Замуж за врага. Лишняя в его доме - Екатерина Гераскина

и, наконец, замер у двери. Там была магия — учитель запечатал её. Вокруг стояли воины.

— Разойтись.

Не спеша, но оборачиваясь, они отступили. Я снял защитные руны и вошёл.

И на меня тут же обрушился водопад искр и яркого света, в грудь что-то со всей силы ударило. Я подхватил на руки… нечто мягкое и горячее. А когда я проморгался, увидел, в своих руках феникса. Длинный хвост спадал почти до самого пола. Она увеличилась раза в четыре. Положила голову с лёгким золотым отливом мне на плечо.

Учитель, который всё это время просто наблюдал за фениксом со стороны, жался в углу гостиной. А гостиная… боги, она была похожа на руины. Когтями ободранные шёлковые обои, выпотрошенные мягкие диваны и кресла. Зола от камина на белёном ковре — и всё это ещё и местами обугленное.

— Ей было скучно, — бросил учитель.

— Я заметил, — недоуменно продолжал озираться.

Феникс курлыкнула что-то и покосилась на учителя.

— Каллиста, — я погладил её. — Ты меня понимаешь?

Та вздохнула, а потом слетела с моих рук и оказалась на диване. Начала вышагивать туда и обратно — буквально пару шагов влево и вправо, и всё.

Она нервно хлопала длинными красивыми крыльями. От неё летели искры огня, которые учитель с опаской, держась подальше, пытался затушить, то ногой, то сбить подушкой.

Я подошёл к фениксу и остановил её метания.

— Тш-ш… всё хорошо. Тебе нужно вернуться обратно. Сможешь?

Феникс замерла и тут же мотнула головой. С её хохолка посыпались искры, поджигая обивку. Я затушил это своей магией.

— Кай, мальчик мой! Ты смог потушить ее огонь? Слава богам! Хоть кому-то это будет по силу! А то я уже весь извелся!

Учитель устало рухнул в разворошенное кресло и уронил на колени обгоревшую подушку.

Я снова посмотрел на птичку. Вспомнил, что Каллиста никогда не обращалась, и её этому не учили.

— Надо успокоиться. Я сейчас тебе расскажу, как происходит оборот у драконов. И ты попробуешь. Возможно, тебе это поможет.

Глава 46

Я опустился на край дивана, стараясь не делать резких движений. Феникс настороженно следила за мной золотистыми глазами, в которых плясали искры.

В ней не было агрессии. Было… напряжение. Как у существа, оказавшегося в новом теле без инструкций и понимания, что с этим делать.

— Слушай меня, — тихо сказал я, удерживая дракона внутри на коротком поводке, тот волновался за птичку, словно это был наш первый оборот. — Не бойся. Ты не одна.

Калли чуть наклонила голову. Искры на крыльях на мгновение погасли.

Учитель шумно выдохнул. Он просто наблюдал и не мешал.

Я бросил на него короткий взгляд.  А потом сосредоточился на Каллисте.

— У драконов оборот начинается не с тела, — продолжил я, — а с ядра. Ты должна почувствовать себя не птицей. Не огнём. А… собой. Тем, кем ты была до этого.

Феникс нахохлилась. По комнате прошёлся горячий ветер, шторы на окнах вспыхнули и тут же погасли под моей магией.

— Тише, — я положил ладонь на спинку дивана рядом с ней. Не касаясь. — Я рядом. Ты в безопасности.

Это была правда. Абсолютная. И, кажется, она её услышала.

Я закрыл глаза и позволил Каллисте почувствовать меня — не как главу клана, не как дракона, не как того, кто отдаёт приказы и вершит суд. А как того, кто стоит рядом. Кто держит. Кто не отпустит. Своего супруга. Истинного.

В груди отозвалось тёплым давлением.

— Вспомни, — тихо сказал я. — Как ты выглядела.

Феникс вздрогнула.

Искры вспыхнули разом — не хаотично, а словно втягиваясь внутрь. Огненные перья начали осыпаться светящейся пылью, которая не падала на пол, а растворялась в воздухе.

Учитель оказался рядом.

— Кай… — прошептал он.

Я не отвёл взгляда от Каллисты. Птичка сжалась, будто собираясь в точку. Свет стал плотнее, ярче, ослепляюще-золотым. Я прикрыл глаза рукой, а когда убрал ее… феникс исчезла.

На диване, среди обгоревших подушек и оплавленной ткани, лежала Каллиста.

Бледная. Обессиленная. С растрёпанными золотистыми волосами, укрывающими ее полностью, пахнущая дымом, малиной и смородиной, корицей.

Я оказался рядом раньше, чем понял, что двигаюсь. Подхватил её, прижал к себе, чувствуя, как слабо, но ровно бьётся ее сердце. Волосами была прикрыта ее нагота.

— Всё, — выдохнул я. — Всё. Я здесь.

— Невероятно… чудо просто, — хрипло проговорил учитель из угла.

Я поднял взгляд.

— Если хоть кто-то попробует снова отнять её у меня…

Дракон внутри тихо зарычал, соглашаясь.

— …я уничтожу всех.

Учитель кивнул, понимая меня. Каллиста едва слышно вздохнула у меня на груди. Я сосредоточился на ней.

Учитель ушёл тихо. Я даже не сразу понял, в какой момент его присутствие перестало ощущаться в комнате. Дверь закрылась почти беззвучно, и в покоях стало слишком тихо.

Остались только мы.

Я выдохнул. Длинно. Глубоко. Так, будто всё это время держал воздух в груди и только сейчас позволил себе дышать.

— Идём, — тихо сказал я, не столько ей, сколько себе.

Каллиста посмотрела на меня — внимательно, по-птичьи, чуть наклонив голову. В её взгляде ещё плескалось беспокойство, огонь не ушёл до конца, он тлел на кончиках ее волос, срывался искрами вниз.

Я подхватил её на руки осторожно, как берут что-то бесконечно хрупкое и бесконечно дорогое одновременно. Она была тёплой, но не обжигающе.

Калли молчала, но она так доверчиво льнула ко мне. Впитывала все, что я был готов ей дать. А готов я был положить весь мир к ее ногам.

Мой дракон внутри едва дышал от переполняемых нас чувств.

Я перенёс Каллисту в спальню, усадил на край кровати. Она послушно позволила это сделать, хотелось защитить ее от всего мира.

Из гардероба я принес свой халат. Раскрыл, укутал, осторожно подтянул края, чтобы ей было удобно. Чтобы не дуло.

Она позволила. Даже чуть подалась ко мне.

Я сел рядом. Провёл рукой по её