Евгения Александрова - Сковать шторм (СИ)

Рулевой взялся за штурвал, и «Ясный» круто ушел вправо. Они подошли вплотную к деревянному пирсу, выпуклый борт навис над грудами пузатых бочек и свернутых в круги веревок.

— Отдать швартовы!

В воздухе мелькнули тяжелые толстые канаты, которые матросы бросили на пристань, а там их ловко подхватили и стали вязать на мощные причальные палы. «Ясный» мягко стукнулся левым бортом о причал и наконец замер с чувством выполненного долга.

Прибыли.

— Экипаж, построиться, — коротко приказал Алекс.

И вот почти вся команда вытянулась ровными рядами на верхней палубе. Четверо потащили широкий трап для спуска с высокого борта на пристань. Там царило оживление: моряки и грузчики сновали между кораблями с ящиками, кто-то выгружал товары, кто-то вел переговоры около трапов, к причалам то и дело подъезжали забитые доверху телеги.

Несколько человек с берега направились прямо к «Ясному». С деловым видом ивварцы один за другим стали подниматься по трапу. Первым шел длинноволосый офицер в черно-сером мундире. Вид у него был самый неприветливый, словно их тут никто не ждал.

А за его спиной мелькнул серый плащ.

— Доброго дня, — сухо произнёс офицер на ивварском, бегло оглядывая корабль.

Алекса вдруг охватило беспокойство. Что-то идёт не так. Нет Джейны. Она, конечно, неучтённая, в списках не присутствует, но судя по настрою этих проверяющих, могут и по кораблю пойти. И что-то сейчас творится неладное… магия? Откуда? Эрик на палубе. Алекс осмотрел всех собравшихся, нашёл Мейка и оставил отвечать на вопросы, коротко бросив: «Я сейчас».

Пройдя мимо удивленного Раймонда, он добрался до кают офицеров и, коротко стукнув, распахнул дальнюю дверь. Распахнул и тут же плотно закрыл за спиной. Твою мать! Вот почему он так смутно это ощущал!

Джейна сидела, забравшись с ногами на кровать, лицом к окну. Ничего не слышала и не двигалась. А рядом лежала раскрытая посередине книга. Его книга. Вытащила из каюты, кто мог подумать! Но как девчонка могла хоть что-то в ней понять? Как?!.. а ответ напрашивался сам собой.

Алекс подошёл к ней и присел на край койки. Прислонившись боком к переборке, Джейна сидела с закрытыми глазами. На щеках серебрились подсохшие полосы от слёз, но дыхания будто и не было. Он проверил пульс, пощёлкал пальцами перед её лицом, попробовал взять за руку, но та была холодной и безвольно выскользнула из его ладони. Проклятье.

Рядом на полу лежал браслет с железной пластинкой. Алекс быстро поднял его, перевернул и посмотрел на пластинку с обратной стороны. Потрогал металл, провел пальцами по вдавленным буквам. Это тоже даори, такой же язык как в книге, можно поклясться. Устаревший или диалект, но эти знаки он узнал бы и во сне, и даже увидь мельком…

— Вернись! Эй, ты слышишь меня? — Алекс попробовал ещё раз привести Джейну в чувство, встряхнул за плечи. Бесполезно. Ни вздоха, ни движения. Она будто ушла в иной мир и перестала что-то чувствовать здесь. Но ведь жива, жива! И надо что-то делать. Алекс отпихнул книгу и с силой провел ладонями по лицу, уперевшись локтями в колени.

На борту Серые. Даже если они не могут проверить его способности, то наверняка почувствуют, если он что-то сделает прямо сейчас. Всё на грани, на волоске — и тут ещё Джейна! Та, которая обманула и утаила правду о себе, утащила книгу и вот теперь…

Алекс резко встал, отчего нога тут же заныла, и отвернулся. Он может сказать, что не имеет к девчонке никакого отношения, что она пробралась на корабль обманом и втерлась в доверие. Он должен обезопасить себя, иначе всё пойдет прахом, а уже столько жертв…

Алекс решительно взялся за ручку двери.

Он кровь из носу должен попасть во дворец, должен выполнить свою задачу, добиться встречи с Талирой и всё выяснить.

Но не может так бросить Джейну. Он себе этого не простит. Нет времени колебаться! Никто больше не сможет её вытащить, это что-то другое… символы, видения, не та живая энергия, которой умеет управлять Эрик или кто другой. Она погибнет.

Какой вопрос её мучил? Что Джейна увидела? Алекс вернулся, вгляделся в застывшее лицо, убрал упавшие на её лоб пряди. Плотно сжимались едва розовые губы, бледнели скулы, но выражение юного лица казалось слишком спокойным. Будто она что-то узнала и не хотела больше просыпаться. Будто там ей было гораздо лучше, чем здесь.

Алекс коснулся руками раскрытой страницы и рискнул. Губы сами шепнули имена богов, пальцы левой руки соединились в жесте освобождения… и на сей раз потеря своих границ ощутилась быстрее и острее. Его прежнего больше не было — такого, каким он был, сидел только что в каюте — он стал гораздо больше и свободней, шире. Но как ни тянуло к себе море, Алекс знал, ощущал то, что должен был делать. Кем, вернее чем должен был стать, как вплести себя, связать себя с миром, чтобы добраться до той глубины. До изнанки. Буквы книги давно стали не тем, чем казались снаружи. Тщательно выписанные чернилами сотни лет назад древние символы стали живыми и ощутимыми. Алекс связал себя с ними и стал их частью. Их вибрации задевали вибрации тканей бытия. Не было зрения, было только чувство причастности к бесконечному миру, полное растворение… и звук.

Тихий и вечный гул сменил глухой звон. Джей-на. Её сознание слишком растворилось, и только спустя вечность отозвалось сознательным вздохом. Джей-на. Она слышит. Но сама — ничего не может! Вибрация стала сильней. Такое ему не под силу! Миллионы связей вокруг отозвались, загудели, возвращая его обратно. Как трудно быть таким тяжёлым. Родная стихия моря гораздо подвижней, в ней легко быть. Здесь плотно и мир выталкивает тебя наружу. Как она так долго? Или то против её воли. Последним усилием Алекс добрался до края ускользающего в небытие сознания и ещё раз создал вибрацию. Джей-на. Наконец она откликнулась, отозвалась. Слышит его.

Казалось, что мир резко схлопнулся.

И боль тут же скрутила, заставляя прижать пальцы к вискам. Теперь прийти в себя… как он ненавидит эти мгновения! Но усилием воли он немного разогнал муть, а Джейна шевельнулась и сделала настоящий вдох.

— Капитан, — то ли сказала, то ли удивленно вздохнула она, с трудом разлепив губы. А потом тоже застонала и сжала руками голову. — Что…

— Убил бы, — с хрипом перебил её Алекс. — Ты никогда не думаешь прежде, чем что-то делать?! Как можно так жить?

— Я…

Медленное дыхание помогало восстановиться. Надо идти на палубу, пока не поднялась паника.

— Здесь на борту Серые, — не отнимая рук ото лба, он повернул голову в её сторону. Голубые глаза смотрели на него так, будто сама Джейна знала теперь что-то, что ему неведомо. — Может, у тебя есть что сказать им в своё оправдание, м?