Невеста для ректора (СИ) - Гринберга Оксана

Мне очень хотелось с ним поговорить. Расспросить, что именно он вспомнил, а потом сказать, что я тоже… Я тоже его вспомнила! Вернее, помню его в детстве и нисколько не сомневаюсь в том, что он — мой брат.

Но для начала — до того, как мы расскажем нашим родителям и всему свету, — нам не помешало бы все вспомнить и разобраться, как мы могли потерять друг друга на долгие годы. Поэтому, как только закончится Турнир, мы обязательно отправимся с ним к тем магам на Третью улицу Победы…

Правда, денег у нас не было — ни у него, ни у меня. У Карвеллов они в принципе не водились, меня же до окончания Академии обеспечивали родители, а они были категорически против того, чтобы снимать ментальные блоки.

Быть может, стоит поскорее рассказать им все про Алекса-Патрика?

Задумалась об этом, потому что внутренний голос твердил, что не стоит спешить. И неожиданно вспомнила, что Алекс уже бывал в нашем доме, а мама с папой на него не отреагировали. Вернее, отнеслись к нему вежливо и положительно, как и к другим моим друзьям.

Но как так?! Почему же они не вспомнили своего сына?!

Да, он изменился — вытянулся и повзрослел, — но не узнать его было невозможно. Быть может, у них тоже ментальные блоки в голове, но они не захотели мне в этом признаваться?!

Это бы многое объяснило. Например, почему они не отвечали на письма Гленхемов, а потом не открыли им двери. Они попросту ничего и никого не помнили!..

Тут из размышлений меня вырвал голос Лиззи.

— Алекс? — переспросила она удивленно. — Алекс где-то тут… Ходит кругами, бьется головой об стены и заламывает руки. Надоел мне до ужаса, и я отправила его погулять. Вернее, сказала, чтобы уходил и не возвращался, пока не придет в себя. А то он все твердил, что во всем виноват и что не надо было тебе рассказывать… Кстати, что он тебе рассказал?! И почему он не рассказал это мне?! — и Лиззи уставилась на меня с видом мага-дознавателя.

На это я пожала плечами. Говорить Лиззи о бахараше… Вернее, о бернертеше, мне не хотелось.

Не сейчас, решила я.

Вернее, я собиралась ей все рассказать, когда окончательно во всем разберусь. Еще лучше — когда мы с Алексом, вернее, Патриком, снимем ментальные блоки.

— Что происходит снаружи? — спросила у нее, решив перевести разговор на другую тему. — Чем все закончилось на стадионе?

— Не увиливай! — нахмурилась Лиззи. — И вот еще, ну-ка поешь, — и поставила мне на колени поднос, на котором оказалась тарелка с малиновым муссом.

Это было мое любимое лакомство, но приготовленное явно не в нашей столовой. Слишком уж красиво выглядело и слишком вкусно пахло.

— Вернее, сейчас же все съешь, — добавила Лиззи, — а потом расскажи своей лучшей подруге, что здесь происходит!

— Но я совсем не голодна, — вздохнула я. — Магисса Дорини едва не закормила меня до смерти, а мусса… так много!

— Сейчас же ешь! — приказала она. — И сейчас же мне рассказывай! А то Алекс молчит, словно язык проглотил.

— Откуда эта тарелка?

— Из дома нашего ректора. Лорд Гамильтон устроил мне допрос с пристрастием, заставив рассказать чуть ли не под присягой о том, что ты любишь больше всего. Похоже, теперь тебе будет готовить его повар… Смотри, на тарелке вензеля Гамильтонов!

И я посмотрела.

— Кстати, к тебе рвется с цветами Гордон Эмерсон, — добавила подруга, кивнув, когда я взялась за ложку. — Но я его выставила. В общем, Мисси тебя убьет, готовься!

Я закатила глаза.

— Боги!.. Гордону-то что от меня надо?!

— Переживает, — пожала подруга плечами. — Очень хочет победить на Турнире, а без тебя никак, он прекрасно это понимает. Так что желает тебе скорейшего выздоровления.

— Я здорова, — пробормотала я. — И мы обязательно победим на Турнире!

Правда, сперва я собиралась победить этот мусс, затем вырваться из лазарета, съездить к родителям и выяснить, что на самом деле произошло в Ливанте. После чего вместе с командой прикончить остальных наших соперников на оставшихся двух испытаниях, а потом уже окончательно разобраться с нашей с Алексом… вернее, Патриком памятью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Оставалось всего ничего — не завалить завтрашнее второе испытание и затем выиграть в финале послезавтра.

