Контракт на мужа (СИ) - Ли Марина

— Чеслава Валерьевна… — Единственный мужчина в нашем кооперативе схватил за руку свою подругу и потянул, поднимая со стула. — Мы через полчасика вернёмся. Нам нужно поговорить без свидетелей.

— Нет уж, голубки, — отрезала хозяйка квартиры, насмешливо поглядывая на обоих. — Раньше завтрашнего утра видеть вас не желаю.

А когда парочка испарилась из кухни, громко выдохнула:

— Нуславатегосподи! Всю душу они мне уже вымотали!

Я заняла Владкино место, подвинула к себе стопочку шаблонов.

— А что ещё слышно? — спросила позёвывая. — Ну, кроме того, что Мирка озверел из-за Владкиной непонятливости, а заговорщики закрыли Славой?

Чеся поднялась, чтобы поменять воду в стаканчике для кисточек.

— Да ничего, — сказала она. — Август с Юлькой забегали до полудня, схватили по пирожку, чирикнули, что на мостах посты установили — не хотят, чтобы люди покидали свои кварталы. Ещё намекали, мол, Совет раскололся. Одни хотят обратится к внешним силам за помощью — всё же Камень это не только атлантская святыня, к нему со всех миров народ приезжал. Другие уже планируют каменные похороны, хотят провести их бэз шуму и пыли, другими словами, закопать Камня втихаря и под покровом ночи.

— Закопать? — перепугалась я.

— Ну, а что? Вдруг он и вправду оживёт, а они уже видят себя на его троне? Грубо говоря. К тому же, как оказалось, магия и без Камня прекрасно работает. Братцы-месяцы клялись, что после вчерашних событий даже лучше её чувствовать начали.

— Хотя рядом с нами она как не работала, так и не работает, — напомнила о себе Власта, и внезапно вскинула голову:

— Славка, а ты и вправду замуж за злюка собираешься?

— Собираюсь, — я улыбнулась и кивнула. — Кажется.

— Стало быть, домой не вернёшься?

— Мы с Элом не определились, где будем жить, — призналась я. — Да и с Бро нужно поговорить. Хотя теперь, когда выяснилось… — Я осеклась, сообразив, что не имею права рассказывать друзьям, кем будут наши малявки. Они, конечно, мои племянники, но это только сестре решать, кому и что о них рассказывать. — В общем, поговорить надо. А почему ты спрашиваешь?

— Я, наверное, тоже останусь, — почему-то шёпотом призналась Власта. — Мне ведь и возвращаться некуда. Ну, не к кому, в смысле. У меня ТАМ — ничего, кроме работы, не осталось. Да и той, наверное, уже нет. А тут — есть. Только я в нижний город переехать хочу, ближе к морю.

— А я хочу замуж, — неожиданно брякнула Чеся, прижимая руки к заалевшим щекам. — А что? Никогда не была, хочу попробовать. Я на празднике с одним мужичком познакомилась… Не то чтобы он меня так сразу в жёны позвал, но… Но на свидание мы пару раз сходили. Было… познавательно.

Последнее слово Чеся произнесла с такой загадочностью, что я подавилась вздохом и опустила глаза. Божечки, смотрю праздник Посейдона удался на славу. Не только у меня после него остались весьма неоднозначные воспоминания…

С другой стороны, именно он стал точкой отсчёта в наших с Элом отношениях. В НАСТОЯЩИХ отношениях.

У Чеси я пробыла до вечера, и только когда приятельница спросила, будем ли мы домашние пельмени на ужин, всполошилась — мне же мужика кормить надо, а я тут открытки делаю!

Отказавшись от хлебосолов, я ракетой помчалась домой. К счастью, Эл ещё не вернулся.

Или не к счастью. Потому что куропатки, больше похожие на умерших от дистрофии цыплят, были с успехом запечены в духовке, овощное рагу заполнило соблазнительным запахом всю Славную улицу и, возможно, половину храмового ареала (я выносила мусор и видела, как незнакомые стражники за воротом жадно вдыхали густой от пряных ароматов воздух), а Эл так и не пришёл.

До часу ночи я пыталась читать, а потом решила, что при первой же встрече стребую с дюка персонального дрессированного воробья, чтоб записки любимому таскал (и от него тоже), и рухнула на диван.

