Принцесса - Клэр Кент

class="p">— Я собираюсь быстренько принять душ, — говорю я, когда Грант просто стоит в гостиной с таким видом, словно не уверен, куда деть свои руки. — Если у тебя достаточно сил, ты мог бы с таким же успехом вернуться к себе и начать собирать вещи.

Его брови приподнимаются, и легкая улыбка подрагивает в уголках его рта.

— Поскольку ты переезжаешь сюда, ко мне, — добавляю я в качестве (ненужного) объяснения.

— Ладно. Я думаю, что это отличный план, и я даже не буду упоминать, что с этого момента я должен делать первые шаги.

Я замираю, совершенно забыв об этом маленьком факте.

Грант смеется. Так долго я даже не подозревала, что он знает, как это делается.

— Я сегодня умоюсь, переоденусь и возьму с собой смену одежды. А потом заберу остальное завтра.

Я киваю, довольная, и уже направляюсь в свою ванную.

Я принимаю душ, чищу зубы, натягиваю небольшую сорочку и забираюсь под одеяло до возвращения Гранта. Я выключаю свет в спальне, но оставляю открытой дверь в освещенную гостиную, чтобы видеть, как он вернется. Он привозит с собой тележку, заваленную одеждой и личными вещами, и просто оставляет ее возле двери, а сам присоединяется ко мне в постели.

Он снимает чистую футболку и спортивные штаны, которые надел после душа, и забирается под одеяло в одном нижнем белье.

От него пахнет мылом и зубной пастой. Он притягивает меня в свои объятия, поворачивая на бок, так что наши тела плотно прижимаются друг к другу.

— Ты все еще любишь меня? — шепчет Грант мне на ухо.

Мое тело сотрясается от беззвучного смеха.

— Да, я не изменила своего мнения за те полчаса, что тебя не было.

— И ты хочешь прожить со мной жизнь? Обзавестись домом? Может быть, семьей?

— Да. Я хочу, чтобы все это было с тобой.

— Хорошо. Просто хотел убедиться, что у меня не галлюцинации, — он наклоняет голову, чтобы поцеловать меня в изгиб шеи. — Я так сильно люблю тебя, принцесса. Я так долго думал, что мне никогда не будет дозволено признаться тебе.

— Ну, ты можешь это сделать, — я переворачиваюсь на спину, когда его поцелуи становятся более настойчивыми. Он следует за мной, наваливаясь всем своим весом так, что я не могу не наслаждаться. — Ты можешь говорить мне это так часто, как захочешь. Я очень долго ждала, чтобы услышать это.

— Я люблю тебя, — бормочет он, потираясь своим шершавым подбородком о мою щеку, а затем прокладывая дорожку поцелуев вниз по моей шее. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — я выгибаюсь, когда он касается губами одной из моих грудей через ткань сорочки.

— Зачем ты утруждалась с этой штукой? — ворчит Грант, хватая мою сорочку и стаскивая ее через голову. — Ты должна быть готова к действию так же, как и я.

Хихикая, я провожу кончиками пальцев вверх и вниз по его спине от плеч до задницы.

— Я чувствую себя глупо, лежа в постели совершенно голой.

— Почему глупо? Подходящее слово для этого — практично, — теперь, отбросив мою сорочку на середину комнаты, Грант приподнимается достаточно, чтобы посмотреть на меня сверху вниз, и его глаза сосредоточены на моей груди. Он оставил дверь спальни открытой, чтобы ему все было хорошо видно, благодаря проникающему свету. — Мне никогда не надоест видеть тебя такой.

Это очень приятно слышать. Это посылает теплую волну удовольствия по всему моему телу. Грант смотрит на меня сверху вниз так долго, что я двигаю бедрами. Просто то, как он смотрит на меня, заводит меня.

Он улыбается, как будто понимает это.

— У тебя слишком самодовольный вид. Ты не врал насчет того, что станешь несносным, — говорю я ему.

Его тело трясется от смеха. Он опускает голову, чтобы подразнить мои соски губами и языком. Такое чувство, что он, возможно, все еще немного смеется, пока прокладывает дорожку поцелуев сверху вниз по моему телу, наконец, прижимаясь носом к моей киске, и я уверена, что он все еще улыбается, когда закидывает мои ноги себе на плечи и пальцами и ртом заставляет меня кончить.

Я все еще тяжело дышу и пульсирую от этого оргазма, когда Грант меняет позу, садясь на колени. Он приподнимает мои бедра и входит в меня, а я хватаюсь одной рукой за спинку кровати, когда он начинает трахать меня; мое тело беспомощно и полностью открыто его взгляду. Я тру свой клитор другой рукой, пока не кончаю снова.

Затем он переворачивает меня на четвереньки и берет сзади. Эта поза всегда срабатывает для меня, поэтому мне приходится приглушать свои громкие крики подушкой. Наконец он переворачивает меня на спину и помогает мне обхватить ногами его спину.

Я взмокла от пота, покраснела до самой груди и тяжело дышу, как будто пробежала марафон, но я улыбаюсь при виде глубинной, напряженной нежности на его лице.

— Ты сегодня немного амбициозен, не так ли?

— Не амбициозен, — хрипло бормочет Грант. Он явно так же измотан, как и я, и почти на грани того, чтобы утратить контроль. Его член погружен во меня, но он пока не двигается. — Влюблен. Так влюблен в тебя. И я хочу, чтобы ты знала, насколько сильно.

— Я знаю. Теперь я знаю. Я тоже тебя люблю.

— Скажи это еще раз, — эти слова наполовину мольба, наполовину требование, когда он начинает двигать бедрами.

— Я люблю тебя, — я задыхаюсь и выгибаюсь дугой от того, как глубоко он сейчас проникает в меня. — Я тоже тебя люблю.

— Продолжай повторять это, — теперь Грант опустил голову и жестко трахает меня, его лицо искажено от натуги. Он на грани того, чтобы полностью потерять самообладание. — Никогда не останавливайся.

— Я люблю тебя, — я не думаю, что смогу кончить снова, но все так приятно, что я не могу удержаться и царапаю ногтями линии на его спине.

Грант издает горловой звук, который уже невозможно описать словами.

Я продолжаю повторять, что люблю его, пока он не издает разнузданный рев и не выходит из меня как раз вовремя. Его тело содрогается в момент кульминации, пока он кончает мне на бедро.

После этого он падает рядом со мной, улыбаясь и глядя на меня.

Я улыбаюсь в ответ.

И мы продолжаем улыбаться, переводя дыхание, пока мне наконец не удается скатиться с кровати, чтобы пописать и привести себя в порядок.

Когда я потом возвращаюсь в спальню, Грант уже спит.

***

Месяц спустя я плаваю, и мои гребки рассекают холодную пресную воду. Я чувствую солнце на своей спине, и