает крышку. Вновь указывает на стул, и я сажусь, краем глаза отмечая, что Эришки в кабинете нет. Декан бережно держит банку.

— Меня зовут Дахара Мараут, я потомственный декан четвертого факультета Великого института Нарака, и никогда в его истории не совершалось такого варварства, как это чудовищное шоу «Найди себе пару». Я не люблю ходить вокруг да около, и ты, судя по всему, тоже привыкла выражаться без обиняков.

— Шоу вас возмущает тем, что девушек хотят выдать замуж против их воли или тем, что иномирянок собираются скрестить с чистокровными демонами? — на всякий случай уточняю я и чуть улыбаюсь, чтобы смягчить эффект фразы. — Раз мы обе любим говорить прямо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ноздри Дахары раздуваются.

— И то, и другое, — чеканно сообщает она и убирает банку с моей подвеской в стол. — Но что случилось, то случилось, и мы должны использовать то, что дала нам судьба.

Неожиданный поворот разговора, я вопросительно приподнимаю бровь.

— У меня для тебя есть задание, — строго продолжает декан Дахара.

— И какое же?

— Соблазнить архисоветника Леонхашарта.

Какая разносторонняя у четвертого факультета программа обучения и требования к студентам.

* * *

Машина несется по улице. Потрескавшиеся фасады, крошащаяся кладка — все это задевает Леонхашарта, хотя это не его город, и сохранность домов не его ответственность. А еще деревья — здесь прямо в городе встречаются деревья, обочины покрыты пыльной, жухнущей травой.

— Да она вполне нормальная девушка, клянусь, ничего подозрительного я не заметил, — ищейка Васандр говорит много, быстро, перемежая наракские слова земными, и от этого у Леонхашарта, еще не оправившегося от маскировки рогов, слегка

звенит в голове.

Чем крупнее рога, тем сложнее добиться их уплотнения обратно в череп, а Леонхашарту прежде не приходилось заниматься ничем подобным, поэтому с мимикрией под человека он провозился добрых полчаса, но даже так рога норовят выскочить обратно, расправиться во всей своей красе.

— Малышка, конечно, классная, и тип магии я понять не смог, но, зуб даю, родаки у нее самые настоящие, они отдельно живут, я все проверил.

Манерой общения этот ищейка чем-то напоминает Леонхашарту Шаакарана, только тот с котодемонической кровью, с него и спрос невелик, а ищейка — вполне обычный демон, но поведение такое, словно с ним сидит приятель, а не архисоветник. Это удивительно Леонхашарту, привыкшему к уважению, а то и страху.

Это странно — как этот город, за которым почему-то так плохо следят, как эти деревья и трава, растущие, несмотря ни на что.

«Какой этот мир другой», — Леонхашарт постукивает пальцем по папке с данными на Анастасию.

Прочитать содержимое он не может: по протоколу безопасности все отчеты составляются на местных языках и на наракский переводятся дома, чтобы иномиряне не могли расшифровать демонический язык.

Но того, что рассказал Васандр, вполне хватало, чтобы крепко задуматься: биография Анастасии будто создана для того, чтобы подтвердить ее происхождение от землян: очень много контактов, мест жительства. Просто огромное число свидетелей ее жизни от рождения до исчезновения с Земли.

— …хотя мать у нее та еще штучка, — врывается в мысли бодрый, панибратский голос Васандра. — Но вы сейчас сами увидите.

Автомобиль сворачивает в переполненный другими машинами двор. Здесь темно — старые деревья и высотные дома закрывают площадку от солнца. На редких клумбах срезана вся растительность, в потрескавшемся асфальте слишком много выбоин.

«Какая неудачная планировка», — думает Леонхашарт, выбираясь из машины следом за Васандром.

Порыв ветра срывает с деревьев несколько желтеющих листьев, и они спиралью падают к ногам Леонхашарта.

Васандр первым проходит к двери в подъезд, щелчком пальцев справляется с кодовым замком и распахивает перед Леонхашартом дверь:

— Прошу. Второй этаж.

Здесь тоже веет запустением, на стенах процарапаны надписи. На втором этаже Васандр стучит в дверь и зовет:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Маргарита, это Вася, откройте, пожалуйста!

Через несколько мгновений дверь распахивается. Женщина похожа на Анастасию почти изумительно, хотя не может похвастаться угольной чернотой волос, — они у нее каштановые с рыжим отливом, — но такие же густые, роскошные, а глаза зеленые. Яркий макияж, шелковый халат с кружевами, тапочки на каблуках, призывный изгиб тела, обволакивающе-сладкий аромат духов. Но самое главное — взгляд: оценивающий, влажный, мечтательный, выдающий в ней женщину, умеющую и любящую пользоваться своей привлекательностью.