Невезучий вампир - Линси Сэндс

эти двое были ловкими и хитрыми, они прятались в коридорах и искали любую возможность заманить нас в ловушку в ванной или где-то еще. И Больной Стив, казалось, постоянно пытался застать меня врасплох. Но Беверли и ее брат Эндрю присматривали за мной, и я делала то же самое для них».

Софи снова улыбнулась, подумав о них. — «Мы втроем стали сплоченной командой. Не думаю, что без них я бы выжила в интернате».

Аласдер смотрел, как Софи слепо улыбается стейку, который она готовила. Казалось очевидным, что она погрузилась в свои воспоминания. О своей лучшей подруге и брате девушки. Он нахмурился, вспомнив, как Маргарита перечисляла всех людей, которых потеряла Софи, и упоминала лучшего друга детства. Очевидно, она говорила не о Меган. Она все еще жива. Была ли Беверли той лучшей подругой, которая погибла?

— «Вы трое все еще дружите?» — спросил Аласдер, надеясь узнать. — «Где сейчас Беверли и Эндрю?»

Софи дернулась, как будто проснувшись ото сна, и выключила плиту, прежде чем кратко сказать: —«Умерли. Беверли мертва. Эндрю еще жив, но находится в коме».

— «Что случилось?» — мягко спросил Аласдер.

Софи открыла духовку и положила стейки на тарелку, ожидающую внутри, уже разогретую. Закрыв дверь, она отнесла сковороду в раковину. Он смотрел и ждал, пока она мыла сковороду. И только когда она закончила и положила ее на сушилку, она снова заговорила.

Взяв полотенце, она вытерла руки и сказала — «Эндрю увлекался скейтбордингом. Он всегда делал трюки и прочее. Хардфлипы, скольжения назад и все такое. И он никогда не надевал шлем», — сказала она сердито. — «Я не знаю, что он делал в тот день. Мы с Беверли обычно останавливались с ним в парке по дороге домой, чтобы посмотреть, как он тренируется и пробует новые трюки, но в тот день мы с Меган делали групповой проект по истории и не остались, как обычно. Мы проводили его, а затем мы с Беверли пошли в библиотеку. Меган пришлось задержаться из-за того, что она разругалась с нашим учителем экономики, поэтому она пришла немного позже. Мы пробыли в библиотеке не менее часа, а затем мы с Беверли расстались с Меган и направились обратно в интернат. Мы думали, что Эндрю будет ждать нас, когда мы вернемся, но его не было. Мы пошли его искать».

Она аккуратно сложила кухонное полотенце и сказала: — «Мы нашли его лежащим в луже крови с проломленным черепом. Должно быть, он пробовал новый трюк и упал».

— «И он находится в больнице, все еще живой, но все эти годы— в коме?» — медленно спросил Аласдер, с трудом в это веря. — Его не отключили?

— «Его мать не позволила», — сказала Софи. Положив полотенце, она снова повернулась к нему лицом и, прислонившись к раковине, объяснила — «Беверли и Эндрю оказались в интернате, не потому что их родители умерли, как и мои. Их мать была наркоманкой, и их забрали из-за того, что она не заботилась о них или чего-то еще. Но она была из богатой семьи. Она боролась за их возвращение, и наконец стала чистой. Я думаю, она собиралась вернуть их, но потом с Эндрю произошел несчастный случай, а Беверли…. умерла».

— «Как?» — тихо спросил Аласдер.

Софи помолчала, явно не желая говорить ему об этом, но через мгновение наконец сказала: — У Беверли была аллергия на орехи. Через две недели после несчастного случая с Эндрю она каким-то образом употребила, то ли орехи, то ли ореховое масла или что-то, связанное с орехами. Мы так и не выяснили, что именно, но у нее случился анафилактический шок, и она умерла».

Услышав эту новость, Аласдер перевел дыхание. Две трагедии за пару недель.

— «Я до сих пор не знаю, как это произошло», — добавила Софи, обеспокоенно нахмурившись. — «Беверли всегда была очень осторожна и избегала орехов. Мы все. Мы с Эндрю даже близко не подходили к ним, опасаясь, что каким-то образом перенесем на нее». — Она несчастно покачала головой.

Аласдер помолчал минуту, а затем сказал — «После этого ты осталась одна в интернате? И некому было прикрыть твою спину?»

Софи встретилась с ним взглядом и пожала плечами. — «Не долго. Вскоре после этого я переехала к Томлинсонам. Когда все это произошло, они уже подали заявку и проходили курсы». — Она криво улыбнулась. — «Беверли тогда была расстроена этим. Боялась, что я уеду и забуду о ней. Я обещала, что ничего не изменится. Мы все равно будем лучшими подругами. Будут совместные ночевки и все такое, и она сможет проводить время с нами у Томлинсонов столько, сколько ей позволят.»— Софи закусила губу и призналась — «Это не особо помогло. Она была расстроена, особенно после несчастного случая с Эндрю. Я начала чувствовать себя виноватой и решила, что, возможно, сейчас не лучшее время оставлять ее. Особенно, когда Эндрю в больнице. Но, в конце концов, не я ушла первой».

Вздохнув, она выпрямилась и подошла к шкафу, чтобы вытащить упаковку чего-то, названия которого он не мог разглядеть.

Это оказалась чесночная паста, которую просто нужно добавить в кипящую воду, а затем добавить масло. Пока готовилось, пахло очень приятно, и они оба молчали, заканчивая готовить: она занималась макаронами, а Аласдер продолжал нарезать помидоры и зеленый лук, чтобы добавить их в салат, приготовление которого он взял на себя.

И только когда они сели есть, он продолжил их разговор, спросив — «Почему ты никогда не была замужем?»

Софи удивленно взглянула на него. — «Кто тебе такое сказал?»

Глава 20

Софи увидела, как шок распространился по лицу Аласдера, и не смогла сдержать усмешку. — «Конечно, же я не замужем. Иначе я бы вряд ли занималась с тобой сумасшедшим обезьяньим сексом.»

Аласдер с облегчением откинулся на спинку сиденья и покачал головой. — «У тебя скверный характер, девочка. Ты чуть не довела меня до сердечного приступа.»

— «Мне очень нравится твой акцент», — сказала Софи, ее улыбка стала шире. — «Это меня заводит.»

— «Заводит?» — спросил он с интересом, и уголки его губ теперь изгибались в улыбке.

— «Мм-м», сказала она. — «На самом деле, если бы мне не было так больно, я бы набросилась на тебя прямо сейчас».

Его улыбка тут же исчезла, сменив ее беспокойством. — Тебе больно?

— «А тебе?» — сухо спросила она.

Аласдер открыл было рот, чтобы ответить, но затем остановился, когда раздался звонок. Они оба с удивлением посмотрели в сторону зала.

—