Во сколько злюк приполз домой — не знаю. Помню, как среди ночи меня разбудил звон посуды на кухне, но встать и проверить, пришёлся ли ужин по вкусу моему мужчине, не было сил. Потом в ванной, кажется, шумела вода. А ещё чуть позже меня обняли, уверенно и по-хозяйски. Я зевнула во влажную ключица и промычала:

— У нас всё хорошо.

— Спасибо, — не в тему ответил Эл. — Лягушата тебе особенно удались.

— Это были куропатки.

— Тем более.

Он поцеловал меня в затылок и тут же вырубился.

А утром я снова его не застала. Только записку нашла, приколотую магнитиком к холодильнику, в которой Элар подробно рассказывал о последних новостях, о тотальном повышении магического резерва у всех атлантов, о расколе в Совете — и ни слова о том, чем он дни напролёт занимается!

Один плюс. На кухонном столе обнаружилась клетка с лохматым воробьём, а рядом с ней «инструкция к применению» и коротенькое письмо от Бро.

«Слава Богу, — писала сестра, — что у тебя хватило мозгов предупредить меня о том, что с вами — с ТОБОЙ!! — всё в порядке. (О том, что я чуть не обосралась от ужаса, когда мне в компот рухнул воробей с листком бумаги в зубах, я, пожалуй, рассказывать не стану). Санитары научили, как пользоваться пернатой почтой, так что я теперь на связи. И да, у нас с малявками тоже всё хорошо. Не беспокойся. Люблю тебя.

ПыСы. Ты сказала злюку, что свекровушка собирается жить вместе с вами?»

Я быстренько нацарапала ответ, достала воробушка из клетки и, вручив птахе записку, открыла окна на кухне.

Убрала в квартире.

Сбегала к Чесе на пару часиков, чтобы посидеть за открытками. Дождалась возвращения воробья. Хотела написать письмо Элару, но в последний момент передумала — не стоит по пустякам отвлекать дюка от работы, он же не на пиво с друзьями ушёл, а вроде как расследует целый государственный переворот.

Я положила крылатому вестнику кусок морковины, насыпала проса и гречки, а потом долго наблюдала за тем, как в комнате под потолком растёт спальный этаж. Нары, если по-простому.

Квартира почувствовала моё настроение и начала перестраиваться.

Глава 17.Не разлей вода

Весь следующий месяц мы с Эларом почти не виделись, потому что домой он приходил только ночевать. Я научилась просыпаться среди ночи, чтобы быть рядом хотя бы во время позднего ужина, и вставать ни свет ни заря, чтобы приготовить завтрак и поцеловать перед выходом.

Туристы в Славое так и не появились, но гулять по храмовой территории теперь можно было ничего не боясь.

После того, как бунтовщики и вправду попытались похоронить Камня под покровом ночи, взбунтовался весь нижний город, а половина из миров, у которых с атлантами были дипломатические отношения, прислала ноту протеста, стало понятно, что с наскока поменять власть не получится.

Основательно поредевший Совет занял свои места в храмовом зале заседания, а дюк в числе спешно сколоченного отряда занимался тем, что пытался устранить последствия неудавшегося переворота, отлавливал зачинщиков и последователей, а после того, как на родину вернулся его отец, ещё и пропадать в домашней библиотеке стал. Вместе они поднимали архивы, пытались понять, что нужно сделать для возрождения Камня.

Да, Камень не умер в полном смысле этого слова Его рубиновое сердце, пусть и медленно, но всё же билось.

И знаете что? Лично мне, Камень не понравился. Противный старикашка, к тому же самодур, изрядно попортивший нам с Эларом нервы (Кстати о нервах, свадьбу мы были вынуждены отложить до лучших времён, но от своего намерения устроить мне первую брачную ночь злюк так и не отступился). Однако местные магистры магии утверждали, что полная статичность Камня — это знамение близкого конца. И в качестве примера они приводили тот факт, что с момента окаменения местной святыни уровень магии в каждом из атлантов неизменно увеличивался. Даже присутствие огнецов уже не спасало.

— Если так пойдёт и дальше, — однажды ночью признался Эл, — то на этот раз Атлантида и в самом деле исчезнет. Вель, нужно перевозить Бро. Если нам нужно будет экстренно бежать, я бы хотел, чтобы вы обе были в одном месте.