Морская невеста (ЛП) - Хамм Эмма

— Ты красивый, отец!

— Да? — он прижал ладонь к груди, подтянул дочь другой рукой выше. — Твоя мама так мне уже не говорит.

— Мама!

Сирша рассмеялась.

— Не слушай отца. Он знает, что я считаю его красивым.

— Притяни ко мне лодку, ладно, кроха?

— Хорошо!

Орлет выбралась из его руки и нырнула в воду. Она плавала лучше, чем Сирша в этом возрасте. Хвост был для нее второй кожей, и она легко меняла облик.

Сирша гордилась ею. Она была всем и больше.

— Здравствуй, жена, — голос Мануса стал ниже, хриплый шепот вызывал дрожь на ее спине. — Ты закончила со своей работой?

— Пока что.

Он опустился на колени, волны окутали его бедра. Он притянул ее ближе.

— Я скучал.

Сирша вздохнула, он прижал ладонь к ее шее, поцеловал ее в губы. Он не спешил, пробуя ее, как хорошее вино. Его ладони гладили ее горло, пока он целовал ее до стонов.

Только тогда он отодвинулся, погладил ее полную нижнюю губу большим пальцем.

— Я видела тебя вчера, — она рассмеялась. — Но я не против приветствия.

— Как твои приключения с дочерью? Она не стала рассказывать, лишь сказала, что ваши приключения были только для русалок.

Сирша рассмеялась и закатила глаза.

— Мы нашли много сокровищ.

— И?

Ей нравилось, что он хотел больше для них. Дело было не в деньгах. Их приключения были для интересной жизни дочери и историй семьи, которые можно было рассказывать на ночь.

— И мы встретили осьминога, который полюбил ее. У нее все еще остались следы от присосок на плечах, но он был нежным.

— Она не разочаруется, вернувшись на корабль со мной?

— Манус, ей точно нравится на корабле с тобой не меньше, чем со мной в море.

Ее слова успокоили мужа. Манус постоянно переживал, что жена и дочь оставят его. Океан манил, и как смертный мужчина мог привлекать двух красивых женщин сильнее?

Каждый раз Сирша говорила ему, что они любили его слишком сильно, чтобы покинуть. И так и было. Как далеко бы они не уплывали, она всегда хотела его рядом.

Манус прижался лбом к ее лбу.

— Ты последуешь за нами в воде?

— Я бы хотела размять хвост.

— Подпрыгни пару раз для нее. Ей нравится знать, где ты.

— Я дам тебе знать, если впереди беда.

— Беда? В водах фейри? Это вряд ли, — он подмигнул ей и брызнул немного воды в сторону дочери. — Орлет, ты поймала лодку?

Сирша улыбнулась своей очаровательной семье. Манус поймал дочку и затянул ее в лодку. Она жаловалась все время, говоря, что хотела остаться в воде еще немного. Но они оба знали, что она хотела вернуться на корабль.

Орлет нравилось на борту «Свободы». Она бегала по палубе, лазала по мачтам как обезьяна и постоянно дразнила матросов. Они восхищались ею.

Ее муж и ребенок поплыли прочь, Сирша скользнула под волны. Они смирились с фактом, что ей все время нужно было в воде. Хотя их связь стала сильнее, чем когда-либо, ей каждый день нужно было находиться в воде.

Манус не возражал, и Сирша поняла, что они росли вместе.

Косяки рыб проносились мимо нее, их тела задевали ее. Дельфины щебетали неподалеку, прыгали из волн и смеялись, ныряя обратно.

Чем глубже они уплывали, тем меньше она видела. Киты наблюдали за ней, их песня сопровождала ее милями.

В океане было так хорошо. Она была сильной и потрясающе свободной.

Они плыли к острову фейри, где якобы тренировали самых сильных женщин. Манус хотел обменять товары на оружие, которое даровало бы им огромные богатства. Он сказал, что фейри сделали заказ, и она была уверена, что тут был замешан Деклан.

Не важно. Она была с тремя любви ее жизни.

Ее мужем, дочерью и морем.

Когда солнце опустилось за горизонт, Сирша замедлилась. Корабль будет плыть медленнее под звездами. Они настроят курс на ночь и отпустят остальных отдыхать.

Она сжала поручни, которые Манус прицепил к боку корабля, когда они были в Уи-Нейлле. Он хотел, чтобы она могла держаться или забираться.

Она подтянула себя руками. Заиграла музыка, смех был волной счастья. Она сжала перила и опустила голову на предплечья.

Манус и Орлет кружились на палубе. Один из матросов играл в углу, несколько других топали ногами. Орлет была в одежде мальчика: широких штанах и белой рубахе, сползающей с ее плеч.

— Сирша! — закричал матрос. — Я принесу платье.

Они все знали ее имя, знали, что нужно быть осторожными с ним. Манус подобрал надежных людей, пригрозил им, что убьет их, если они жестоко обойдутся с ней.

Матрос с уважением вручил ей платье, отвернулся, не мешая ей. Она надела его через голову, по очереди подняв руки с перил, а потом тряхнула ногами, убирая остатки хвоста.

Манус передал их дочь одному из матросов, который закружил ее в дикой джиге. Она громко хохотала, ее ноги быстро топтали по палубе.

Жар вспыхнул в животе Сирши, ее муж подошел к ней. Он был большим, настоящим и таким сильным, что вызывал трепет.

— Жена, — прорычал он. Его ладони потянулись за перила, взяли ее за талию и подняли над краем.

Она прильнула к нему в объятиях и мирно вздохнула.

— Муж.

Он покачивался, грациозно танцуя с ней на палубе.

— Ты знаешь, что я люблю тебя больше всех звезд в небе?

— А я люблю тебя больше всей рыбы в море.