Коктейль времен - Анастасия Козеева

тогда, в первый раз. Марк аккуратно уколол мой мизинец, и алая струйка потекла на страницы. Я совсем не почувствовала боли. Наоборот, было интересно, что же будет дальше.

Кровь начала исчезать. Я смотрела на это, не отрывая глаз, будто под гипнозом. Книжка жадно впитала ее, как губка, а страницы снова стали абсолютно пустыми. А это значит, что у нас все получилось! Книжка остается моей! Навсегда! Но вдруг стало покалывать левый бок. Видимо, я начала заниматься самовнушением. Я затрясла головой, чтобы избавиться от плохих мыслей.

— Надеюсь, ничего ужасного не произойдет… Все-таки я опять дала ей свою кровь!

— Ничего не случится, — спокойным тоном сказал Марк, заметив мой растерянный взгляд. — Если бы ты этого не сделала, то вернувшись в прошлое, потеряла бы книжку. А так она останется с тобой, где бы ты ни была. Мы молодцы! Можешь не переживать. В любом случае, ты уже все сделала.

Марк был прав. Я заставила себя довериться ему — в конце концов, что может случиться плохого? Книжка ведь помогала мне до этого… Разве она вдруг обернется против меня? Нет, это просто глупые мысли, — убеждала я себя.

Потом я вспомнила, что собиралась на бал, но Марк меня отвлек. Я побежала краситься, а он вместо того, чтобы сидеть в телефоне, решил наблюдать за мной.

Мне было неловко вновь оказаться с ним вдвоем — я то и дело украдкой смотрела на него, заливаясь румянцем. Сердце бешено колотилось. Я не знала, о чем говорить. И, похоже, он тоже. Марк просто смотрел на меня, не отрывая взгляд.

После всех махинаций я, наконец, была готова. Марк даже решил, что подвезет меня до школы.

— Зачем тебе вызывать такси, когда у тебя есть я?

Я кокетливо ему улыбнулась и он неожиданно подошел ко мне. Он медленно поднял руки, одна из которых скользнула к моей талии, а другая нежно коснулась моей щеки. Его пальцы были теплыми, почти обжигающими. Сердце забилось в груди, как сумасшедшее, пока я пыталась понять, что происходит.

— Ты знаешь, как долго я пытался это скрывать? — прошептал он, почти касаясь моего лица своим.

— Что скрывать? — едва выдохнула я.

— Что все, что я хочу — это быть рядом с тобой, даже если весь мир против. Что ты стала моей слабостью и моей силой одновременно…

И прежде чем я успела что-то понять и ответить, он склонился ко мне и нежно коснулся моих губ. Сначала осторожно, будто мы проверяли, не сон ли это. Его поцелуй был глубоким и нежным одновременно. Он будто говорил все то, что не решался сказать словами. Жар разлился по всему телу, оставляя за собой ощущение невесомости. Мое сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди, а разум утонет в водовороте эмоций.

Я обняла его за шею, забыв о времени, о Хэллоуине и всем остальном. Это был наш момент, и он принадлежал только нам.

Когда наши губы наконец разомкнулись, я открыла глаза и встретила его взгляд, полный радости и легкого смущения.

— Ты… — начала я, но он перебил меня, проведя пальцем по моим волосам.

— Просто скажи, если я все испортил, — прошептал он.

Я улыбнулась, смущенно отводя взгляд.

— Ты все исправил.

Внутри я буквально визжала от счастья! Он признался мне! Он действительно это сказал! ААА!

— Ты невероятно красивая в этом наряде, — прошептал он, водя ладонью по моей спине, медленно, почти дразняще.

Я затаила дыхание, но не смогла удержаться и потянулась к его губам. Кровь приятно застучала в висках. Мы сделали небольшую паузу, чтобы отдышаться, и я заглянула в его лицо. Оно пылало. А в глазах читалось дикое желание.

Марк положил ладонь мне на лицо и слегка потянул к себе, и наши губы вновь сомкнулись. Его рука на моей талии опускалась ниже, пока не легла на мою попу. Когда он уверенно сжал ее, я инстинктивно вздрогнула. Но мне понравилось.

Я провела пальцами по его волосам и прижалась к шее, осыпая ее легкими поцелуями. Марк хрипло постанывал, мои губы жгли каждый участок его кожи, к которому прикасались. В ответ он начал покрывать мою шею короткими поцелуями, а его пальцы нежно прошлись вдоль замка на моем платье. Он пытался расстегнуть его. Мое сердце замерло, и я испуганно посмотрела ему в глаза.

— Все будет хорошо, — шепнул он.

Марк снова склонился ко мне, и его губы вновь нашли мои. Одной рукой он продолжил медленно расстегивать платье, а другой прижимал меня ближе к себе.

Мое платье соскользнуло, открывая плечи. Его губы нежно касались моей кожи, оставляя горячие следы, а руки все смелее исследовали меня. Он взял меня за талию, обвел пальцами изгиб бедра.

— Ты прекрасна, — прошептал он, его губы едва коснулись моего уха. От этих слов у меня по телу побежали мурашки.

Я запустила руки под его рубашку, ощущая жар его кожи под своими ладонями. Он откинул голову назад, когда мои пальцы медленно прошлись по его груди.

Платье упало на пол, и я осталась в одном белье, но совсем не чувствовала смущения. Напротив, я видела, как Марк смотрел на меня — его взгляд был полон обожания и восхищения. Его мягкие губы медленно начали ласкать мои, а потом наши языки соприкоснулись. Желание разлилось между ног.

Он осторожно уложил меня на кровать, продолжая целовать, и я утонула в этих чувствах. Все, что я могла слышать — это наше общее дыхание и биение сердца. Каждое его движение было наполнено заботой, словно он боялся сделать что-то не так. Марк осторожно провел пальцами по моей ключице, а затем спустился ниже, оставляя за собой дорожку из поцелуев. Его губы были горячими, а прикосновения уверенными.

— Марк… — только и смогла прошептать я, пока волны удовольствия накрывали меня.

Вдруг зазвонил телефон. Этот противный звук вернул меня в реальность. Я резко отстранилась и бросилась к столу, где оставила телефон.

— Потом ответишь! — грозно сказал Марк, захватив меня в объятия.

Я, рассмеявшись, мягко его оттолкнула.

— Это может быть важно!

На экране высветилось имя Ксюши. Стараясь унять сбившееся дыхание, я ответила.

— Ты где пропала? Мы уже почти все собрались! — раздался ее нетерпеливый голос.

Только тут я осознала, сколько времени прошло.

— Уже бегу! — выпалила я в трубку и поспешила закончить разговор.

— Ты серьезно собираешься оставить меня ради какого-то бала? — со смешанным удивлением и недовольством пробормотал Марк, скрестив руки на груди. Он выглядел немного потерянным, но старался сохранить надменную маску, пытаясь скрыть, как сильно задел его мой выбор.

— Я опаздываю! —