Отбор не приговор (СИ) - Самсонова Наталья

На листочке Лимаатрис нацарапала: «Уверена, что там не было прослушки».

— Замечательно, — пропела Лотанари. — Мне кажется, эта поездка… Она многое изменит в моей жизни. И, быть может, соберет воедино осколки сердца.

Лимаатрис с трудом сдержала смешок, но показала подруге большой палец. Мол, так держать. Лотанари в ответ только кивнула. Пусть Идрис, который почти стопроцентно является Повелителем, понервничает.

«И пусть только попробует остаться спокойным! — сердито подумала Лота. — Я-то из-за него уже моток нервов потеряла».

На церемонию дарения, где должна была блистать леди Хилет Герайл, Лотанари собиралась так, как не собиралась никуда и никогда. Лимаатрис валялась на постели и отпускала едкие комментарии касательно одежды, которую ей демонстрировала принцесса. Наконец бесконечная трансформация нарядов утомила лисицу, и она приманила себе карандаш со стопкой бумаги.

«Ты планируешь продолжать делать вид, что навострила нос в Шахрию, или хочешь, чтобы он понял, что ты поняла, кто он?»

Лота тяжело вздохнула:

— Я не знаю, чего я хочу.

— Надень золотой наряд, тот, от которого мы пояс использовали, — сказала Лима. — А на голове я заплету тебе корону из кос, и все это укроем тонкой вуалью. Надо же привыкать к шахрийскому стилю одежды.

И лисица выразительно подмигнула подруге. Лота в ответ согласно кивнула — игру стоит продолжить. Не то чтобы Лота сильно злилась на Идриса… Нет, драрх побери, она сильно злилась на Идриса!

«Могу допустить, что он скован какими-нибудь магическими клятвами, — рассуждала принцесса, вытаскивая из шкафа золотой наряд. — Но не обязательно было делать мне так больно! В конце концов, он мог бы в образе Повелителя взять меня за руку и положить мои пальцы на его шрам. После чего сказать: «Тш-ш, это секрет». И все».

Хотя когда мужчины додумывались до простых решений? У них ведь всегда если план, то с сотней переменных и десятком подпланов. Это женщины способны рассмотреть простой и изящный путь до желаемого.

Переодевшись, Лота создала зеркала и старательно подправила наряд — чтобы чуть сильнее выделялась грудь, чтобы узкие плечи казались еще более хрупкими. Чтобы талия выглядела еще тоньше.

— Да, в Шахрии женщины одеваются очень красиво, — с улыбкой произнесла Лота и забрала из рук Лимы карандаш с листочком.

"Как думаешь, он уже знает о наших предположениях? Я не могу вспомнить, обсуждали мы что-нибудь вне беседки невест".

Закатив глаза, лисица проворчала:

— А я, можно подумать, отличаюсь превосходной памятью. Но нет, как мне кажется, этот наряд ты еще не выносила за пределы нашего узкого круга общения.

Принцесса на секунду замерла, не понимая, о чем говорит лисица. Потом заменила «наряд» на «предположение» и поняла, что Лима просто поленилась писать ответ на листочке и завуалировала свое мнение.

— И все-таки благородный золотой — твой цвет. А мне бы что-нибудь изумрудно-зеленое — для моей огненной гривы идеально было бы. И тоже волосы скрыть — мне ведь тоже надо привыкать!

Пожав плечами, принцесса широко обвела рукой обилие разномастных туник и узких брюк:

— Трансформируй! А с цветом я помогу.

В общем, подруги едва успели собраться за час — закрепить вуаль так, чтобы она была похожа на шахрийскую паутину, оказалось очень сложно. Подруги чуть было не отказались от этой идеи, но в итоге Лоте все-таки удалось невозможное. А Лимаатрис это невозможное старательно повторила.

— Нам просто не хватает их традиционных украшений, которые и поддерживают платки, — пояснила Лота. — Я потом уже вспомнила, что шарх присылал для нас с Талориной набор украшений.

— И где они? — заинтересовалась лисица, рассматривая себя в зеркале.

— Да где-то в сокровищнице, — отмахнулась Лота. — Я поигралась с ними пару дней, и надоело.

Активировав телепорт, подруги встали точно в центр, и Лима влила строго дозированное количество силы. И, выходя в парк, лисица вдруг спросила:

— А почему ты мне это доверила?

