Расплата за измену. Изысканный развод графини - Дия Семина
Тут же поправляю свою домашнюю одежду, радуясь, что мы с Викой надели бельё и лёгкие платья вместо халатов после принятия ванны. А то было бы пикантно.
— Это заставляет нервничать, учитывая все наши недомолвки! — он вдруг тоже стал очень серьёзным. Мне теперь как-то не по себе. Но он тут, значит, мотив весомый.
— Например? — я схитрила и решила, что не хочу первая задавать вопросы.
— Вот это письмо, о воссоединении с мужем? Я приехал убедиться, что он вас не похитил, и не заставил написать это сообщение силой.
Рэй протягивает письмо, а мне вдруг стало не по себе. Я же пыталась добиться ровно другого результата. Чтобы он не приезжал и не вмешивался.
Но притворяюсь дурочкой:
— Вы поэтому примчались в другую страну, и ждёте меня тут третьи сутки?
При Виктории он почему-то стал сдержанным и говорит тихо, обращается на вы и официально, не верит, что я собираюсь развестись с Бэкетом?
Его терпению можно позавидовать:
— Леди Мейбл рассказала отцу, что ты слышала наш неприятный разговор. Он первый заподозрил, что вы совершили опрометчивую ошибку от обиды. И теперь в опасности. В доме Моник я вас не застал, и самое ужасное, что экономка Мари подтвердила общение с мужем. Признаюсь, не выдержал и помчался следом, понимал, что вы остановитесь в Париже, но найти бы вас не смог, поэтому сразу приплыл на яхте сюда на побережье. Но он вас не обидел?
Мы замолчали. Неловкий момент и Вику отсылать не хочется. Но выручила Моник, ей как-то надо представиться Александру, а у меня и Рэя свои важные дела. Подруга решила действовать через Викторию.
И мы решились на серьёзный разговор, по крайней мере, я решилась. И очень надеюсь, что и герцог настроен так же.
Судя по тому, как он переместил винтажное кресло к моей кровати, где я всё ещё лежу, так и не успев встать. Но отвечать надо, моя очередь оправдываться.
— У меня не хватило бы документов для дочери. Это временное перемирие, мы плыли в разных каютах, я боюсь его, боюсь оставаться с ним на ночь в одном помещении, боюсь даже есть, когда он рядом. Но никто кроме меня, мои проблемы не решит. Не хотелось втягивать вас и леди Олбани. Эта история слишком токсичная. Репутации многих семейств уже пострадали. Даже какие-то Флетчеры, это слишком знатное семейство, не так ли?
— Да, газеты несколько дней трубили, что Эндрю незаконный сын самого лорда Флетчера. Но теперь всё также моментально заглохло, Эдвард Флетчер умеет затыкать рты репортёрам.
— И чем мне и моей дочери это грозит? — прекрасно понимаю, что Вика теперь ещё и представляет опасность для этого могущественного семейства. Маленькая графиня, пусть дочь незаконнорождённого отца, но она помеха, никто не любит неожиданных детей, претендентов на наследство.
— Если вы разведётесь с Эндрю и девочка возьмёт фамилию матери, то Флетчеры просто забудут о ней. Такое условие Эдварда Флетчера.
Я не ожидала, что «родственники» мужа настолько кровожадные, что посмели выставить условия не только Эндрю, но и мне с Викой. Это подействовало, как ушат ледяной воды. Я словно снова вернулась в пекло ужасных событий.
— А сам Эндрю? Как поступят с ним? — мой голос дрогнул.
— На него спустили бешеного пса, некий Томас. Сразу, как лорд Бэкет подпишет бумаги на развод, им займутся. Боюсь, что для Эндрю это конец.
— Но он признанный сын Оливера Бэкета, не проще ли оставить всё как есть, чем больше скандал, тем более последствия, — мне не жалко Эндрю, но он отец моей дочери, не хочется знать, что с ним кто-то расправился только потому, что его мать грешила с каким-то Флетчером. Мой страх только из-за репутации Вики, этот скандал никто ей не забудет.
— Увы, мы уже никак не можем повлиять на эту историю. Мать Эндрю перешла дорогу очень властной женщине, Аманда Флетчер такое не простит никогда. И теперь ещё и позор, имя покойного Эндрю Флетчера вымарали в грязи, за это заплатят все причастные.
— Так, стоп! А леди Аврора Фергюсон, кажется, так её зовут. Она ведь тоже оскорблений не прощает. Вы должны были жениться на ней! Мне еще и от неё ждать неприятности? Ах, Рэй! Это вам всё позволено, как и старшему Флетчеру, он мог спать с кем угодно, а страдали и страдают другие. Так и с вами. Ваш брак одобрила королева, ваш отец желает этого, а вы настойчиво преследуете меня, опозоренную женщину, ожидающую развода.
Рэй не выдержал, взял мою руку и поцеловал. Сидит такой грустный, что мне стало не по себе. Он заметил мою дрожь и улыбнулся.
— Я приехал задать только один вопрос, и ваш ответ, дорогая графиня, расставит все по своим местам.
— Опять я крайняя? — хмыкаю и вздыхаю.
— Похоже на то, вы знали, что я был женат?
Вот не тот вопрос я
