Награда проклятого демона (СИ) - Силаева Ольга

Я бросилась к Зеркалу так быстро, словно от этого зависела моя жизнь.

— Прощай, Тень! — из последних сил заорала я. — Я возвращаюсь домой!

Пусть Тень подумает именно так, пожалуйста, пусть он решит, что я собираюсь прыгнуть в Зеркало и оставить его навсегда…

В глазах стояли слёзы. Но отступать было поздно.

За спиной вновь скрестились меч и катана, зазвенев. Вскрикнул Конте; секундой позже Тень коротко зашипел.

Неважно. Не сейчас.

Два шага до клубящегося серого тумана. Один шаг.

Всё.

Я с криком погрузила оба клинка в туман, готовая прыгнуть следом. И почувствовала, как оба до рукоятей вошли в камень, словно тот был не твёрже масла.

А потом раздался негромкий треск, и серый туман над Зеркалом начал редеть.

— Нет, — раздался в полной тишине мёртвый голос Тени. — Нет. Ты не могла.

Я обернулась.

Мир перестал существовать. Были лишь его глаза. Неверящие, ошеломлённые, растерянные. Потрясённое лицо. Губы, которых мне так хотелось коснуться…

Но я их больше не поцелую.

— Прощай, Тень.

— Ты не могла, — шевельнулись его губы. — Как? Как ты его разбила?!

Конте, хлопнув его по плечу, опустил меч и подошёл ко мне. Обернулся с серьёзным и печальным лицом:

— Прощай, брат.

Глаза Тени вдруг расширились. Он понял как. Понял, как я смогла разбить Зеркало и закрыть все порталы Подземья.

Понял, что я жду его ребёнка.

Серый туман таял, исчезал на глазах.

— Закладка, если прыгать туда, то сейчас, — напряжённо сказал Конте.

Поперёк каменных створок пошли трещины. Грохот становился всё громче, и я поняла, что ещё немного, и ворота рухнут.

Но, что было куда важнее, закрывалось Зеркало.

Мы с Тенью бесконечно долгое мгновение смотрели друг на друга.

Потом я протянула руку.

— Идём, — прошептала я. — Ты, я и Конте.

Тень покачал головой:

— Это мой мир.

По моим щекам бежали слёзы.

— Я не останусь здесь. И Конте тоже. Мы люди.

— Я знаю, — спокойно сказал Тень. — Если вы останетесь, вас не смогу защитить даже я.

Он шагнул назад, к тайному ходу, и достал знакомый кинжал из складок плаща. Тот, которым он когда-то ударил себя в грудь, чтобы представить всё так, словно я сбежала, попытавшись его убить.

И, не меняясь в лице, приставил его к левому боку.

— Не надо, — выкрикнул Конте. — Ниро, не смей!

Последний сгусток серого тумана клубился над умирающим Зеркалом. Тень едва заметно улыбнулся мне:

— Прощай, Дара Незарис. Я так и не сказал тебе…

— Я знаю, — вырвалось у меня.

— …как я тебя люблю.

В следующее мгновение Конте швырнул меня внутрь.

Глава 20

Мы рухнули в кучу сухих листьев. В ушах стучало, в груди бешено колотилось сердце, и я не сразу поняла, как тихо было вокруг.

А потом посмотрела наверх, в прозрачное небо, нависающее над стволами берёз, — и медленно начала осознавать, что случилось.

Мы прошли через умирающее Зеркало. Мы с Конте покинули Подземье. Связь между мирами была разорвана, и мы были дома.

Рядом со стоном зашевелился Конте.

— Закладка, — выдохнул он, приподнимаясь на локтях. — Ты цела? Ты и…

Я улыбнулась ему:

— Мы оба целы, Конте. Я и ребёнок. Всё хорошо.

Конте молча сжал мою руку. Нам было не до объятий сейчас: слишком пустыми они были бы без Тени. Без Ниро.

— Я ведь видела его минуту назад, — прошептала я. — Подземье — вот оно, рядом, руку протяни…

— Я знаю, Закладка.

Я потёрла лоб. С каждой секундой Подземье ускользало, стиралось из памяти, делалось всё более нереальным. Тень… Я видела его так же ясно, словно он стоял передо мной. Но я знала, что совсем скоро его образ тоже потускнеет.

Солнце, сияющее сквозь листву, позолотило кромку меча Конте. Мои клинки навсегда остались в Подземье, воткнутые в обломки Зеркала.

