Лики миров (СИ) - Елена Владимировна Добрынина

спустя, — если бы ты мог мгновенно изменить в этом мире что-то, что бы это было?

Он бросил на меня такой взгляд, что я бы не удивилась, услышав в ответ что-нибудь вроде «чтобы одну взятую девицу после заката настигало проклятье немоты».. но он сказал другое.

— Запретил бы добывать в Бездне голубое железо… столько народа из-за него сгинуло, — а потом, уже с закрытыми глазами, добавил, — и щенков топить… жалко их… — и я поняла, что он уже совершенно не здесь.

Когда следующий день перевалил за свою половину, на горизонте нашем показались стены Неккара — самого крупного из северных городов Шедара и при этом ближайшего к границе с Бездной. На великолепную столицу этот город совершенно не походил. Приграничное его положение наложило на облик города весьма характерный отпечаток: высокие серые каменные стены, укрепленные магическим щитом, призваны были выдержать при необходимости нападение тварей. Крупные здания, принадлежащие министерству, городскому начальству или влиятельным вельможам больше напоминали крепко сбитые замки с толстыми стенами, узкими окнами-бойницами и острыми коническими крышами, похожими на хорошо заточенные карандаши, торчащие из коробки.

— Неккар живет, в основном, за счет того, что обслуживает магов, — рассказывал Лик, пока мы приближались к городским воротам. — Их тут даже больше, чем в столице: отдыхать от службы и коротать свободные дни в основном предпочитают тут: недалеко и все, что нужно, под рукой. Поэтому многие снимают здесь жилье и все прочее на долгое время.

Вот это «все прочее» мне совершенно не понравилось.

— И ты? — спросила настороженно.

— Жилье — да, — ответил он и замолчал.

Вот ведь. Как бы его так расспросить? Мне же и в голову раньше не приходило поинтересоваться..

— Ли-и-к, — наконец решилась я… — по поводу «прочего».. Ты… у тебя есть постоянная. ммм… подружка?

Он обернулся и посмотрел на меня, как на идиотку.

— Там, в Неккаре, я имею ввиду.

Я чувствовала, что его так и подмывает ответить мне что-то эдакое в своем стиле, но магистр сдержался и очень терпеливо, будто скорбной умом крестьянке, пояснил:

— Нет, Дея, постоянной подружке ни в Неккаре, ни в любом другом городе Шедара у меня нет. Ты довольна?

— Ага, — закивала тут же, хотя кивков моих боевик видеть не мог. — А почему?

— Любопытные больно, — съязвил маг, — вопросов много задают.

Я покаянно уткнулась лбом ему промеж лопаток.

— Здесь весьма своеобразная обстановка, — он как ни в чем не бывало продолжил вводить меня в курс дела, — почти как на Границе, но более расслабленная. Поэтому сплетни здесь собирать — милое дело, а вот самой лучше язык держать за зубами.

На этом месте к нам подъехал Мир.

— Где остановишься? — спросил его Лик.

— Хочу заглянуть кое-куда… — уклончиво ответил блондин, — но вещи, если можно, к тебе закину.

Боевик кивнул.

— Сразу побежишь или пообедаем сначала?

— Пообедаем, — решил Мир. Видимо «кое-где» не очень-то кормили.

На этом диалог закончился, и мы въехали в город.

Даже не знай я того, что уже знала о Неккаре, я могла бы сделать правильные выводы исключительно на основе наблюдений. Мужчин здесь было много, примерно четверть из них щеголяла в военной форме, будто намереваясь в любой момент сорваться обратно к границе. Таверны, постоялые дворы и объявления о сдаче квартир и домиков встречались здесь на каждом шагу. Все дамы, которых я видела на улицах, могли быть четко отнесены к одной из двух категорий: «хозяйки» — одетые в добротные, подчеркнуто скромные платья или «подружки» — в пестрых юбках и блузках с выразительным декольте и короткими рукавами. Общались дамы друг с другом приветливо, но свою принадлежность к той или иной группе подчеркивали повсеместно, так что перепутать их не смог бы даже пьяный маг в безлунную ночь.

Лошадей в Неккаре было не так много, в основном на них доставляли продукты или другие товары торговцы. Зато саврусы носились едва не табунами и под хранилища и стойла для них отводилось очень много места.

Верден и братья покинули нашу компанию первыми: у них в Наккаре как раз имелось снятое жилье со всем «прочим» и они торопились навестить подружек и получить хотя бы небольшую порцию домашнего уюта. Чуть позже их примеру последовал Ругер, который решил остановиться на хорошо знакомом постоялом дворе. А затем и Ледор, встретивший старого знакомого, сманившего нашего «монашествующего рыцаря» хорошим вином и задушевной беседой. В итоге мы с Миртеном и Ликом остались втроем.

— Где снимаешь? Все там же, на Восточной? — расспрашивал защитник боевика и, дождавшись утвердительного кивка, хмыкнул: — Какое завидное постоянство.

Лик оставил это замечание без комментариев.

Минут через десять неспешной езды мы добрались до тихой, не очень приметной улочки и остановились около небольшого домика из серого кирпича с коричневой крышей и большим, совершенно нетипичным для местной застройки балконом.

— Приехали! — возвестил наш командир и, присвистнув, подал трап, то есть «конский» хвост, а когда все спешились, подошел к домику и громко, по-хозяйски, постучал в дверь.

— Иду-иду, — раздался немолодой уже женский голос, и на пороге возникла пожилая, но весьма энергичная дама. Седые волосы ее были аккуратно убраны в элегантный узел, простого покроя зеленое платье ладно сидело на невысокой кругленькой фигуре.

— Ой, да быть не может, Ликард! — всплеснула руками дама, почти по-матерински приобняла моего вредного магистра, а потом увидела и нас с Миртеном: — Господин, госпожа, проходите, пожалуйста.

— Мы ненадолго, госпожа Зои, — объяснил ситуацию Лик, когда мужчины сгрузили с саврусов наши вещи и перетащили их в дом. — Завтра с утра поедем к Границе. Обедать будем в городе, ужинать — здесь.

Пока он разговаривал с хозяйкой, я с интересом осматривала неккарское жилье моего нанимателя. На первом этаже — холл, столовая, гостиная и хозяйственные помещения. Вверху — две отдельные комнаты, могу предположить, что спальни. Темно-коричневые деревянные полы и лестница, янтарного цвета — панели на стенах, тоже из дерева с любимыми шедарцами «восточными» резными шлемообразными арками, темно-синие диваны и кресла. На полу перед небольшим камином бело-серая шкура какого-то зверя, к моему счастью, без скалящейся головы.

Красиво, сдержанно, уютно, но чего-то не хватает. Чего-то, что рассказывало бы о личности живущего тут человека: ни милых сердцу мелочей, ни памятных картин или любого намека на увлечения или характер владельца.

— Я здесь бываю не так часто, — ответил Лик на высказанное вслух наблюдение, — да и не любитель я особенно обрастать имуществом.

Я моргнула, прогоняя острое ощущение дежа вю.

— Куда пойдем обедать? — вот Мир молодец, сразу озадачился куда более насущными вопросами. — Может в «Толстого магистра» или в «Бездельника»? Давненько не был ни