Карен Монинг - Любовная горячка

– Может, в другой раз, – уклончиво ответила я.

– Позволь показать тебе часть того, от чего ты отказываешься. – Она снова отошла к столу, открыла ящик и достала оттуда толстый том, переплетенный в кожу и обвитый шнуром.

– Подойди, – поманила меня Ровена. Она положила книгу на стол и открыла ее, с осторожностью пролистав отмеченные временем страницы. – Думаю, эта запись может заинтересовать тебя. – Она указала пальцем нужное место внизу страницы.

Это было что-то вроде алфавитного указателя для лексикона ши-видящих, открытого на букве «В».

Я судорожно вздохнула.

«В'лейн: принц Светлого Дома, Видимый. Входит в Верховный совет Королевы Эобил, иногда выступает в роли консорта. Изобретатель Дикой Охоты, крайне высокомерен, невероятно сексуален. Одна из первых зафиксированных встреч с ним состоялась в…»

Ровена закрыла книгу и вернула ее в ящик стола.

– Эй, – запротестовала я, – я еще не дочитала! Когда и где состоялась первая встреча с ним? Насколько можно верить этим записям? Это точно, что он принадлежит к Видимым?

– Принц Фейри, который управлял твоими действиями в музее, действительно рожден при Светлом Дворе и с начала времен служит своей Королеве. Присоединяйся к нам, МакКайла, и мы поделимся с тобой всеми знаниями, которыми обладаем сами.

– И чего вы потребуете взамен?

– Лояльности, послушания и приверженности. За это мы предоставим тебе дом, убежище, станем твоей семьей и поделимся с тобой всеми знаниями, накопленными нами за века.

– Кто такая Патрона?

Ровена улыбнулась – тонко, грустно.

– Женщина, на которую я возлагала огромные надежды и которая была убита Фейри. Ты очень на нее похожа.

– Ты говорила, что я похожа на О'Коннор. В вашей организации есть еще О'Конноры? Люди, с которыми я могу состоять в родстве?

Она снова вздернула голову и посмотрела на меня сверху вниз, ноздри ее слегка расширились.

– Ты говорила со своей матерью. Очень хорошо, я в тебе и не сомневалась. Так что же?

Я стиснула челюсти. Я не могла заставить себя признать ее правоту.

– Я хочу знать, кто я и откуда я родом. Ты можешь сообщить мне это?

– Я могу помочь тебе в поиске правды.

– Так есть ли еще О'Конноры в вашей организации? – Почему никто никогда не может прямо ответить на мой вопрос?

По ее лицу пробежала тень. Она покачала головой.

– Эта линия прервалась, МакКайла. Если ты вправду О'Коннор или наследница одной из ветвей их рода, ты последняя, кто выжил.

Я отвернулась, ужасно разочарованная. До сих пор я не понимала, как сильно помогала мне надежда найти кровных родственников, я поняла это лишь теперь, когда несколько слов уничтожили ее на корню.

Руки Ровены нежно опустились мне на плечи, но я знала, что эти руки крепче железа.

– Ты одна из нас, МакКайла.

– Остальные О'Конноры тоже были убиты Феями?

– Ты на распутье, дитя, одной ногой здесь, другой там. Прими решение, поскольку ты стоишь на пороге и дверь может закрыться.

Я повернулась и посмотрела на нее.

– Где «Синсар Дабх»?

– Ох, ну разве время сейчас для таких вопросов?

– Она у вас?

– Ты спрашиваешь меня о том, что известно лишь Небу. Я не могу ответить тебе.

– И что это за Небо?

– Наш Совет, который когда-то возглавляла Патрона. Ты – Нуль?

– Да.

Она так быстро сменила тему, что я ответила без промедления. Что ж, я решила воспользоваться ее тактикой и выпалила в ответ:

– Что за Фейри могут проскользнуть внутрь человека и не выйти из тела?

Ровена с трудом втянула в себя воздух.

– Ты видела такое создание?

Я кивнула.

– На что оно было похоже?

Я рассказала, после чего она воскликнула:

– Святые праведники, та самая, которую описывала мне Дэни, та, которую она видела в день встречи с тобой! Так вот что они делают! До меня доходили слухи о том, что подобные Невидимые существуют. Но мы не знали, кто они такие, и у нас нет для них названия.

– Я не смогла увидеть Фею, когда она забралась в человеческое тело.

– Она сумела укрыться от чутья ши-видящей? То есть она использует человеческое тело вместо наведения чар и ты не способна это определить? – Ровена была так же встревожена, как и я. – Ты убила ее?

– Как я могла это сделать, не убив девушку?

В ее глазах вспыхнул упрек.

– Так ты просто позволила ей уйти, притворившись человеком? Скольким людям придется умереть из-за того, что ты оказалась слишком доброй и не смогла отнять единственную жизнь? Твоя совесть выдержит груз этих смертей, ши-видящая? Или ты притворишься, что ты здесь ни при чем? В тот момент, когда Фейри оказалась внутри той девушки, она перестала быть человеком!

Я понимала точку зрения Ровены, но считала ее отвратительной.

– Во-первых, ты этого не знаешь. Во-вторых, я не могла просто так подойти к ни в чем не повинной девушке и убить ее.

– Тогда отдай свое оружие тем, кто может это сделать! Когда ты отпустила ее, не пожелав испачкать руки кровью жертвы, ты испачкала их в крови десятков жертв! Фейри будет убивать. Такова природа Невидимых.

– Для тебя существует лишь черное и белое, да?

– Серый – это лишь название светло-черного. Серому никогда не стать белым. Лишь белый – это белый. В нем нет места теням.

– Ты пугаешь меня, бабушка.

– Это ты пугаешь меня, детка, – парировала Ровена.

Затем она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Когда она вновь посмотрела на меня, в ее взгляде не было и следа упрека.

– Пойдем в аббатство. Ты уже познакомилась с Дэни. Познакомься с остальными своими сестрами. Узнай нас. Посмотри, что мы делаем и почему. Мы не монстры. Это Фейри чудовища. И война между нами с каждым днем становится все более жестокой. Если мы не станем отвечать на их беспощадность собственной беспощадностью, мы проиграем. Тот, кто не движется вперед, движется назад. А тот, кто движется назад, долго не живет.

– Ты знаешь о Гроссмейстере и его планах освободить всех Невидимых?

– Я не отвечу ни на один твой вопрос до тех пор, пока ты не сделаешь свой выбор. Среди нас нет ренегатов. Я не приемлю их. Либо ты с нами, либо ты против нас.

– Ровена, оттенки серого существуют. Я не за вас и не против. Я сама решаю, чью сторону принять. Вместо того чтобы давить на меня, попробуй меня убедить.

– Я пытаюсь. Поедем в аббатство.

Я хотела бы. Но только на своих условиях и тогда, когда я буду чувствовать себя в безопасности, чего о данной ситуации сказать нельзя.

– Я буду на связи.

– Каждая минута, которую ты тратишь вдали от нас, может стать последней в твоей жизни. Ты можешь погибнуть в одиночестве, вместо того чтобы объединиться со своими сестрами и обрести защиту, МакКайла.