Мы были дома. Но…

Но я бы отдала всё, чтобы вернуться.

Я вспомнила прощальный взгляд Тени. В его глазах было всё. Наше счастье и наше будущее.

Будущее, которое Подземье у нас отобрало.

Будущее, которого у нас больше не было.

К горлу подступили рыдания. Невозможно. Ещё несколько секунд назад мы с Тенью смотрели друг другу в глаза. И я больше его не увижу? Как? Почему? Что такого мы сделали?

Я с отчаянием посмотрела на Конте — и он без слов привлёк меня к себе.

Я не знала, как долго мы сидели, обнявшись, и он держал меня, пока я плакала. Мы удерживали друг друга от отчаяния, как в тот день много лет назад, когда я потеряла мать, а Конте незадолго до этого потерял жену. И теперь, когда мы потеряли Тень…

— Мы никогда, никогда не потеряем друг друга, — прошептала я. — Никогда.

А потом у меня громко заурчало в животе.

Мы оба посмотрели друг на друга — и не сдержали невесёлых ухмылок.

— Маленького Ниро лучше накормить, — сообщила я.

— Этот парень точно не хочет оставаться без завтрака, — согласился Конте, вставая. — Идём, Закладка. Посмотрим, где мы оказались.

— А если окажется, что до ближайшего жилья неделя пути среди голодных медведей и диких демонов… — тем же тоном продолжила я, вставая вслед за ним, — что ж, мы оба знали, на что шли, когда прыгали через Зеркало, верно?

Конте хмыкнул, подхватывая меч.

— Умеешь ты обрисовать блестящие виды на будущее.

— Конте, — тихо окликнула его я. — Он жив?

Конте на миг прикрыл глаза.

— Жив, — уверенно произнёс он. — Ниро выжил в Подземье однажды. Выживет и ещё раз. Пара покушений в день? Да раз плюнуть.

— Но мы больше его не увидим, — сказала я глухо. — Ни я, ни ты… ни его сын.

Вместо ответа Конте посмотрел вверх. Долгим и напряжённым взглядом, будто надеялся, что среди деревьев вот-вот вновь откроется портал и его младший брат, растрёпанный, хохочущий, приземлится в кучу листьев, вскочит — и обнимет нас обоих.

Но небо молчало.

Не глядя на меня, Конте покачал головой. И безмолвно двинулся прочь.

Три месяца спустя

Демон был чертовски огромен.

Единственный филастр на округу. По словам Вепря, это был чуть ли не последний филастр, оставшийся в нашем мире. Но сохранять бесценный редкий вид мы отнюдь не собирались.

— Похоже, придётся заманивать его в пещеру, — прокомментировал Конте. — На открытом воздухе мы просто не успеем нарисовать пентаграмму. Он нас сомнёт.

Мы оба выпили зелья орлиного зрения и теперь наблюдали с холма, как филастр ворочается на пепелище. К счастью, люди успели уйти из деревни — но, к сожалению, диким демонам хватало смекалки, чтобы разжечь пожар.

Нам бы не помешали Вепрь, Сетер и Аласса, которых Арис в последний миг всё-таки провёл через портал домой, но у старой гвардии тоже было полно работы. Даже с новыми охотниками нам всем приходилось нелегко: остатки диких демонов полезли из катакомб, и больше не было подкрепления от демонов, чтобы с ними справляться.

Демонов и впрямь осталось не так много. После закрытия порталов пошли грабежи, самовольные убийства и казни без суда и следствия, разграбления особняков и пожары, и понадобились объединённые усилия гильдий, стражи и охотников, чтобы это прекратить. Сейчас демоны образовали отдельные анклавы в Чед Нате и в паре других городов, и, судя по последним новостям оттуда, было похоже, что первоначальный шок прошёл и впереди ждало если не процветание, то перемирие.

— Разберёмся вдвоём, — произнесла я, прищурившись. — Я черчу пентаграмму, ты заманиваешь этого увальня внутрь. Как обычно.

— И это твоё последнее дело, — подчеркнул Конте. — В следующий раз ты возьмёшь мечи через год, не раньше.

Вообще-то наше предыдущее дело должно было стать последним. Но так получилось, что никого из других охотников не было поблизости, а филастр ждать не собирался — и вот-вот намеревался отправиться в деревню по соседству.

— Угу, — пробормотала я. — Само собой.

— Закладка!

Я с ехидной улыбкой покосилась на него.