Разоблачение (ЛП) - Андерсон Эвангелина

Жрица резко посмотрела на него.

— Это мое право требовать уважения, Чалла. Как верховная жрица Пустого Трона, я должна ощущать уважение как в твоих мыслях, так и в твоих действиях.

Раст нахмурился.

— Ты можешь читать мои мысли? Потому что я бы предпочел, чтобы ты этого не делала.

Жрица посмотрела на него с презрением.

— Мне открыта лишь часть твоего разума. Если хочешь изменить это, то защитись.

— Защититься? — возмутился Раст. — Как, черт возьми, я должен…

— Прошу прощения, верховная жрица, — осторожно вмешался Сильван. — Но Раст только недавно узнал, что он Киндред. Он вырос в человеческом мире Земля и мало что понимает в вопросах разума.

— Я прекрасно знаю о его происхождении, — жрица фыркнула. — Но как он мог так долго оставаться среди этих примитивных и не обнаружить, что не такой, как все, — ума не приложу.

— Его ДНК была изменена, — объяснил Сильван. — Кто-то — мы не знаем кто — помог ему вписаться в общество. Когда я сделал ему укол с ДНК крови Киндредов, он начал проявлять больше признаков своего истинного наследия.

— Да. Например, ярость, которую я почувствовала на себе, когда ваш корабль вышел на орбиту, — жрица нахмурилась, глядя на Раста. — Теперь я удовлетворю твое любопытство, Чалла. Да, это я позвала тебя через женщину, которая сейчас лежит на твоих носилках. И да, это я сразила ее лихорадкой.

— Почему ты… — Раст стал приближаться к ней, но Сильван протянул руку, чтобы его остановить.

Вместо него вперед вышла София.

— Почему? — спросила она. — Надия — моя подруга, и не встретить более милой и доброй девушки. Зачем тебе делать с ней что-то подобное?

Жрица пренебрежительно махнула рукой.

— Она — слабый сосуд. Не достойна быть Лизел для Чаллы Верховного советника.

— Я не знаю, что значат эти слова, да и мне наплевать, — Раст старался держать себя в руках, но его голос все еще дрожал от едва подавляемой ярости. — Знаю только, что если это ты заразила Надию, то тебе лучше вылечить ее сейчас же.

Жрица пожала плечами.

— Боюсь, что исцелить ее не в моих силах. Я могу лишь унять жар на некоторое время… — она сделала небрежный взмах рукой, и Надия закашлялась, приподнялась на локтях и растерянно огляделась вокруг.

— Раст? — прошептала она потрескавшимися губами.

— О, спасибо! — София благодарно улыбнулась, бросившись обнимать свою подругу. — Спасибо тебе большое.

— Не благодари меня пока, дитя, — жрица нахмурилась. — Как уже сказала, исцелить ее полностью — выше моих сил. Лихорадка вернется, и в конце концов девушка непременно умрет.

— Что? — Из горла Раста вырвался рев, полный ярости и неверия. Он рванулся вперед, но Сильван перехватил его, очевидно, потратив все силы на то, чтобы удержать. — Отпусти меня, — прорычал он, пытаясь обойти Блад-Киндреда. — Отпусти меня, я убью эту суку.

Если жрица и была обеспокоена его угрозами, то никак этого не показала.

— Не бойся, Чалла, я только сказала, что не могу исцелить ее. Но здесь есть тот, кто может.

— Кто? — потребовал ответа Раст. — Кто, будь ты проклята?

Пустые зеленые глаза широко раскрылись, а тонкие губы жрицы изогнулись в жестокой улыбке.

— Конечно же, ты, Адам Раст. Только ты можешь исцелить маленькую женщину, — она кивнула в сторону далекой дюны и горы за ней. — Приходи на священную гору, и я расскажу тебе, как это сделать.

Затем она исчезла.

Глава 27

Надия не могла прийти в себя от захватывающей дух красоты Первого Мира и от того, что снова в сознании, чтобы насладиться ею. Она все еще была слаба от лихорадки, но теперь болезнь отступила, как будто кто-то взял ревущее пламя и бережно прикрыл его, готовый в любой момент вновь зажечь. Надия смутно понимала, что странная верховная жрица — которая казалась более властной, чем любая другая жрица, которую Надия когда-либо встречала, — была ответственна как за ее болезнь, так и за частичное выздоровление. Но каждый раз, когда пыталась обдумать это, у нее начинала болеть голова.

В конце концов, Надия решила, что лучше просто наслаждаться пейзажем и вести светскую беседу с Софией, поскольку Раст слишком расстроен, чтобы разговаривать.

— Это удивительное место, — пробормотала она, сжимая руку подруги. София шла рядом с носилками, на которых все еще лежала Надия, хотя теперь, по крайней мере, получилось присесть. — Я всю жизнь слышала истории о радужной пустыне на Первом Мире, но никогда не думала, что увижу ее своими глазами.

— Это удивительно, — согласилась София. Она явно старалась быть веселой, но обеспокоенное выражение лица портило весь эффект. — Надия, может, тебе стоит прилечь, — уговаривала она. — Ты все еще выглядишь такой уставшей.

— Я чувствую себя на сто процентов лучше, — солгала Надия, скорее на пятьдесят процентов, но она старалась не замечать этого. — Кроме того, как я могу лежать, когда вокруг такая красота, на которую можно любоваться.

Она вытянула руку, указывая на разноцветную дюну, которую они только что преодолели. Рядом с ней у Софии перехватило дыхание.

— Вот, — тихо произнес Сильван. — Священная гора матери всего живого.

Это действительно была гора, а не плоский холм, как остальные возвышающиеся дюны, усеявшие пустыню. Вершина ее невероятно высока, но Надия не могла разглядеть ее — облака, единственные облака, которые она видела на чистом небе, закрывали ее от посторонних глаз.

Остальная часть священной горы была лишена растительности и казалась почти идеально цилиндрической, за одним исключением. Сбоку от нее, примерно на три четверти высоты, Надия увидела большой выступ, покрытый зеленой и фиолетовой растительностью.

— Целительный сад, — пробормотал Сильван низким голосом. — Я думал, что это часть легенд, но он существует — действительно существует.

— Что? Где? — Раст повернулся, чтобы посмотреть на него, и отчаяние и боль в его истинно зеленых глазах задели сердце Надии. Она хотела взять его за руку, сказать, что любит и что все будет хорошо. Но он шел впереди, рядом с Сильваном, и она не могла до него дотянуться. — Здесь есть сад, который исцеляет людей? — спросил он ее родственника. — Где?

Сильван жестом указал на возвышение, покрытое пышной листвой.

— Там, я так думаю. Говорят, что богиня гуляет там в определенное время дня. Считается, что напиток из фонтана Целебного сада излечивает любую болезнь, какой бы тяжелой она ни была.

— Тогда пойдем! Прямо сейчас! — Раст начал ускоряться с ходьбы до бега, но Сильван поймал его за руку.

— Помедленнее, брат. Все это может быть просто мифом, взятым в одной из старых легенд. И даже если это правда, нам до него не добраться.

— Что? Почему? — потребовал Раст.

— Потому что, — просто ответил Сильван. — Согласно легендам, единственный способ попасть в Целительный сад — это полететь туда.

— Опять эти летающие люди, — Раст скривился, как от боли, и потянулся, чтобы почесать спину. — Проклятье, у меня, наверное, аллергия на что-то в этом проклятом месте. Моя спина чешется как сумасшедшая. Так сильно она не чесалась с тех пор, как ты вколол мне этот гемо-бустер.

— Правда? — Сильван выглядел задумчивым.

— Да, — Раст вздохнул и, похоже, решил проигнорировать свой дискомфорт. — Как, по-твоему, эта жрица так исчезла? Мы все еще находимся, по крайней мере, в миле от горы. Либо она очень быстро бегает, либо…

— Это была проекция ее разума, — новый голос испугал их всех — Надию так сильно, что она чуть не упала с носилок. Рядом с ними стояла другая, намного моложе жрица, с более нормальными глазами. Радужная оболочка по-прежнему была нефритово-зеленой, но белки глаз нормальные, и у нее имелись зрачки, что делало ее менее похожей на живую статую. Жрица была босиком и одета в простую белую мантию. Темные светлые волосы, переливающиеся нефритово-зеленым цветом, ниспадали до поясницы.

— Кто ты? — спросила София.

— И почему люди продолжают появляться из этой проклятой пустыни? — прорычал Раст. — Это чертовски нервирует.