С. С. Хантер - Рожденная в полночь

«Просто спроси, и все. Спроси, и все». Увидев опушку, Кайли поняла, что время на исходе. До ее отъезда они могли больше не заговорить.

— Знаешь, по-моему, ты похож на одного человека, — сказала она.

— Правда? — спросил он, не оборачиваясь.

— Ага.

Она подождала, пока он спросит, на кого. Он не спросил.

— Я много на кого похож, — сказал он.

Они подошли к опушке.

— Мне пора. Я веду следующую группу.

— Лукас…

Она сняла его футболку и отдала ему. Он взял. Она отлепила от себя влажную майку. Ткань еще не высохла, но уже не просвечивала. Лукас скользнул по ней взглядом, а потом посмотрел ей в глаза.

«Помнишь меня?»

— Спасибо… что показал следы динозавров.

Он кивнул:

— Не за что.

Помедлил и нерешительно сказал:

— Прости, Кайли.

Она знала, что он просит прощения за поцелуй. Сначала сказал, чтобы она о нем забыла, а теперь еще просит прощения. У нее защемило в груди.

Он пошел дальше, а Кайли осталась на месте. В голове у нее крутилась только одна мысль. Она не собиралась просить прощения. Ей все равно, что их видел Трей. Она ни перед кем не собиралась извиняться.

Едва Кайли успела переодеться в сухое, как услышала стук входной двери. Выйдя из спальни, она увидела Деллу, которая стояла перед открытым холодильником и пила… Что-то она там пила.

Кровь. Кайли пришлось это признать. Ее подруга — вампир, а вампиры пьют кровь, чтобы жить. Пора взглянуть правде в лицо.

— Привет.

— Я с тобой не разговариваю.

Завинтив крышку бутылки, Делла сунула ее в ящик для овощей, где прятала свои запасы.

— Я тебя не виню. Я была не очень хорошей подругой.

— Хочешь сказать, что передумала уезжать?

Кайли ответила не сразу.

— Пока не знаю. Я сказала Холидей, что согласна ждать полмесяца. До тех пор я не знаю.

А потом, собрав всю свою храбрость, Кайли шагнула к ней, вытянула руку и погладила вену на сгибе локтя.

— У тебя ведь есть все приспособления для этого?

— Для чего?

— Чтобы взять кровь. Дерек сказал, у ваших у всех есть.

— Я не… — Делла смотрела на нее широко открытыми глазами. — Я ничего у тебя не прошу…

— Да, но ты не просишь, потому что думаешь, что я откажусь. Так?

— Отчасти.

— А в другой части? — спросила Кайли.

— Потому что ты перестала бояться меня. Мне не хотелось, чтобы ты смотрела на меня как на чудовище.

— Ты не чудовище, — сказала Кайли. — Ты просто вампир.

— И тебе не кажется, что вампиры — чудовища?

— Нет, с тех пор, как я поняла, что ты вампир.

Делла заколебалась.

— Родители думают, что я чудовище. Ли тоже будет так думать.

— Ну и пусть, — сказала Кайли. — Ты не чудовище.

Она протянула руку.

— Кровь нужна тебе, чтобы жить.

— Я могу продержаться лето за счет крови животных, — сказала Делла.

— Зачем, если у меня есть лишняя?

— Лишняя? — переспросила Делла.

— Вообще-то говорят, если дал обещание, то назад не возьмешь, — поддразнила ее Кайли.

— Я не буду ловить тебя на слове.

— Шучу. Я сама этого хочу.

— Чего это ты хочешь? — спросила Миранда, входя в домик.

— Отдать ей немного крови, — сказала Кайли.

— Серьезно?

Глаза у Миранды полезли на лоб. Кайли кивнула.

— Она согласилась выступить за меня против Фредерики. Я ей вообще многим обязана.

— Блин, — скорчила гримаску Миранда. — Если ты это сделаешь, то и я это сделаю.

— Не надо, — сказала Делла.

— Нет, надо. Ведь мы же команда. Все мы.

Глаза у Деллы увлажнились.

— Мне ведьмы в команде не нужны.

— Держись, подруга, — сказала Миранда, — потому что одна у тебя уже есть.

Она протянула руку.

— Так и сделаем. Хорошо бы это было не очень больно. Терпеть не могу уколы.

— Сначала нужно согласовать это с Холидей или Скай.

— Тогда пошли согласуем, — почти в один голос сказали Кайли с Мирандой.

В эту минуту жаба — она же учитель музыки — плюхнулась на пол у ног Миранды.

— Опять ты! — вскипела ведьма. — Мало тебя учили?

Она ткнула пальцем в земноводное.

— Только попробуй еще раз это сделать, сообщу в полицию!

— Может, так и надо, — сказала Кайли.

— Да, но он никогда… Все его штучки можно объяснить случайным совпадением — например, хотел показать, как правильно сыграть, и задел… Единственное, почему я точно знаю, что он нарочно, — это что он превращается.

— Послушай, — сказала Делла, — а давай-ка поджарим этого любителя сладенького. Или отдадим оборотням. Вот кто любит жаб.

Жаба одним прыжком пересекла комнату и растворилась в воздухе.

— Не понимаю, — полюбопытствовала Кайли, — он что же, исчезает там, откуда взялся, когда появляется здесь?

— Да, — сказала Миранда. — Но, кроме первого раза, это происходит, когда он один. Или, по крайней мере, я так думаю, потому что проверяю, куда он девается. По-моему, он перестал давать уроки музыки.

— И то хорошо, — сказала Кайли.

Тут глаза у Миранды вдруг округлились:

— А правда, что Лукас сегодня вытащил бумажку с твоим именем?

— Ага, — согласилась Кайли.

— Блин.

Делла толкнула подругу на кухонный стул.

— Ну давай же, рассказывай, что было?

Миранда тоже села на стул.

— Выкладывай.

И Кайли все выложила. Торопливо, словно не могла остановиться. И не только про поцелуй. Рассказала о том, что они были соседями, рассказала про кошку. Про то, что никогда так не целовалась, и про то, что назвала Трея Дереком и что запуталась в своих чувствах, особенно после того, как Дерек ушел, не оглянувшись. Когда Кайли выговорилась, Делла с Мирандой сидели, широко раскрыв глаза и разинув рты.

— Блин! — повторила Делла.

Миранда откинулась на спинку стула и вздохнула:

— Хотела бы я, чтоб меня так поцеловали. Чтоб по мне так страдали.

— Делов-то, — сказала Делла. — Пойди и скажи это Перри…

— Да ладно, — покачала головой Миранда. — Если у парня кишка тонка даже чтобы сказать, что я ему нравлюсь, то как же он, бедный, меня поцелует?

— А ты поколдуй, — предложила Делла.

Все дружно рассмеялись. Тут у Кайли зазвонил телефон. Она мельком взглянула на экран и увидела номер отца. Смех замер у нее на губах, она нахмурилась. Но потом, чтобы не портить веселья, сбросила вызов и сунула мобильник в карман.

Полдня и еще один день пронеслись быстро. Наверное, отчасти потому, что не было больше никаких драм — ни внезапных приездов Трея, ни стычек с Фредерикой, ни даже ссор между Мирандой и Деллой. Подруги отдали ей кровь, и все стало хорошо.