Лота чуть смутилась и пожала плечами:

— Тебе необходимо больше свободы, чем мне. Я хотела, чтобы ты имела возможность выйти из башни в любой момент. Нельзя удерживать лесную красавицу в тесноте каменного замка.

— Вер-диир, — с клыкастой улыбкой произнесла Лимаатрис. — Я куда терпеливей, чем кажусь.

Принцесса только плечами пожала. Терпение и Лимаатрис родились в разных концах мира и встретились лишь пару лет назад. И до сих пор друг к другу с подозрением присматривались.

У самой поляны к подругам подошла Эйтин и, оценив их наряды, с интересом спросила:

— Все-таки решили ехать?

— Хотим посмотреть Пески Времени, — ответила Лима и хитро улыбнулась, — говорят, нет зрелища прекрасней.

— А мне интересны фрески парадного дворца Аконахара. Той его части, что открыта для посещения, — так же лукаво отозвалась Лотанари. — Правда, ходят упорные слухи, что красивые девушки, вошедшие во дворец, выходят оттуда либо обесчещенными, либо обесчещенными и с приплодом. Но, как по мне, это слухи.

— У Аконахара большой гарем, — хмыкнула Лимаатрис. — Его попросту не хватит на всех. О, давайте вот в сторонке встанем. Вроде и с невестами, а вроде и видно все хорошо.

«И нас хорошо видно», — оценила принцесса выбор подруги.

— А вот и леди Герайл, — шепнула Лота.

Принцесса хотела отметить, что Хилет Герайл превзошла всех — обилие драгоценностей, полупрозрачные одежды — но вовремя вспомнила, что превосходить ей было некого. Лота и Лима выступили с лопатами, Эйгра Рлис дисквалифицирована, а про Эйтин с ее лютиком и говорить нечего. Так что леди Хилет Герайл просто прекрасно выглядела и явно радовалась тому, что все внимание сосредоточено на ней. Хотя сама Лота время от времени ловила на себе взгляды то Повелителя, то Белой Леди.

— Мы начинаем третью процедуру дарения Сто Четырнадцатого Отбора Невест, — хорошо поставленным голосом пропела Белая Леди. — Леди Хилет Герайл, мы счастливы видеть вас сегодня.

Леди Герайл с достоинством склонила голову и, сделав несколько шагов вперед, одарила собравшихся нежной улыбкой. По рядам придворных пролетел тихий шепоток — эльфы оценили и смелый наряд, и изысканные драгоценности.

— Мне не пришлось долго думать о том, чего не хватает на поляне невест, — произнесла леди Герайл. — Здесь не хватает вечноцветов! Конечно, леди Рлис уже привнесла некоторое количество красоты на эту поляну, но с вечноцветами все будет куда благолепней.

— Благолепней? — свистящим шепотом переспросила Лимаатрис. — Что это значит? Что за слово?

— Гибрид слов "благо" и "лепить", — пожала плечами Лота и честно добавила: — Но я не уверена.

Тем временем леди Герайл взмахнула руками, и на поляне взметнулось несколько десятков зеленых вихрей. Таких же, как тот, что сотворила Эйтин.

— Я так понимаю, она планирует засадить всю поляну? — хмыкнула лисица. — Ловкий ход.

Вихри, приняв пузатые семена, втянулись в землю, а через пару мгновений по всей поляне начали распускаться разноцветные махровые ромашки. Очень крупные ромашки — с хороший такой мужской кулак.

— И правда — вечноцветы, — с восторгом выдохнула Эйтин. — Они большая редкость и почти не размножаются — увы, это полностью магический сорт, семян которого осталось совсем немного. Создатель умер, не оставив записей. Теперь эти семена продают по очень большой цене.

— Сейчас вечноцветов станет еще меньше, — проворчала Лима, — смотри, как угрожающе дрожит наш гибрид.

Лотанари бросила быстрый взгляд на их древо, увитое цветущими лианами, и тут же прикрыла глаза. Это был эпичнейший провал: гибрид не потерпел чужаков у своих корней, и его лианы безжалостно и бескомпромиссно измолотили вечноцветы.

«Почему мне так стыдно?» — спросила сама себя Лота и с тихим вздохом приоткрыла глаза.

— И правильно, — хихикнула Лимаатрис. — Нечего чужаков у своих корней привечать.

Леди Герайл одарила лисицу ненавидящим взглядом, после чего склонила голову и сдержанно произнесла: