Куратор Тёмного факультета - Екатерина Стрелецкая

магия. Со временем я научу вас и ваших однокурсников некоторым приёмам. Но пока запрещаю даже пробовать повторять мои действия. Свободны!Студенты ещё раз поблагодарили за всё и покинули аудиторию.Я опустилась на стул и достала записную книжку, чтобы оставить памятку по поводу формы. Заодно прокрутила в голове события этого дня. Всё-таки не зря разместила по всей башне артефакты-маячки, срабатывающие на выброс тёмной магии. Под влиянием сильного эмоционального возбуждения в каждом из юношей проснулась Тьма. А спонтанный выброс тёмной магии у необученных магов может привести к печальным последствиям. Я успела вовремя среагировать и заблокировать магию  Милтона и Корса на время драки. Что ж, хорошо, что факультет уже переехал: теперь можно вплотную заняться студентами, не боясь случайных жертв.***На следующий день, когда вовремя перерыва я корректировала план предстоящих занятий, в дверь кабинета постучали.– Войдите!О! Здравствуй, гадость моя, давно не виделись! Даже соскучиться не успела.Через порог перешагнул Нокс и, улыбаясь своей фирменной мерзенькой полуулыбкой торжествующе произнёс:– Адарнелия Эмильрин, Вас, а так же студентов Милтона и Корса немедленно ждёт в своём кабинете ректор...

Глава 51. Командировочный

Выходные прошли достаточно сумбурно: то переписывался с Советом по образованию, то сопровождал Рострока, пока тот искал некоторые отчёты в архиве. После того, как он показал пару промежуточных отчëтов, у меня глаза на лоб полезли в прямом смысле. Суммы, украденные у Академии псевдо-Алариасом впечатляли. И это только за последние три года. Сколько было присвоено за всë время его нахождения на посту ректора Академии сложно было даже произнести – цифра попросту не укладывалась в голове. Интересно, чем сейчас занимается псевдо-Алариас? С такими деньгами он вполне может выкупить не только весь Оркрист, но и парочку соседних королевств. Даже с учётом того, если часть украденного отдавал сообщнику из Совета. От Олли пока никаких вестей не поступало. Пытаться связаться с ним по переговорному артефакту бессмысленно: всë равно объявится только тогда, когда посчитает нужным. Уж я-то за эти годы его хорошо изучил. Если молчит, значит, всë в порядке. Или "не в порядке", но беспокоить тем более не стоит, чтобы случайно не навредить.Понедельник тоже спокойствием не порадовал: пришлось заниматься Факультетом Боевой магии и согласовывать с замдеканами расписание практических занятий, чтобы хоть как-то перекрыть часы уволенного Стейнбрека. Отсутствие в штате сильного боевика с начала года не должно сказаться на студентах, особенно выпускного курса. На место главы факультета я временно поставил самого толкового из замдеканов. Справится, значит, займёт должность уже на постоянной основе. Нет – придётся искать замену.Тëмный факультет переехал в башню. Даже непривычно было видеть в столовой их пустующий стол. Значит, Адарнелию увижу нескоро. За все эти дни лишь раз видел еë, когда случайно столкнулись в коридоре. Я подошёл к окну, из которого была видна башня. Окна второго этажа оказались затянуты Тьмой. Началось... Значит, теперь точно нескоро увижу. На душе стало сразу как-то тоскливо...Неожиданно в коридоре послышалась ругань, и одновременно распахнулась дверь.– Глен, ты обалдел?!На пороге стоял всклокоченный Олли, дуя на кончики пальцев. Обычно аккуратно уложенная грива светлых волос стояла дыбом, а в прядях пробегали остаточные разряды.– Ой...– Я тебе дам "ой"! Ты что с дверью сотворил?! – Олли стряхнул с пальцев остатки напряжения и попробовал пригладить волосы. – Ладно у меня уровень магии высокий. Шарахнуло,конечно, сильно, но терпимо.А если бы кто слабее ручку рванул?– Да надоело, что не кабинет, а какой-то проходной двор... Но кажется, малость переборщил с мощностью.– "Кажется переборщил"... – передразнил Олли, скопировав мою интонацию. – Давно поставил плетения? Мог бы хоть меня в исключения добавить.– Да ещё в пятницу.Олли, наконец, справился с причëской и расхохотался:– Теперь понятно, почему Варнхоф уже сутки "отдыхает" в лазарете.– То-то думаю, что его нигде не видно второй день... – рассеянно пробормотал я, хлопнув себя рукой по лбу. – ... и почему Адарнелия... Эмильрин таким оригинальным способом постучалась, когда зашла в пятницу вечером.Олли замер, а затем, восторженно подмигнул:– Ну-ка поподробнее. Она к тебе приходила? Сама?– Это не то, что ты подумал! Она по делу приходила. И не надо так ухмыляться. Нас связывают исключительно рабочие отношения.– Ага. Значит, всë-таки отношения. Рабочие... – глубокомысленно протянул Олли. – Работа тоже может быть приятной.– Олли!– Я уже знаешь, сколько десятилетий, как "Олли"?! Ты главное в самокопаниях не зарывайся. А то счастье своë прохлопаешь ушами. Кстати, ты извиняться собираешься? – Олли присел на край стола. – А то что-то я никого не наблюдаю, преисполненного долгом.Я покосился на друга:– В каком смысле?– Скажу по большому секрету, друг мой, нормальные ректоры пользуют своих секретарш по назначению прямо на рабочем месте, не отвлекаясь от дел.– Что-о-о?! – у меня глаза едва не выпали из орбит от возмущения.Олли состроил невинную мордашку:– Я вообще-то чашечку кофе имел ввиду. Но твоя идея мне нравится! Оттаиваешь, дружище, оттаиваешь! Голова начинает в нужном направлении варить, а не только от бумажек пухнуть.– Оллерстен Шер!!!Олли с наигранным огорчением всплеснул руками:– Ясно. Извинений от тебя за удар током не дождëшься. Чëрствый невоспитанный сухарь. За что только тебя... Впрочем, неважно.– Так, договаривай!– Не бери в голову. Кстати, ты бы госпожу куратора тоже в исключения добавил. А то забудется, решит дëрнуть ручку двери, не постучавшись, несмотря на всю её тактичность, и тапочек от неё не останется. Так, горстка пепла.– Она не носит тапочки. У неё туфли домашние...Тëмные брови Олли изумлëнно взлетели вверх:– О-о-о... Тебе и такие подробности известны! Даже если это опять не то, о чëм я подумал, всë равно предпочту продолжить делать свои неправильные выводы. Так интереснее. На твоём месте я бы не упускал шанса.– Но ты же понимаешь, что я ей не пара. Я не могу похвастать знатным происхождением.Мой взгляд снова уткнулся в окно.– А она что?– Думаю, ты сам догадался, что она не из простой семьи...– Я иное имел ввиду. Эту старую песню уже не раз слышал. Не заводи снова свою шарманку, а лучше смени у неё валик на другой – с более воодушевляющей мелодией.Я лишь глубоко вздохнул, но ничего не ответил. Всë, что касается личной жизни для меня слишком тяжело и болезненно.Нет, у меня не было проблем с женщинами, случались романы, но все они закончились ничем. В отличие от Олли я никогда не стремился насобирать коллекцию трофеев из разбитых сердец. Всегда хотелось встретить ту самую, единственную, чтобы пройти с ней всю оставшуюся жизнь до конца. Но осознание того, что,