Юлия Колесникова - Свора - Зов крови

— Что случилось? — Калеб был явно обеспокоен. На мгновение лицо Калеба, его мягкий голос и глаза, смотрящие на меня, отодвинули на задний план все тревоги. Я улыбнулась ему. Я всегда улыбалась ему одному, так как теперь.

— Все в порядке.

Я пересела ему на колени, но Калеб так и не расслабился, если только немного посуровел, зато его руки обняли меня, и мне стало намного лучше. Около него все становилось лучше и красочней, даже я. Разве можно поверить, что мой Калеб это тот же парень что последних пятьдесят лет только тем и занимался, что бросал влюбленных в него девушек?

Взяв его лицо в ладони, я нежно притянуло его ближе, и поцеловала, так как любил это делать он, поочередно каждое веко, а потом уже губы. Шелковистые, мягкие, едва-едва теплые. Глаза Калеба темнели с каждым днем, но вокруг зрачка еще оставалось место для серебристости.

— Когда вы идете на охоту?

Он продолжал внимательно на меня смотреть, согревая своим взглядом.

— Хотели сегодня, после того как уйдут Бет и Теренс.

— И Ева, — автоматически добавила я. Калеб посерьезнел.

— Рейн, скажи, зачем ты так делаешь?

Я улыбнулась, думая, что он так шутит.

— Как? — удивилась я.

— Зачем пытаешься контролировать чужие судьбы?

Я была ошарашена. Калеб говорил странные вещи. И вовсе не шутил.

— О чем это ты?

Он замолчал, разглядывая меня, словно увидев впервые. Он задумался, всего лишь на миг, но его глаза расширились, в удивлении.

— Знаешь, наконец-то я понял, — будто бы разгадал загадку века, выдал мне Калеб. — Ты ведь знаешь, что вампиры не всесильны?

— Конечно же, знаю, — я не понимала, к чему он ведет. Это казалось смешным, и все же таковым не было, почему-то я поняла, что Калебу сейчас не до шуток.

— А понимаешь ли ты, что даже со своим странным…даром, ты все еще не вампир?

Я молчала. Логика Калеба все еще не складывалась в четкую картинку.

Он тяжело выдохнул.

— Ты проводишь для себя аналогию с вампирами. Ты не вампир, ты человек, но будь ты вампиром, все равно не имеешь права лезть в чужие отношения. Твое внимание еще больше подстегивает Прата мешать отцу и Еве, ты не всесильна. Даже не смотря на твою уникальность.

Пусть это говорилось мягким вкрадчивым голосом, но его слова задевали меня и обижали. Я как вихрь сорвалась с его колен, но Калеб даже не стал меня удерживать. Он просто наблюдал за мной со спокойствием, присущим родителями, с хлопотными детьми.

— Я не провожу для себя никаких аналогий!

— Да нет, проводишь. На тебя плохо влияет наше окружение. Ты начинаешь забывать, что ты пока что всего лишь человек.

Я застыла. Злость приобрела совсем другое направление и поведение. Я смотрела на него, а слова расплывались по крови отравляющим ядом.

— Всего лишь человек? Да ты прав, я всего лишь человек.

И не задумываясь, что делаю, я рванулась прочь из дома. Калеб выскочил за мной на улицу. Но что он кричит, я не слышала. Пелена слез застлала не только мои глаза. Но видимо и лишила способности слышать.

Я ехала, не разбирая дороги, и резко остановилась на проселочной дороге, разбитой и не ухоженной, а за ней виднелись поля соседней деревни. Как же далеко я заехала? Плакала я не долго, пока не поняла что Калеб прав. Прав, как всегда, и эта мысль неприятно меня поразила. Ведь я была стопроцентно уверена, что могу разобраться в отношениях Прата-Евы-Грема. Поэтому я была так резка с Пратом. Так настойчива с Евой, и на последок оставляла Грема, как самый сложный элемент пазла. Словно, они были моими детьми, которых я учила правилам своей игры в любовь. Нет Прат! Оставь, не играйся с этим, это не твое. Ай-я-яй Ева, как не хорошо играться двумя игрушками одновременно. Ну что Грем, ты решил, будешь ты играть с этой игрушкой или нет?! Я вела себя не очень то и по-дружески. Я лезла во все это, считая, что имею право. Но имела ли я его?

Не знаю, когда, и как, но в машине появился Калеб. Я не могла смотреть на него. Мне было одновременно стыдно, и в то же время я помнила те слова, что он сказал мне: «всего лишь человек».

Будто бы прочитав мои мысли, заговорил Калеб. Не настойчиво, тихо и оттого мне стало еще горше.

— Ты не так меня поняла. Всего лишь человек, а не Судьба — у тебя нет такого права. Чтобы решать за кого-то. Они должны решить все сами.

Я в очередной раз не так интерпретировала его слова. А все лишь потому, что в душе всегда ждала их от Калеба. Словно просила сделать его какой-нибудь подлый поступок, и не казаться на его фоне серостью. Я действительно всего лишь человек. Так что же ждать от меня?

Пошел дождь, а я так и лежала, уткнувшись в свои руки на руле. Калеб молчал, просто давая мне время. Вечерело. Слышно было, как где-то далеко над полями с неудовольствием кричат какие-то птицы, сетуя на дождь. А сил поднять лицо не было. Что же я творила с нами? Постоянно подвергаю оценке его действия, а сама то? И как он может все это терпеть?

— В этом не ты виновата. А твое окружение. Мы делаем тебя беззащитной перед соблазном быть сильной и вечной, в то же время, ты остаешься так невинна…как мне хочется продлить это твое состояние души.…чтобы ты долго оставалась невинна и чиста. Ведь мы убийцы, нам нет прощения. И как хорошо иметь свой луч света в кромешной темноте, потому я так боюсь этих твоих желаний манипулировать людьми.

Какой же я луч света? Я луч разрушений. И воплощение ужасного характера и эгоизма.

— Ты должен понимать, что я не со зла…

— Понимаю. Это я погорячился, и ты ни в чем не виновата. Подросткам свойственно верить, что они могут изменить мир, и как бы я не хотел считать тебя взрослой, ты остаешься еще слишком юной, чтобы перестать быть максималисткой.

Немного обидно, и все же лучше чем можно было ожидать. И все же это не то, что я бы хотела услышать в данный миг.

Вместо слов ко мне протянулись его руки. Он ловко и легко отстегнул ремень безопасности. Одновременно перетягивая к себе на колени…словно ребенка. А я была не против. Я была немного напугана его словами, будто бы я начинаю забывать, что все еще человек, но в его руках страхи меркли.

— Поцелуй меня, — я не смело подняла голову навстречу его лицу.

Калеб секунду, долгую мучительную секунду рассматривал меня.

— Знаешь в чем твое преимущество надо мной?

— В чем?

— Тебе никогда не стоит просить меня о поцелуях, они всегда твои. Когда ты пожелаешь.

Я замерла, задумавшись на миг, а может это как раз тот Раз, когда мы можем сблизиться? Но его темные глаза заставили отказаться меня от такой соблазнительной мысли. И я сама притянула его лицо и поцеловала. Это ведь мое преимущество. Но разве у Калеба его нет?