Фатальная встреча (СИ) - Риз Лаванда

— Вэл, я просто хочу есть, а ещё, несмотря на наши прошлые частые встречи — ты меня плохо знаешь, и не нужно выискивать во мне великого комбинатора.

— Но у тебя хорошее настроение! — привожу я главный аргумент, и услышав это Грант начинает хохотать, оставляя меня теряться в догадках.

— У бешеного гуманоида замкнуло в мозгах, конечно, я не могу его понять, это же иная мыслящая раса монстров, — бормочу себе под нос, семеня следом за ним.

В ресторане Грант само очарование, то есть молча ест и иногда улыбается, бросая на меня загадочные взгляды. Я начинаю отдавать себе отчёт, что этот паршивец определенно что-то обдумывает, в попытке обыграть меня, и мне важно не пропустить его ход.

— Доктор Кенз продолжает исследование моей крови? — спрашиваю, чтобы хоть как-то завязать беседу за столом.

— Нет, я ему запретил!

— Но почему? — роняю вилку от очередного возмущения.

— Из принципа! Не хочу, чтобы ты решила, что это единственное, что мне от тебя нужно! Сейчас лапонька, я бы хотел заполучить тебя с потрохами в своё единоличное пользование.

— Здравствуй, Грант! — прерывая наш разговор в самом огнедышащем месте, к нашему столику подплывает отпадная блондинка с внешностью фотомодели, чувственно поедающая Гранта своими идеально подкрашенными глазами. — Как хорошо, что мы встретились. Ты, наверное, случайно потерял мой номер телефона, да? — ещё чуть-чуть и она начнёт об него тереться, вон как коленки подогнулись.

— Нет, Виктория, я просто не посчитал нужным звонить. Мы неплохо провели время, но ты же не думала, что всё это было всерьёз? — довольно сухо, перестав улыбаться, с явным раздражением цедит ей Грант, стреляя глазами в мою сторону. Я чувствую, что она обычный человек, и понимаю, что Грант просто забавлялся с ней. Но вот что странно — я ей совершенно не сочувствую. Неужели это шудр вылез из моего панциря и смотрит теперь на мир моими глазами? Или я всё-таки ревную Гранта, и поэтому эта девица меня злит?

— А это твоя подруга? — окидывает она меня скептическим взглядом «я богиня — ты грязь у моих ног».

— Нет, это моя семья! Мы закончили? Может, свалишь и дашь нам спокойно поесть? — пренебрежительно, почти рычит Грант, окатывая девицу уничтожающим взглядом.

— Грубо, Грант, очень грубо, — цокаю языком, когда оскорблённая девушка удалилась, качая бёдрами.

— Разве? — хмыкая, изучающе поднимает бровь, глядя мне в глаза, гипнотизирующе прищуриваясь. — Она сама залезла мне в штаны, значит, понимала, что её ждёт потом. Конечно, я не святой, но и не машина, чтобы месяцами жить без секса, тем более что кое-кто меня постоянно динамит. А такие вот девушки всегда выручают, когда надо забыться. И она человек, а шудры не испытываю эмоций к людям. Меня совесть не мучает, мне предложили — я взял, потому что нуждался.

— Меня пугает, что я даже тебя не осуждаю как ты того заслуживаешь. Бедненький зайка, девушки должно быть тебе проходу не дают? — начинаю издеваться и язвить, и это доставляет мне огромное удовольствие. — У тебя красивое тело и привлекательное лицо, особенно когда ты вот так мило улыбаешься. Это не комплименты Грант, не зубоскаль, я говорю тебе, что ты стервец, пользующийся доверчивыми девушками. И много у тебя было этих жертв?

— А разве есть необходимость считать тех, с кем был секс? — включает иронию Грант, и мы уже сражаемся взглядами, кто кого пересмотрит. — Обычная физиология. Запоминать и выцарапывать на сердце нужно только тех, кто тронул душу. Вот ты помнишь всех, с кем спала или только тех, кого любила? — в его голосе вызов, он готов спорить, и ему даже нравиться разговаривать на эту тему, но я вовремя уговариваю себя заткнуться, и переключится на более нейтральную.

— Ты часто пользуешься своей второй способностью?

— О-о-о, обожаю, когда ты перескакиваешь с одного на другое!!! — разочарованно и сердито восклицает он, сжимая вилку так, что у него белеют костяшки пальцев. — А почему сразу не о погоде? Меня, например, бесит жара. Я люблю ветер, но не терплю дождь. И нет, я не часто пользуюсь этой способностью, потому что это вынуждает спать с кем-то в одной постели всю ночь. В смысле спать, а не трахаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да я поняла. Значит, тебе нужно проспать с Дани до утра? И сколько раз?

— М-м-м, моя сладкая, я ведь буду спать не только с Дани, но и с тобой, — с ликующей иронией тянет он, ухмыляясь. — Сколько раз? Что касается тебя — всю жизнь! Я раскусил вашу линию поведения мисс, и разработал свою.

«Ненормальный, непробиваемый, невыносимый, много ещё всяких «не»! Ты его в дверь, а он в окно! Хоть кол на голове чеши — знай, гнёт свою линию!»

— Парень, лишающий меня дара речи, — вздыхаю я. — У меня уже нет сил с тобой бороться…

— Отлично! Сдавайся! Я приму твою капитуляцию! — перебивает он, не дав закончить.

— Я ведь рассчитывала, что ты просто посидишь возле него, направишь свою силу мысли в нужный участок мозга, заблокируешь что-то там, и всё!

— Нет, мозг нужно приучить к новым установкам.

— Пользуешься тем, что я не знаю, как работает эта способность и пытаешься меня одурачить?

— Вовсе нет, лапочка, спроси кого хочешь! — Грант посылает мне одну из своих иронично ласковых усмешек. — Но я не стану от тебя скрывать, что ситуация оказалась мне на руку, высшие силы явно на моей стороне. Я буду спать с тобой под одной крышей! Чем не начала чего-то нового?!

— А я не хочу жить под одной крышей с парнем, которого не люблю!

— Ты можешь это контролировать? — совершенно не реагируя на моё раздражение, улыбается он, с насмешкой округляя глаза. — Лапочка, расскажи как? Потому что я зарекался, но у меня не вышло! И то, что я имею — сейчас сидит передо мной, выедая мне сердце китайскими палочками!

— Зайка, ты забываешь, что сначала сдохну я, а потом уже моё упрямство!

— Лапочка, ты ещё моего упрямства не оценила по достоинству — я возьму тебя измором! И сколько бы ни билось в твоей черепушке это несносное упрямство — оно заткнётся, когда заговорит твоё тело. А оно реагирует на меня, и ты этого жутко боишься. На заметку — у мужчин шудр очень чуткое обоняние, мы чувствуем феромоны женского желания. И ты пахнешь Вэл, — подлое чудовище смотрит на меня смеющимися глазами.

— Ты что-то спутал, я просто жажду тебя придушить, но для начала мне нужна твоя чёртова способность! — шиплю я, уже плохо контролирую свои эмоции.

— Не нужно себе противоречить, я всё уже давно понял — ты боишься за меня. Но не все, кто рядом с тобой погибают. Ты же не отстраняешься от Дани, от отца? Своего будущего ребёнка ты тоже не станешь любить, чтобы с ним не дай бог ничего не случилось? — наши взгляды схлестнулись, и с минуту мы просто прожигаем друг друга, пока он не заговаривает снова. — Валери, давай покончим с этой глупой ерундой? Хватит уже! У тебя детка два варианта. Первый — я приду помочь Дани, а так как на это понадобиться какое-то время, я надолго задержусь и в конце концов останусь наперекор тебе. Ты будешь злиться, нервничать, упрямиться, отравлять нам обоим жизнь, но в итоге, сдашься после продолжительных боёв, потому что я люблю тебя и хочу стать отцом твоих детей. Второй вариант — ты сразу принимаешь то, что я люблю тебя и хочу стать отцом для Дани и твоей дочки, и мы начинаем жить под одной крышей, особо не трепля нервы друг другу, ради состояния будущего ребёнка. Ты боишься, что полюбишь меня, и тогда со мной обязательно что-то случится, но ничего этого не будет, в смысле, я никуда не денусь. Позволь мне заботиться о тебе, как твоему мужчине, тем более что Патрик сам просил меня об этом. Тогда в Мелвуде телепатически со мной общался ведь не только Лесли. Пат понял, что между нами что-то есть и выбрал за тебя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Каждый раз воспоминания о Патрике бьют мне ножом по сердцу, обливая мою действительность серной кислотой.

У меня в голове кричат и роятся мысли, душу рвут эмоции. Я отворачиваюсь, потому что не могу смотреть на Гранта глазами полными слёз. Долго сглатываю непроходимый ком и молчу. О чём можно говорить, если он вырвал с корнем все мои опоры сопротивления? Нет, пожалуй, я спрошу: