Дылда Доминга - Изоморфы

Опасно было появляться в городе, но в людном месте и в течение непродолжительного времени ее не должны были заметить, а потом она вновь исчезнет, растворится, словно ее никогда и не было.

Саша пыталась купить необходимое как можно быстрее, не вдаваясь в подробности и не привередничая по поводу фасонов или цен. Ее интересовала практичная повседневная одежда. Но именно с такой одеждой оказались проблемы, потому что джинсы были обязательно с заниженной талией, или расшитые в цветочек или с дурацкими карманами, а футболки — со стразами или глубоким вырезом. Меньше всего на свете ей сейчас хотелось соблазнять Тима или выводить его из себя, что, в принципе, было одно и то же.

Кассирша как-то странно косилась на нее, когда она расплачивалась из пачки Тима.

Саша лишь надеялась, что деньги у него не фальшивые. Постоянно ей казалось, что кто-то из покупателей смотрит на нее не так — видимо, начинала развиваться настоящая мания преследования. Час в магазине для Саши показался настоящей пыткой, поэтому, как только все необходимое было куплено, она устремилась к выходу.

Поймать такси тоже оказалось проблемой, потому что постоянно останавливались частные машины, а Сашу трусило при одной только мысли о ее недавнем опыте.

— Какого черта ты делаешь? — он возник рядом с ней, спрыгнув на байке с тротуара.

— Ничего, жду тебя.

— А голосуешь зачем? — даже не видя его глаз за темным стеклом шлема, Саша знала, что они смотрят недобро.

Он больно дернул ее к себе, напялил на голову шлем и посадил сзади. Кулек со шмотками перекочевал в рюкзак, который Тим надел ей на спину. Байк сердито зарычал и рванул с места. Саша обхватила Тима руками, и на этот раз даже не пыталась смотреть на дорогу, уткнувшись лбом ему между лопаток.

Сколько еще страхов могло ужиться в одном человеке? Вернее, изоморфе. Только сегодня на рассвете она убегала от охраны на Маяковке, прикрывая Летицию и Дюпре своим телом от пуль, дралась в рукопашном бою, открыла-таки ворота и схлопотала пару пуль в спину. Было больно, очень — Саша до сих пор отлично помнила, как задохнулась от жгучего кошмара, разрывающего сознание. Где-то там, на пике этой самой боли, она и отключилась, вернее, ее выбросило назад в родное тело. Наверное, об этом и упоминал Тинни, говоря о призраках. Не будь у нее тела, она бы наверняка пополнила этой ночью их ряды. Гуляла бы за ручку с мамой Гая, обсуждая погоду и современные нравы, — Саша горько усмехнулась своим мыслям.

Она пережила это все, и ей предстоит пережить еще больше, но вот великий герой едет за спиной у одного из бандитов и дрожит от ужаса, даже уже не в состоянии с уверенностью сказать, от езды ли или от того, что разозлила своего мрачного хозяина.

— Тим, — ойкнула она, когда он стащил ее с байка, как котенка, за шкирку. Все повторялось, как в старые добрые времена, только вот Саше повторения не хотелось. — Отпусти меня, что ты делаешь? — она попыталась припомнить свою ночную школу и пнуть его ногой, но, то ли у парня боевых навыков было немного, то ли Тим был значительно сильнее, только, кроме жалких попыток, дело ничем не закончилось.

— Входи, — он грубо втолкнул ее в лифт, и Саша едва не встретилась лицом с противоположной стенкой. В полной тишине, прерываемой лишь ее шумным дыханием, они добрались до квартиры Тима.

— Тим, прости, я просто испугалась байка, — попыталась она, когда они оказались в квартире.

— Что еще придумаешь? — он закрыл дверь и обернулся. На его лице не было больше ничего доброго, сплошная маска холода и ненависти.

— Ч-что случилось? — от страха Саша даже стала заикаться. Что-то было совсем не так, ведь не мог же он разозлиться только из-за того, что она ослушалась его и пыталась поймать машину.

— А ты как думаешь? Мне интересно, как ты будешь изворачиваться? — он схватил ее за локоть и протащил в кухню, там зло бросил, заставив сесть на табуретку.

— Зачем мне изворачиваться, — ничего не понимая, пробормотала Саша. В ту же секунду его глаза полыхнули такой злостью, что девушке показалось, что он ее ударит, но Тим стоял на месте, как вкопанный.

— Я видел распечатку своих звонков.

Саша заметно поникла.

— Кому ты звонила?

— Другу.

— Значит, у тебя друзья в фирме, связанной с организацией, на которую ты меня натравила, так что ли?

Говоришь, в ней нет наших, только иностранцы? И ты понятия не имеешь, зачем они преследовали тебя и твоего любовника?

— Тим…

— Меня тошнит от таких людей, как ты, — он развернулся и сделал несколько шагов к окну. — Я не жалею о сделанном — нам бы все равно пришлось с ними разобраться, но очень опрометчиво было лгать мне.

Впервые в жизни Саша смотрела в чьи-то глаза и отчетливо видела там свою смерть. Возможно, даже не быструю — хотя Тиму нечего было у нее выпытывать, она и так во всем бы созналась под одним только его взглядом. Наивно было думать, что он не докопается до истины, а она слишком засиделась у Тима в гостях, чтобы он не успел разобраться. И что теперь? Вторая группа найдет ее бездыханное тело за гаражами и успокоится.

— Парень, которому я звонила, больше не работает на них, — проговорила Саша побледневшими губами, — я звонила узнать, как обстоят дела.

— И как они обстоят? — с издевкой поинтересовался Тим, приближаясь к ней на опасное расстояние.

— Плохо, — отозвалась Саша, готовая вжаться в стенку.

— Что им всем нужно от тебя и твоего любовника?

— Он знает их секреты, и они думают, что я тоже.

— Что тебя связывает с Платоновым?

— С кем?

— С парнем, которому ты звонила! — казалось, Тим уже на грани и едва себя сдерживает.

— Он пожалел меня, решил, что организация зашла слишком далеко, убивая невинных.

— Что это за организация? Чем она занимается?

— Я, правда, не знаю тайн Гая, — это не было ложью, всех его тайн не знал никто.

— И тебе не приходило в голову бежать от него, как можно дальше, когда ты с ним встречалась?

Саша молча глядела на Тима, а в душе колыхалась боль, и они одновременно осознали аналогию с текущей ситуацией.

— Конечно же, не приходило, — сам ответил Тим и устало опустился за стол напротив нее. — Ты вечно встреваешь в неприятности, да?

Да, так и было, очевидно, изоморфы и неприятности были синонимами, только она, в отличие от остальных, не могла и не умела бежать.

— Глупо было звонить ему с моего телефона.

— Ты отобрал мой телефон, ты не оставил мне выбора, — глядя в стол, пробормотала Саша.

— И что ты узнала?

— Ничего.

— Что ты узнала? — он взвился над столом и навис над ней.