Аманда Эшли - Темнее ночи

Кара расслабилась, ее беспокойство за сестру и бабушку поутихли после заверений Алекса о том, что они сбежали.

Алекс продолжил массировать ее спину и плечи, ощущая нежную и мягкую кожу под своими пальцами. Ее волосы пахли солнцем. Подавшись вперед, он коснулся губами ее плеча. Одетая в цветной сарафан, с распущенными волосами, Кара выглядела юной, невинной и столь же беззащитной, как и новорожденный котенок.

Алекс выругался сквозь зубы. Она должна была быть дома со своей семьей, приглядывать за сестренкой и бабушкой, выйти замуж за мужчину, который мог бы подарить ей ребенка. А вместо этого она находилась здесь, рядом с тем, кто принес ей одни лишь проблемы. Она, скорее всего, уже потеряла работу. Жизнь её была в опасности. Она не представляла, где сейчас ее близкие, и когда она сможет вернуться домой. И все это по его вине. Руки Алекса замерли.

Кара повернула голову, чтобы встретиться с ним взглядом, но ее улыбка погасла при виде его лица.

— Что? Что не так?

— Ничего.

— Ты врешь. — Она пристально посмотрела на него, прищурив глаза, пытаясь прочесть его мысли. Через секунду нахмурилась. Почему она как раньше не смогла прочитать, о чем он думает? Но потом поняла, что он каким-то образом закрыл от нее свой разум.

— Так нечестно, — произнесла девушка полным осуждения голосом. — Ты читаешь мои мысли, когда пожелаешь. Я тоже так хочу.

— Жизнь несправедлива, Кара. — Он убрал руки с ее плеч и поднялся.

Кара уставилась на него. Он был обнажен, не считая обернутого вокруг бедер полотенца. Легкий ветерок дул с озера и трепал его волосы. Заходящее солнце окрасило небо в оранжевые и красные полосы, отбрасывая на его фигуру бронзовые и золотые тени. Весь он был похож на Аполлона, крепкого, красивого и наделенного недюжинной силой. Она снова и снова пробовала прочитать его мысли, но то и дело натыкалась на воздвигнутую им стену.

Кара медленно встала. Ей хотелось, чтобы он обернулся, поговорил с ней, доверился. Ей так хотелось подойти к нему, обнять, сказать, что любит. Но вместо этого она скрестила руки на груди и попыталась блокировать свои собственные мысли.

Шли минуты. А он по-прежнему стоял к ней спиной. Потеряв терпение, Кара развернулась и вернулась на кухню.

Ей надо было чем-то себя занять, поэтому она принялась готовить ужин. Высоко в горах они обменялись клятвами любить и почитать друг друга. Они занимались любовью, и это было больше, чем просто физическая близость. А теперь казалось, что между ними образовалось расстояние в сотни миль.

Когда всё было готово, она повернулась к двери, чтобы позвать Алекса ужинать, но увидела того, стоящего в дверном проеме, взгляд его темных глаз был полон сожаления. Она не знала, как долго он там простоял, и что заставило его так расстроиться.

— Присаживайся, — пригласила Кара. — Ужин готов.

Кивнув, Алекс взял тарелку со стола. Кара поджарила стейки и яйца. Его порция мяса была с кровью, как он и любил.

Ужинали в тишине. Кара не смотрела на Алекса, а он переживал за ту боль, что причинил этой девушке и продолжал причинять до сих пор. Но тоже не произнес ни слова. Он всегда знал, что поступил неправильно, вторгшись в ее жизнь. Двести лет он избегал всяческих контактов с людьми. Пришло время завершить их с Карой отношения, пока не стало слишком поздно, пока он окончательно не разрушил ей жизнь, пока девушку не убили из-за него. Алекс не мог вынести чувство вины за то, что одно лишь его присутствие рядом с Карой ставило ее жизнь под угрозу, не мог и дальше подвергать ее такому риску. Он найдет способ вернуть ее домой, к родным. И если для этого придется убить Баррета, то он сделает это без малейшего колебания.

Поднявшись из-за стола, Алекс поблагодарил за ужин, затем залез в спальный мешок и закрыл глаза. Расставание будет нелегким для обоих. Вероятно, некоторое время она будет тосковать по нему. Может даже возненавидит. Но однажды, когда у Кары уже появятся муж, дети и нормальная жизнь, она поблагодарит его за этот поступок.

____________________________________________________________________________

[2] англ. George Armstrong Custer (5 декабря 1839 — 25 июня 1876) — американский кавалерийский офицер, прославившийся безрассудной храбростью, необдуманностью действий и безразличием к потерям

[3] Битва при Литтл-Бигхорн — сражение между индейским союзом Лакота — Северные Шайенны и Седьмым кавалерийским полком армии США, произошедшее 25–26 июня 1876 года у реки Литтл-Бигхорн, Монтана. Битва закончилась уничтожением пяти рот американского полка и гибелью его знаменитого командира Джорджа Кастера

Глава 24

Он не пускал ее в свой разум, а она не понимала, почему. Устроившись в спальном мешке, девушка вспоминала недавние события, гадая, что же она сказала или сделала, чтобы так разозлить его. Кара несколько раз пыталась заговорить с Алексом, узнать, что не так, но тот лишь вежливо отвечал, что все хорошо и что он просто устал.

Алекс лгал.

Она проверила его плечо и удивилась, обнаружив еще вчера кровоточащую рану почти затянувшейся.

Ей так хотелось, чтобы он обнял ее, приласкал, заверил, что все наладится.

Немного поколебавшись, Кара выбралась из спального мешка и подошла к окну, чтобы посмотреть на мужчину, который заставлял ее сердце сжиматься от боли.

Он стоял на краю озера, подняв голову, раскинув в стороны руки, и смотрел на небо. Бледный свет луны отражался от неподвижной глади воды и отбрасывал на Алекса серебристые блики.

Он выглядел таким красивым и таким одиноким, что сердце Кары вновь сжалось от боли. Почему он отгородился от неё? Разве не понимает, как сильно ранит своим молчанием?

Вдали приглушенно ухала сова. Алекс как-то рассказывал Каре, что по поверьям индейцев крик совы близ жилища означал неминуемую смерть. Звук привлек внимание мужчины, и он обернулся в сторону, откуда тот доносился. Кара увидела лицо Алекса, увидела отразившуюся в нем боль и одиночество.

Почувствовав острую необходимость прикоснуться к нему, приласкать его, раствориться в его объятиях, она выбежала из хижины, не обращая внимания на свою наготу.

— Алекс, прости меня. — Она обняла его, уткнувшись лицом в его плечо. — Прошу, прости меня.

Он инстинктивно заключил её в объятия.

— Простить? — спросил Алекс, сбитый с толку ее извинениями. — За что?

— Не знаю, — пробубнила Кара ему в плечо. — Почему ты отгородился от меня? Мне так одиноко.

— Кара…натайя… — Он поспешно отстранил её, почувствовав возрастающее желание из-за близости Кары, из-за ощущения ее шелковистой кожи, касающейся его тела. — Кара…