Запретный плод для нимфы, или Нимфы против Нагов - Наталья Шевцова

— Если Теодор сам захочет вас видеть герцог, то да, конечно. Как я уже сказала он мой друг, а не пленник! Барбариска, Розочка! — обратилась она к пикси. — Найдите профессора и передайте ему, что у нас в гостях Эрик фон Ричмонд, который хотел бы с ним встретиться!

— Да, Ваше Величество! — сделали пикси реверанс королеве. — Ваше будущее величество! — сделали они реверанс еще мне и улетели исполнять поручение.

— Каролина, нас ждут важные дела, ради которых ты, собственно, здесь и оказалась! — мягко напомнила мне королева дриад. — Нам нужно идти…

— До свидания будущая королева Каролина! — дружно замахали ладошками пикси.

— До свидания будущая королева Каролина! — вторили им грибы, шевеля разноцветными шляпами-крышами.

— До свидания будущая королева Каролина! — замахали веточками кусты.

В общем, у меня не оставалось выбора, хоть и вежливо, но в угоду своей королеве преданные поданные меня выпроваживали…

— До свидания, — вздохнула я и поднялась с земли, чтобы следовать за Эитнэ, которая направлялась к мосту. И это, разумеется, был самый удивительный живой мост, который я когда-либо видела. Дело в том, что роль свай для этого моста — выполняли деревья, которые росли прямиком из воды и при этом ветки этих деревьев настолько причудливо переплетались, что образовали самый настоящий деревянный настил; и эти же ветки, но уже с листьями, цветами и плодами, подымаясь по обеим сторонам намоста, представляли из себя самую поразительно красивую и яркую живую изгородь из всех, что вообще можно себе представить. Но и это еще не все: как только мы пересекли мост, деревья расплели свои ветки, потянулись всем своим могучим телом, сделали вдох и выдох, поклонились королеве дриад и… разбрелись по реке, кто куда. Мы переглянулись с Эриком.

— Я в шоке! — честно признался он.

— Я в восторге, но и в шоке тоже! — не стала скрывать я.

— То ли еще будет! — в очередной раз подлила королева дриад интриги в огонь моего и так бесперебойно и на полную отдачу работающего воображения.

— Эрик, мальчик мой! — как только мы оказались на другом берегу реки, навстречу нам вышел седовласый гном с длиннющими усами. Правый ус, очевидно из-за волнения, он как раз в тот момент накручивал на указательный палец правой руки.

Глава 28

— Профессор Вайзли! Как же я рад вас видеть! Вы исчезли так неожиданно и попрощались только с Этьеном! Я прошу прощения за то, что я вас так обидел в нашу последнюю встречу! Но вы же знаете меня? Не стоило, право, не стоило профессор все бросать из-за меня! — Эрик потупил взор. — Я того не стоил…

— Я тронут, — усмехнулся профессор. — Такая патетика! Такое самоуничижение… и, одновременно, такое самобохвальство и самоуверенность! Мой мальчик, вы не меняетесь! Вы по-прежнему уверены, что мир вертится исключительно вокруг вас!

— Но профессор… — и я впервые увидела, как у Эрика от искреннего смущения порозовели щеки. — Я не имел в виду…

— Знаю, знаю… — улыбнулся гном и подозвал ближайший пенек, на который он залез, чтобы достать Эрику до плеча и дружески похлопать. — Не обращайте внимания на старого ворчуна, а лучше расскажите-ка мне как там Этьен…

— Этьен?! — недоуменным хором воскликнули мы оба.

— О! Иири! Вы же не знаете… Этьена больше нет… с нами… — выдавил из себя Эрик.

— Нет?! Как нет?! — глаза старика затуманились. — Ох, Иири! Это я виноват! Ваше Величество, обратился он к королеве, — мог бы я поговорить с Эриком наедине. Понимаете — это не моя тайна, а…

— Понимаю, — кивнула Эитнэ. — Чужая тайна запретней тысячи своих. Конечно, мы с Каролиной пойдем, тогда…

— Нет! — неожиданно даже для самой себя заупрямилась я. — Если речь пойдет об Этьене, то это и меня касается! — и, схватив Эрика за руку, я многозначительно посмотрела на него, напоминая, что это я вообще-то привела его сюда.

— Но… — развел руками гном.

— Эрик! — дернула я его за руку. — Ты что-то когда-то говорил о доверии…, а то иначе… иначе… — я лихорадочно придумывала угрозу подейтсвеннее. — Поверь мне, я тебе еще пригожусь и не раз! — таки нашлась я с серьезной и многообещающей «угрозой».

— Профессор Вайзли, все, что вы хотите сказать мне, вы можете говорить и при ней тоже. Каролина, она… друг… нашей семьи, в некотором роде… Она и Этьен… — Эрик вздохнул, подбирая слова.

— Так вы и есть та самая девушка! — гном с интересом посмотрел на меня. — Этьен мне все уши о вас прожужжал… — он грустно улыбнулся. — Он был по уши влюблен и так переживал, что вы не отвечаете ему взаимностью…

— Я отвечала…

— Хорошо, — кивнул гном. — Пойдемте ко мне в дом… — и, развернувшись, быстро перебирая короткими ножками, засеменил вглубь леса. Эрик рванул за ним. Мне было непонятно, чему именно профессор сказал хорошо: было ли это «хорошо» — тому, что я отвечала взаимностью Этьену или это было «хорошо» — в том смысле, что он разрешил мне присутствовать при их разговоре с Эриком. Однако, я не стала уточнять. Я бросила на королеву дриад умоляющий взгляд, и она нехотя кивнула мне, ясно говорящим взглядом: «ладно, можешь идти, куда ж тебя денешь…». Получив разрешение, я рванула догонять Теодора Вайзли и Эрика.

Домом профессору Вайзли, естественно, служило могучее дерево. И должна отметить, это было довольно-таки просторное жилище. Во-первых, ствол дерева в диаметре составлял метров пять, как минимум. Во-вторых, профессор сам занимал все дерево. А это этажей — тридцать. Профессор заметил мой заинтересованный взгляд…

— Я живу на первых двух, а все остальные этажи занимают лаборатории и кладовки… — объяснил мне гном, открывая дверь в горницу. — Прошу! — он пригласил нас войти. Комната, как я и ожидала, представляла из себя нечто среднее между библиотекой и лабораторией: по кругу все стены были заставлены шкафами, в которых стояли если не банки-склянки с травами и зельями, то многочисленные книги. Пол, стулья и даже пол, особенно под столом, также были завалены книгами и банками-склянками. — Извините, я не ждал гостей… — гном освободил по очереди три стула, перенеся их содержимое в ближайший угол. — Присаживайтесь! — пригласил он и сам тут же воспользовался собственным приглашением. — Если бы я знал, что за Этьеном уже ходит смерть по пятам… — без всяких дополнительных церемоний, начал он свой рассказ. — Я бы никогда не послушался его и не уехал. Но он утверждал, что ему ничего не угрожает, а вот я в большой опасности. А для его отца и императрицы это самое главное… — вздохнул профессор Вайзли. Беспомощно взмахнув маленькими ручками, которые он после этого снова положил на колени, он продолжил: