Всем, кому должна - прощаю (СИ) - Вудворт Франциска

— Как это решение согласуется с тем, что ты отказываешься делить со мной постель?

— Самым прямым образом. Я вас знаю не с лучшей стороны, а другие вы мне не показывали. Сейчас мы в браке, я больше никуда не убегу, так докажите мне, что я приняла верное решение. И начинать следует точно не с постели.

— И с чего же мне следует начать?

По Максу было не понять, как он отнесся к моему спичу. Мои слова он выслушал с каменным выражением лица.

— С общения, — предложила я разумный вариант.

— Общение, значит, — повторил за мной князь, словно пробуя на зуб это слово, и оно не сильно ему нравилось. — Только знаешь, драгоценная, всё, о чём я могу думать в данный момент, когда свет от луны делает прозрачной твою одежду, это как обнять тебя и испить сладость губ.

Рывок — и он сдёрнул меня с кресла, прижав к себе и обжигая губы поцелуем. Напористым, страстным, немного злым. Но стоило мне протестующее замычать, как поцелуй стал бережным, сладким, трепетным, а объятия нежными. Ко мне прикасались, словно я самое ценное и дорогое в его жизни.

Поднос выпал из ослабевших пальцев и со звоном приземлился на пол, разрушая волшебство.

Князь отстранился и вновь поставил меня на кресло, подняв как пушинку.

— Примерно так, драгоценная. Это самое малое, что я желал бы сделать. Вынужден признать, что на данный момент я не готов для того общения, которого ты от меня ждёшь. Не буду мешать твоему спокойному сну в одиночестве, раз ты его так жаждешь. Добрых снов, жена моя.

И развернувшись, прошествовал в свою спальню, тщательно закрыв смежную дверь.

И вот кто бы знал, почему мне хотелось расплакаться и швырнуть ему вслед поднос. 

ГЛАВА 18

Максимиллиан арр Телларион

Я не хотел, чтобы меня видели вышагивающим в коридорах замка в то время, когда должен наслаждаться телом юной жены, но и оставаться у себя в покоях было невыносимо. Тонкая дверь отделяла от моей пары и я не хотел бороться с искушением вернуться и взять то, что моё по праву.

Моя выдержка не железная, а искушение слишком велико. Поэтому призвал тьму и переместился сразу в комнату Киана.

Мы с ним так и не поговорили. Пока Надин приходила в себя после ритуала, допрашивал оборотня, желая знать, каким образом тот оказался рядом с моей парой. Хвостатый твердил, что считал её воровкой, укравшей артефакт, и собирался доставить преступницу. Запах её слышал в замке и стало любопытно, когда уловил его, уходящим в лес. Проследил и нашёл. Решил немного напугать, ничего плохого не хотел. Подумать не мог, что это моя пара.

Как ни удивительно, но вот в этом я ему верил. Знай он об этом, то не пытался бы позабавиться. Похитил бы или убил, пока была такая возможность. Пришлось его отпустить восвояси, догонять своих, пусть внутренняя тьма и требовала уничтожить наглеца. Но пропажа на землях вампиров главы клана, члена мирной делегации, вызвала бы ненужные волнения. Финальное подписание договора могло бы опять затянуться, а это бы вынудило меня уделять время делам, а не моей паре. Лишь это помогло тому так легко отделаться.

Теперь самое время выяснить, почему Киан мне солгал и не рассказал о знакомстве с Надин.

Я вышел из портала практически в разгар чужих любовных утех. Служанка с обнажённой грудью елозила на коленях дракона, ловя губами виноград, которым он её кормил. Длинные пальцы крепко держали над её лицом гроздь. Тёмный сок тёк по руке, а она слизывала его языком, постанывая от удовольствия.

— Ты в обществе только одной женщины? Стареешь, мой друг, — прозвучало не столько насмешливо, как язвительно.

Вернуться обратно даже не подумал. Если уж мне удовольствие сегодня не светит, то и он обойдётся.

Девушка взвизгнула, прикрывая руками грудь и не зная, в какую сторону бежать. Дракон же остался расслабленно сидеть, лишь удивлённо выгнул бровь. Оценив, что гость уходить не собирается, ссадил с коленей служанку, шлёпнув её по ягодицам, и приказал принести вина.

Пусть кувшин и стоял рядом на столике, но девушка правильно поняла намёк и выбежала из комнаты, натягивая на ходу приспущенную рубашку и поправляя корсаж.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что же думать о тебе, если ты в свою брачную ночь гуляешь по чужим покоям, забыв о новобрачной, — парировал Киан.

Дождался чешуйчатый, пока останемся наедине, и уколол.

— Да вот, хочу выяснить, почему ты умолчал о знакомстве с Надин и чего ещё я не знаю.

— Ничего такого, ради чего стоит заставлять юную жену ждать в такую ночь. Мы можем и завтра поговорить.

— Я не спешу, а Надин — не твоя забота.

— Не скажи. Я чувствую за неё ответственность.

— С чего бы это? — От ревности в глазах потемнело и я с трудом сохранил безразличный вид.

— Твои глаза заполнила тьма, — уведомил дракон, что мои потуги не увенчались успехом. — Не горячись, она мне как сестра. Пара друга неприкосновенна.

Я выдохнул, возвращая самообладание, но через миг мой контроль опять разбили в прах.

— Хотя Надя очень интересная девушка. Соткана из противоречий. Недоверчивая и открытая, серьёзная и в то же время умеет веселиться от души, в каких-то вещах циничная, а в чём-то наивная. Самостоятельная, но в то же время её хочется защищать и оберегать.

Клыки удлинились, вспарывая кожу губ, слишком крепко их сжал, сдерживая рык. Я был на грани, стоило представить, что рядом с ним она смеялась и веселилась. Но стоило увидеть довольное выражение на лице дракона, как понял, что это его месть за то, что прервал любовные игрища. Драконы — те ещё развратники.

А вот последняя мысль была лишней! Стоило представить, что Надин провела рядом с ним ночь и не одну, как тьма вырвалась из меня, гася свет свечей и погружая комнату в непроглядную тьму. Я готов был убивать, превратившись в смертоносное разящее оружие.

— Вот поэтому я ничего и не сказал о нашем знакомстве, — спокойно произнёс Киан и свечи ярко вспыхнули вновь, заставляя тьму отступить и притаиться по углам.

Не от испуга, в ожидании моего приказа.

— Рассказывай! — потребовал я.

— Да что рассказывать?! Почувствовал кинжал и прилетел. Решил, что ты мне тайную встречу назначил в лесу. Не хочешь, чтобы в замке меня видели по какой-то причине. Лежу себе ящерицей в костре, кости гре… конспирацию соблюдаю, в ожидании, когда ты на меня выйдешь, направление движения я отслеживал. А тут выходит девчонка сопливая. Уставшая, испуганная, замерзшая. К костру руки тянет. Меня увидела и давай из огня спасать. Я настолько удивился, что едва хвост не потерял. Слезами всего залила, жалуясь, как ей страшно, но ни за что не вернётся обратно. Заперли, унижали, обижали.

— И ты пожалел?

— С ума сошёл? Она и так была на грани. Утром уже обернулся, пока не видела, и расспросил, кто такая. Потом уже понял, что твоя пара.

— Почему не вернул?

— Ты же знаешь, я не люблю женских истерик, а тут бы точно разразилась буря. Забрал в город на ярмарку, решил развлечь девчонку, а то ты её совсем не баловал. Отдельные покои, представил сестрой! — дракон тут же вскинул руки, демонстрируя честные намерения. — Когда она отвлеклась и забылась, аккуратно свернул разговор на ваши отношения. Пояснил, что умрёт она — умрёшь и ты. Такой красавице опасно гулять одной без сопровождения, а у тебя слишком много врагов, которые не побрезгуют через неё поквитаться. Уговорил вернуться и выяснить недопонимания. Она почему-то думала, что ты её запер, а сам с фавориткой гостей встречаешь и ночи проводишь.

Хитрый дракон мастерски повернул нить разговора так, чтобы я остро ощутил свою вину.

— Извини, пришлось объяснить ей, что это невозможно. Не понимаю, зачем ты создавал у неё впечатление своих мужских подвигов, но я их развенчал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И что она?

— Осознала, что не так всё поняла и согласилась вернуться, поговорить. Зная о ревностном отношении к паре, оставил её ненадолго в лесу, чтобы ты сам её нашёл. Ни зверей, ни посторонних поблизости не было. Кто же знал, что едва успею рассказать тебе, что отследил кинжал, как ты утащишь меня в лес к своей паре. — Закончив рассказ, Киан пронзил меня взглядом и спросил: — Может, теперь ты расскажешь, что между вами произошло и почему ночь ты предпочитаешь проводить в моём обществе, а не жены?