Карина Хелле - Погасший маяк

- Боже, ты еще и эмо?

- Ты хотела мой совет, ты его получила. Думаешь, я буду говорить то, что ты хочешь слышать? Если хочешь быть такой взрослой и умной в этом, то поступи правильно. Но если хочешь веселья и ухватиться за шанс, то не слушай остальных. Зажигай!

Я рассмеялась и села. Ада поднялась со стула и взяла мою гитару.

- Ты больше не играешь, - заметила она.

- Я была занята. И я все еще плохо играю.

- Мечтай о большем, - она бренчала по струнам мимо нот, но ее слова эхом раздались в моей голове. Раньше я мечтала о большем. Но где-то по пути забыла об этом.

И сдалась.

- Ладно, - решила я. – Скажу маме с папой, что я на работе. Поеду в аэропорт на мотоцикле, побуду там пару часов. А потом скажу им, что задержусь на работе или придумаю что-то еще, чтобы они не переживали, что я вернусь поздно.

- И ты можешь быть умной, если захочешь, Перри. И не нужно было мне все это рассказывать, - она отложила гитару и убрала длинные пряди волос с накрашенных глаз.

- Спасибо, - сказала я ей.

Она озорно улыбнулась.

- Комплименты от меня чаще раза в пару месяцев не жди, ясно?

- Поняла.

- Удачи, - и она покинула комнату.

Я не знала, как уснула этой ночью. Нервы гудели, мысли были далеко, а вскоре и солнце встало.

Глава 18

Я села в самолет с сердцем, колотящимся в груди, будто испуганная пташка, и улыбнулась служащему так широко, как только могла, пока протягивала билет. Я чувствовала себя очень важной персоной, хоть этого и не было. Но в моих действиях была загадка и бунтарство, ведь я столько наврала. И, должна признать, это восхищало.

Я позвонила Фриде в шесть тридцать утра, чтобы добавить моей лжи реализма. Если я и знала что-то об игре в заболевшего, так это то, что нам редко хватает смелости позвонить в нужное время. В ее голосе звучало подозрение, потому было сложно звучать заболевшей, но не настолько сильной, чтобы стало понятно, что я приду в понедельник. Все же она не смогла ничего поделать и сказала позвонить вечером в воскресенье и сказать, смогу ли я выйти на работу.

С родителями было чуть проще. Я оделась и приготовилась, как и всегда. Я нервничала, и мое волнение проявилось еще до утреннего кофе. Пока я забирала остатки из холодильника, мама спросила, в порядке ли я. К счастью, там была Ада, и она переключила разговор на себя, я даже ответить не успела. Я хотела ей подмигнуть, но если мама заметит, нам несдобровать.

Я быстро села на маленький самолет, летящий до аэропорта Си-Так. Полет прошел без событий, но я не могла перестать ерзать на сидении, словно дикая обезьянка. Когда мы приземлились и поехали, старичок, что сидел рядом, похлопал меня по руке и сказал:

- Все хорошо, мы в безопасности, - о, хотелось бы, чтобы это было так.

Когда пришло время выходить, я схватила сумочку и прошла по коридору к двери, гудя от волнения. Я была как персонаж из романтического фильма. Эти мысли были глупыми и девчачьими, но я не могла притворяться, что их у меня нет.

Радостно отсалютовав пилоту, я прошла в терминал и увидела Декса.

Хотелось бы сказать, что он «лишь мужчина», как я говорила себе всю неделю, но стоило увидеть его у ворот, как я поняла, что это не так.

Он прислонился беспечно к колонне, зубочистка выглядывала из его рта. Темные волосы были зачесаны вверх спереди, порез на лбу почти исчез. Он все еще добавлял немного грубости его лицу, которое сейчас выглядело свежее и моложе. Глаза его сияли, и я могла поклясться, что его ресницы стали длиннее, или изменилось что-то еще, ведь он выглядел почти мило. Даже его усы в стиле Эррола Флина было едва видно, а подбородок был гладко выбрит.

Одежда его тоже изменилась – белая рубашка с длинными рукавами и черные брюки. Он мог бы сойти за официанта, если бы не зеленая армейская ветровка, что была ему большой.

Я не могла врать. При виде Декса мое сердце превратилось в сироп, медленно растекающийся в груди. Наши взгляды пересеклись, и по мне словно попал луч гормонов, меня потянуло к нему. Хорошо еще, что это притяжение прекратилось, когда я казалась достаточно близко к нему.

- Привет, - сказала я, голос дрожал, и это мне не понравилось.

Он вытащил зубочистку и бросил на пол перед женщиной, и она одарила его мрачным взглядом. Он ухмыльнулся ей в ответ и вскинул с намеком брови. Он повернулся ко мне и улыбнулся.

- Ты пришла, - он был удивлен.

- Ага, - ответила я, поправляя ремешок сумки на плече, не зная, стоит его обнимать или нет.

- Ты глупее, чем я думал, - он стукнул меня по руке. – Прелесть юности.

Я не успела понять его слова, а он вытащил из кармана часы и посмотрел.

- Пора, хмм?

И он пулей пошел из терминала. Я шла за ним, начиная подумывать, что совершила ошибку. А еще мне хотелось, чтобы его куртка была короче, чтобы я лучше видела его задницу. Ага. И такого мне хотелось.

Путь по городу был долгим, мы попадали в пробки, часть дороги была перекрыта из-за ремонта. А мне не терпелось узнать, что же у него получилось.

- Сначала я думал, что все пропало, ведь многие кадры оказались черными, но со звуками. А потом понял, что если смогу спасти аудио и наложить на другие части, то это добавит эффектности. А если я еще и получу твой голос на фоне, то можно будет заполнить пустоты.

Я смотрела, как Декс говорит о фильме, и понимала, как сильно он заботился обо всем этом, и что он знал, о чем говорит. Он видел картину целиком, а я не могла представить, как то, что мы сняли, может стать чем-то хоть отдаленно интересным. Если бы я могла своей камерой снять Старого Родди, был бы совсем другой разговор. Но Декс был уверен, что в его руках нечто потрясающее, хоть я сама в этом и не верила.

Он, наверное, увидел недоверие на моем лице, потому что повернулся и сказал:

- Поверь, выглядит отлично. Нам есть с чем работать.

- Это тот случай, когда мне нужно просто тебе поверить, да?

- А я-то надеялся, что ты всегда мне верила, - серьезно ответил он.

Я не знала, что сказать, так что промолчала. Я выглянула в окно. Не сказать, что Дексу нельзя было доверять. Он мне жизнь спас. Но он был таким непредсказуемым, что я с трудом принимала на веру его слова. А еще он сам признал, что он – лжец, еще и с расстройством, и вообще, я хотела, чтобы он остановил машину, чтобы я забралась ему на колени и приставаниями все из него выбила. Я знала по своему опыту, что нельзя доверять парням, которых считаешь очень сексуальными.

Темный, хмурый и загадочный? Нужно быть осторожной.

И, конечно, было его слово «всегда», словно он знал, что мы будем работать вместе постоянно. И хоть я этого хотела, ответственный взрослый во мне требовал понять, во что я ввязалась. Это помешает моей работе? Сколько мне за это заплатят? Заплатят ли вообще? И зачем мне все это? Я не хотела проблем из-за этого.