Замуж за Темного Властелина, или Девичник в другом мире (СИ) - Чернованова Валерия Михайловна

Вроде и достаточно близко, но я его больше не видела. Только слышала ворчание ворона, сетующего на то, что я рискую собой и трачу своё драгоценное время на бесполезное существо.

— Да будет тебе известно, что мы в ответе за тех, кого приручили. Так что… — Я запнулась и задержала дыхание, заметив среди поредевших зарослей… нет, не очередную болотистую кляксу, а вполне себе симпатичную полянку, поросшую алыми цветами.

Невольно попятилась. Но не от цветов, а от избушки на высоких подпорах. Спасибо, хоть не на курьих ножках… В маленьких оконцах мелькали отблески света, а у деревянного крыльца рычала и гавкала моя пропажа.

— Ну вот что тебе здесь понадобилось?! — Я бросилась к мопсу, имея нехорошее предчувствие, что именно в этих «хоромах» и обитает Отшельница.

Как ни отбрыкивалась от встречи с ней, всё равно пришла. Но может, получится по-тихому уйти?

План схватить ворчащего иргила, прижать к груди и удирать далеко и быстро тоже провалился. Не успела приблизиться к животине, как дверь в избушку медленно отворилась. Само собой разумеется, со зловещим скрипом.

Сердце в груди остановилось…

И тут изнутри донёсся бодрый, приветливый голос:

— Заходи, Сашуня, я как раз чайку заварила.

Я выронила из рук подобранную Зефирку. Выронила, похлопала глазами и бросилась… к бабе Клаве.

— Вы? Здесь?! — выпалила, взлетев на крыльцо и ворвавшись внутрь.

Бабулька сидела возле очага и что-то помешивала в котелке, поглядывая на меня с хитрой улыбкой.

— Как такое вообще возможно… Вас тоже сюда забросило? Или… или я брежу? И… нет, погодите-ка! — Я нахмурилась, оглядывая липовую (а может, и нет) колдунью.

Бесформенная юбка, такая же кофта и платок, из-под которого выбивались седые космы. Баба Клава всегда выглядела аккуратно: причесанная, надушенная и даже с губной помадой, а сейчас её запросто можно было принять за средневековую нищенку. Но это определённо была она. Её лицо, её глаза. Улыбка опять же… Если её забросило в этот мир, то вкупе с телом, получается. Не только душу.

Это-то и заставило меня нахмуриться.

— Садись, девочка, поближе к огню. Вся продрогла на этих их болотах, — мягко произнесла соседка и приглашающе похлопала по табуретке, после чего поманила к себе мопса.

Предатель, вовсю виляя хвостом, потрусил к протянувшей ему руку старушке. Ворон вёл себя осторожнее, опустился на подоконник и замер, пристально следя за бабкой.

— Хорошие у тебя друзья, верные, — сказала она. — С такими нестрашно жить даже в чужом мире.

— Я не собираюсь здесь жить. — Я всё-таки подошла к огню и, только ощутив его тепло, ласково льнущее к коже, поняла, что всё это время действительно дрожала.

И от холода, и от нервного напряжения. Вот только расслабляться пока рано.

— Молодец не пришёлся по душе? — Баба Клава выглядела растерянной. — Странно… Я же для тебя его искала.

— Что значит: искали? И вообще, о ком это вы? О Саварде? Так меня если и тянет к нему, так только из-за магии. Вернее, тянуло… В последнее время при одном только взгляде на него становится дурно.

Тихонько хмыкнув, соседка протянула мне кружку. Греть пальцы о неё оказалось приятно, как и вдыхать аромат горячего травяного чая.

— Разве ж о нём речь, девочка? — спросила она. — Я про другого говорю. Про того, кем заняты твои мысли, кто признал в тебе свою половину. Он видит тебя настоящую, твою душу, Саша. — Взболтнув чай в кружке, баба Клава тихонько вздохнула. — Отыскать его, честно скажу тебе, было непросто, не нашлось для тебя на Земле подходящего мужчины, твоей опоры, твоей половинки. Она ждала тебя здесь, на Эосе…

— Получается, я была права, — осенило меня. — Я здесь не из-за Дамии, а из-за вас. Из-за ваших… Что вы вообще такое?!

Старушка довольно улыбнулась, словно я ей только что комплимент отвесила, а не боролась с искушением швырнуть в неё кружкой.

— Таких, как я, называют по всякому. В древности нам поклонялись, как богиням, наделяя нас разными именами, возводя в нашу честь храмы. В некоторых мирах нас до сих пор почитают, а в некоторых, как, например, Земля, о нас почти забыли. — Она снова вздохнула, на этот раз с грустью, и тихо продолжила: — Но мы о вас всегда помнили, заботились и продолжаем заботиться. Все, кто обращался ко мне за помощью, в конце концов обрели своё счастье.

— Но я-то не обращалась! Не просила вас никуда меня переселять, и влюбляться ни в кого не собиралась!

Баба Клава покачала головой. Сделала небольшой глоток и только потом изволила ответить:

— Просить, может, и не просила, но я давно за тобой наблюдаю, Саша. Видела, как ты смотрела на Ульяну. Без зависти, но с тоской и грустью. Ты тоже искала любовь, хоть сама себе в этом никогда не признавалась.

— Не искала… Не было такого! — резко парировала я.

Старушка усмехнулась:

— Себя ты можешь сколько угодно обманывать, но меня, древнюю, даже не стоит пытаться. Я повидала много миров, прожила немало эпох и знаю, когда сердце мается, чувствую, когда одиночество одолевает. Но всё это в прошлом, Сашенька, — заметно повеселела баба Клава. — Ты нашла свою половинку, с которой теперь будешь строить жизнь.

В устах бабульки-интриганки всё звучало просто и замечательно. А вот в реальности…

— А как же Ульяна? Её-то за что сюда? Или хотите сказать, что Дима ей не пара и ей стоит здесь свою судьбу искать? В теле стражника?

— Почему не пара? Пара, — спокойно отозвалась древняя. — Просто так вышло. Её захватило случайно, с тобой за компанию. Куда проще отправить в другой мир только души, тем более что эта принцесса, Дамия, воспользовалась сильным источником магии, что облегчило мне задачу. Всё очень удачно совпало. Да и с подругой, я подумала, тебе будет веселее.

Да уж, так весело… Обхохочешься просто.

— Для Димы с Ульяной точно неудачно, — мрачно возразила я. — Им-то уж точно не повезло. Такая подстава накануне свадьбы… Как он там, кстати? А Дамия в моём теле? А Эвельер?!

Хмыкнув, колдунья с ехидцей проговорила:

— Разбежались, голубчики. Поняли, что друг другу не подходят. Просто в головах химия играла… Это я про Эвельера и Дамию. И правильно! Не родственные они души, не созданы друг для друга. А свадьба… Ну да, сорвалась. Но правильнее будет сказать — отложилась. Вернётся твоя Ульянка домой, и всё встанет на свои места.

— А как же я?

— А что ты? — Нырнув взглядом в котелок, старушка снова что-то в нём помешала. — Ты же нашла здесь своё счастье. Зачем тебе возвращаться?

Нашла ли? Я по-прежнему не знаю, какие планы на меня у Саварда и что про них знает моя якобы половина.

А может, действительно не якобы… Ведь сердце от одного только его имени замирает. Вот и сейчас, стоило подумать об Иваре, как оно застыло, а потом забилось быстрее.

— Всё не так просто, как вы выставляете. На Земле у меня остались родные, друзья, любимая работа. Тело, в конце концов.

— Но ведь Ивар видит тебя настоящую.

— Но для всех остальных я останусь Дамией. Это её тело, её жизнь. Неправильно всё это.

Старушка помрачнела:

— Ради любви идут на жертвы и, поверь, твоя — не самая большая. Я и так тебе очень помогла, девочка, но и ты должна постараться. Нельзя иметь всё. Придётся от чего-то отказаться. Подумай хорошенько, Саша, что для тебя важнее: то, к чему за годы жизни ты просто привыкла, или же мужчина, который полюбил тебя и без которого ты будешь страдать. Снова будешь маяться. А уж он-то…

Глотнув чая, колдунья многозначительно замолчала, при этом глядя на меня пристально, выжидающе.

— Но есть ещё Савард, — тихо сказала я. — Король, которому я зачем-то нужна.

— Ему нужна не ты, а Дамия, — сухо заметила баба Клава.

— Тогда тем более нужно вернуть её обратно!

Старушка надулась, но ничего не сказала. Видимо, очень уж ей не хотелось признавать, что вот тут-то она проштрафилась.

— И… вдруг Ивар, узнав правду, не захочет иметь со мной ничего общего?

— А зачем маяться предположениями? Поговори с ним откровенно и станет ясно, чего он хочет.