— Еще Томас Гленхем обивает пороги, — продолжила докладывать Лиззи. — Кстати, очень красивый мальчик, я бы сама его взяла!

— Не забывай, что у тебя уже есть один, — отозвалась я строгим голосом. — Даже и не вздумай смотреть по сторонам! С тебя вполне хватит и…

Хотела сказать «моего брата», но осеклась.

— Да, мне вполне хватит и Алекса, — согласилась Лиззи. — А тебе вполне хватит и Берка Гамильтона, так что красивого мальчика Томаса Гленхема я тоже выставила за дверь. Но цветы у него все-таки отобрала. Не пропадать же такой красоте, — и кивнула в сторону тумбочки возле соседней, пустующей кровати. — Кстати, я прекрасно знаю, откуда вся эта красота.

Мы с Лиззи немного посмотрели на розы. Впрочем, я тоже с точностью почти до метра могли определить, с какой клумбы мистера Гиггенса они были сорваны.

— Надеюсь, наш садовник не придет навестить тебя в лазарете, — пробормотала подруга. — А то тебе не жить.

И все потому, что таким находчивым оказался не только Томас. Букетов было много, чуть ли не два десятка, «от моих поклонников», как заявила мне подруга. Выходило, клумбы Академии порядком обеднели, а ей пришлось хорошенько постараться, чтобы выставить этих самых поклонников за дверь.

— Лиззи, — вздохнула я, — как тебя саму за дверь-то не выставили?

— Меня?! — усмехнулась она. — Вот еще! Я буду проходить практику после пятого курса под началом магиссы Дорини, как раз сегодня обо всем договорилась. К тому же мой папа собирается сделать еще один солидный взнос в ее Сестринство, так что я здесь почти как у себя дома. — И тут же нахмурилась: — Ты почему это не ешь?!

— Да ем я, ем! — Вкусно было несказанно, только очень много. — Ты не хочешь попробовать?

— Не хочу, — покачала она головой. — Ну же, Джой, не увиливай, я внимательно тебя слушаю. Что такого ужасного натворил Алекс? Мне его сразу же прибить или пусть немного поживет?

— Как долго я проспала? — вздохнув, спросила у нее вместо этого.

— Пару часов, — отозвалась подруга. — Так что у вас с Алексом?!

— У нас с Алексом все довольно сложно, — призналась я ей. Затем решилась, подумав, что Лиззи всегда была на моей стороне: — Да, я все тебе расскажу, но сперва… Что с нашей командой? Нас случайно не сняли с Турнира из-за моего обморока?

— Ничего вас не сняли, — нахмурилась она. — Объявили, что тебе стало нехорошо, но скоро ты вернешься в строй. Ну же, говори, что там с Алексом?

— Мне кажется, он мой брат, — сказала ей, отправив в рот очередную ложку малинового мусса. — Потому что на стадионе после первого испытания я начала кое-что вспоминать, и он… Знаешь, он был там, в моем прошлом, в Ливанте! Только я не знаю, как такое могло произойти.

— Ах вот как! — Лиззи округлила глаза. — Алекс твердил мне то же самое, но я ему не поверила. Сказала, что он повредился умом и что у него слегка того… Крыша у него поехала — вот что я ему сказала! На это он мне снова заявил, что ты его сестра, но он не знает, как такое получилось.

Я кивнула.

— Лиззи, он прав! Поэтому я собираюсь поговорить с моими родителями. Осторожно их расспросить… Выяснить, как такое могло произойти. Но для этого мне надо, чтобы лорд Гамильтон меня отпустил…

— Сомневаюсь, — усмехнулась подруга, — что он теперь тебя куда-либо от себя отпустит. В целом, тебе от него уже никуда не деться!

Я положила в рот еще одну ложку. Вкусно!..

— Рассказывай все от начала до конца! — потребовала Лиззи. — Во всех мельчайших подробностях. А потом мы придумаем, как быть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Но я так и не успела ей все рассказать, а мы не успели придумать, как мне получше отпроситься домой, потому что в коридоре раздались шаги, а потом зазвучал знакомый детский голосок, и мое сердце заколотилось, словно сумасшедшее.

Я тотчас же положила ложку и отставила тарелку в сторону. Затем принялась судорожно убирать лезущие в лицо волосы. Ко мне пожаловали гости, а я после сна и непонятно в каком виде…