Томмазо - Мими Джин Памфилофф

Хотя Тула пыталась приспособиться к нему, выглядя как женщина, которая не нуждалась в каком-то искушении, следовательно, подавляя его желание соблазнить — это не сработало.

— Мистер Зак? — На этот раз она впилась ногтями в его руку. — Поговори со мной.

Он посмотрел на её ногти, пытающиеся разорвать его очень упругую кожу. Она зла? Неужели не понимает, как разрушает его жизнь?

— Просто уходи, Тула. Оставь меня в покое.

Она встала перед ним и пристально посмотрела в лицо.

— Что происходит, мистер Зак? Я пытаюсь. Я действительно пытаюсь.

— Пытаешься что?

— Быть тебе другом. Чтобы осчастливить.

Она делала его несчастным. Чертовски несчастным. Всего несколько месяцев назад его сослали в Лос-Анджелес, лишили сил, и в качестве наказания он вынужден руководить этим нелепым брачным агентством. Всё это должно преподать ему урок о значении настоящей любви и о том, что её нельзя купить или украсть. Она даётся свободно, иначе это не любовь. Что ж, он это понял. Понял. Но это не изменит то, кто он — Бог Грёбаного Искушения. И знание того, кто он, кем всегда будет, придавало ему уверенности. Только сейчас он начал во всём сомневаться. Кроме своей крутости, конечно.

— Ты не сможешь сделать меня счастливым, Тула.

— Я не это имела в виду. Просто пыталась облегчить тебе жизнь. — Её голос, как обычно, был наполнен искренностью и теплом. — Знаю, что ты через многое прошёл и мне неприятно, что, находясь рядом со мной, ты всегда расстраиваешься.

Почему она должна быть такой милой и такой… чистой сердцем?

Это так раздражает!

— Уходи, Тула. Ты ничего не понимаешь. — Он не потрудился посмотреть в её сторону, когда говорил. Вероятно, потому, что не хотел видеть её обиженный взгляд.

— Х-хорошо… — грустно ответила она.

В тот момент, когда она начала уходить, он сразу же почувствовал эту чертову раздражающую вину. Она подошла к нему, и стало хорошо. Очень хорошо. Она ушла; и он чувствовал себя дерьмово.

— Подожди. — Он последовал за ней и быстро догнал, взяв за руку. — Прости, Тула. — Он развернул её к себе. — Я не хотел быть таким… злым.

— Тогда зачем ты это делаешь? Почему оскорбляешь меня и обращаешься так, будто мои чувства не имеют значения? Ты ничем не отличаешься от него.

Тула имела в виду своего уже бывшего жениха, бросившего её, потому что она настояла на том, чтобы остаться нетронутой до замужества.

— Ты ошибаешься, Тула. Я намного, намного хуже. По крайней мере, он бросил тебя, в то время как я, похоже, не могу тебя отпустить.

Взгляд её прекрасных широко раскрытых голубых глаз метался между тоской и злостью.

Прежде чем понял, что делает, Зак обнял её, притянул к себе и наклонился, чтобы поцеловать. Не потому, что хотел покорить её или соблазнить, а просто потому, что ему необходимо почувствовать тепло её губ на своих. Когда их губы соприкоснулись, дыхание смешалось, а тела плотно прижались друг к другу, Зак ожидал, что она оттолкнет его. А потом ударит коленом. Но Тула неожиданно обняла его и приподнялась на цыпочки, чтобы углубить поцелуй. Зак с трудом мог в это поверить, когда мягкий, сладкий рот Тулы открылся ему, как распускающийся цветок, ожидая, когда его исследуют.

Вздрогнув, он отпрянул.

— Милостивые боги, женщина. Ты только что ответила на мой поцелуй? — Глаза Тулы полны нежной привязанности, такой нежной и хрупкой, что Зак подумал, не подует ли ветер и не унесёт ли всё это прочь. — Подожди, — сказал он, надеясь, что она не начнёт слишком много думать об этом и испортит момент. — Не отвечай. Просто… пойдем, потанцуем.

Она моргнула, глядя на него, и улыбнулась.

— Я бы хотела этого, мистер Зак.

Он мог видеть облегчение на её лице. С ней всё должно происходить в своё время. На её условиях. Потому что она не собиралась открывать своё сердце неизвестно кому.

«Проклятье. Я ей не подхожу. Я только причиню ей боль и разрушу её, и…»

Он остановился и уже собирался придумать какой-нибудь дурацкий предлог, чтобы уйти, но тут она подошла к нему и положила голову на его широкую грудь. Он со свистом выдохнул. Боги. Он никогда не чувствовал такого сильного желания.

— Обними меня, — нежно попросила она.

«Боги, пожалуйста, простите меня».

Он обнял её, притянул к себе, и они начали покачиваться в такт музыке.

— Зак! Убери свои чертовы руки от этого человека!

Зак и Тула обернулись и увидели Симил в платье, полностью сделанном из сплющенных банок «Доктора Пеппера». И у неё длинная рыжая борода. Фу.

— Симил, никогда не был так рад тебя видеть, — сказал Зак. — Мои комплименты волосам на лице. Очень дерзко.

— Что?.. — Симил протянула руку и пощупала подбородок. — Упс! — Она сдёрнула эту штуку. — Неудивительно, что Роберто продолжал называть меня Бьюфордом. — Она бросила эту штуку на пол. — Хорошо, на чём мы остановились?

— Ты собиралась уходить. — Он притянул Тулу обратно в свои объятия.

— Боже! — Симил вклинилась между ними. — Зак, брат, — прорычала она, — я имела в виду то, что сказала, когда мы её нанимали. Тула не для тебя. Она не игрушка. И никогда не полюбит тебя.

Зак внезапно почувствовал ярость.

— Простите, мисс Симил, — сказала Тула. — Мы просто танцевали. И да, он поцеловал меня, но всё это совершенно невинно.

— Невинно? — Зак набросился на Тулу. — Этот поцелуй не был невинным.

Симил взяла его за руку.

— Ой! — взвизгнул Зак. — Отпусти, ты, демоница закуски.

— Послушай меня, брат. Тула — важна. Я не могу объяснить, почему или как, потому что Сими так не делает. Ты должен доверять действиям.

— Ты имеешь в виду своё безумие, — сказал он.

— Это тоже, — согласилась Симил, — но хоть раз в жизни, пожалуйста, послушай меня. Ты разрушишь жизнь Тулы, потому что никогда никого по-настоящему не любил и не