Выброшенная жена дракона. Вернулась почти добровольно - Таня Драго

понятно.

Всем обо всем известно, да только не мне.

Дьярвет, ты мерзавец, как так можно?

- О, все прекрасно. А замок… по-прежнему хорош. Маркус, как вы живете тут?

Советник вздохнул, улыбка исчезла.

- По-разному, моя халидэла, по-разному. Впрочем, что мы обо мне. Говорят, ваши кристаллы стали еще лучше после того… происшествия.

- После того, как мы убили моего отца, потому что он чуть не убил нас.

Маркус морщится. Хочет быть деликатнее.

- Да, я про это происшествие. Мы тут следили за вашими успехами. Халидэл… - Маркус внезапно осекся, поняв, что проболтался, но решил, что уже сгорел, так что не важно, признается или нет, - халидэл не говорит ничего, конечно. Но отчеты из вашего замка всегда изучает очень тщательно. Мы были очень рады, когда вы немного увеличили производство. Интересно узнать, как вам это удалось?

- Наняли донкских магов, Маркус. У меня были… некоторые связи.

- Оооо! Значит, ваше путешествие пошло халиду на пользу. Как это прекрасно. Но… Я должен вас огорчить. Халидэл Дьярвет будет лишь к утру. Но мы приготовили спальню для вас.

- Давно вы знаете, что я приеду?

Старичок смущенно замолчал.

- Ну же, Маркус, я уже прекрасно поняла, что брат докладывает ему о моих перемещениях.

- Откровенно говоря, мы ждали вас вчера, а готово к вашему приезду было все еще два дня назад.

- То есть, когда я тронулась от Эраленов, в то же мгновение сюда помчался гонец с письмом. Великолепно.

И тут я поняла, что за разговорами мы дошли до спальни.

До чертовой супружеской спальни.

- Не уместнее ли гостевые покои? Нет, не говорите, дайте угадаю, распоряжение халидэла. Ладно.

Я толкнула ручку и вошла в спальню.

И захотела умереть.

Тут все было ровно так, как тогда, когда я покидала эту комнату. Два платья рядом с кроватью на мною сотворенной магической вешалке. Синее и красное. Те, что я не взяла.

Огромное явно женское зеркало в резной раме с растительными мотивами.

И букет свежих веланий на столе.

Словно я отсюда и не уезжала.

Я провела по столу пальцами.

Маркус все еще стоял в дверях.

- Что-то угодно, халидэла? Чаю, возможно? Вы с дороги. Совсем скоро обед. Можете присоединиться ко мне в малом зале.

- Нет, спасибо. А куда уехал Дьярвет?

- Думаю, к Эраленам, госпожа. Ваш брат хочет заключить договор о поставке вина, а халидэл, в свою очередь, желал посмотреть на производство кристаллов-накопителей своими глазами, и пока вы были там, не мог этого себе позволить.

- Говорил о том?

- Нет, но много раз упоминал, что любопытно посмотреть своими глазами. Вероятно, не хотел вас смутить.

- Или сломать свою игру.

- Это тоже, госпожа.

Маркус понимающе кивнул.

И вышел.

Итак, я в этой клетке до завтра. Спать на простынях, которые он обычно использует. Просыпаться от того, что мне снится его ласка, находиться не просто на его территории, а в захлопнутом капкане. Мастерски захлопнутом. А то я не вижу, что каждая встреча тут – это еще одна стрела в меня.

Без тебя тут плохо, говорит Гарет.

Без тебя плохо, говорит Маркус…

На ужин он меня все же вытянул из комнаты.

Но к тому времени я уже настолько была поглощена собственными ощущениями, воспоминаниями и пониманием того, что не хочу уезжать, что вынуть меня из этого калейдоскопа мыслей было довольно сложно.

Маркус пытался улыбаться…

- Вы знаете, халидэл Дьярвет…

Я подняла на него глаза, и что-то видимо, такое было в моем взгляде, что советник осекся и не продолжил фразу.

- Как он, Маркус? Как он? Только не ври мне.

- Плохо, моя халидэла.

И ничего больше.

Дьярвет вернулся за полночь.

Не смог находиться у Эраленов дольше. Смотреть на ее кристаллы, знать, что она ждет его дома. Думал, что загонит коня.

Но внезапно ему пришла в голову идея получше.

Он полетел.

В ночном небе, полном звезд, над своей землей, над дорогой, по которой совсем недавно Кейр стремилась от него сбежать.

Прибыл домой вымотанный, задыхающийся, как после долгого бега. Маркус встретил его, не спал. Знал наверняка, что господин придет раньше.

И сразу поспешил успокоить.

Вместо приветствия.

- Халидэла спит. Мы ей… чай успокаивающий дали.

- Хочешь сказать, не распознала? Уж Кераль-то?

- Она, кажется, совсем не чувствовала, что пьет и ест, мой халидэл. Все, как вы говорили. И Гарет ее встретил, и Мира. Будут еще распоряжения?

Дьяр сел на ступеньки, между первым и вторым этажом. Закрыл голову руками. Завершающая стадия игры длиною в четыре месяца. Сорваться нельзя, но так хочется.

А он чувствует, что она рядом. Связь пульсирует, и как-то спокойно-спокойно внутри. Правильно.

- Согрейте мне воды, я весь в пыли. Она точно спит?

- Точно. Мы следим.

Уже после ванны он вошел в спальню.

Увидел.

Сердце застучало куда-то в ребра, больно. Кейр раскинулась на кровати. Что бы она не говорила, не чувствует себя тут в опасности. Ее поза говорит об этом очень красноречиво. Дьярвет подошел близко. Словно хотел убедиться, что Кераль тут. Не исчезла, не улетела, не сбежала.

А потом отошел, чтобы придвинуть к кровати кресло, стараясь не шуметь, и сел напротив нее.

Наблюдать.

Скоро рассвет. Лучик коснется руки, беспощадный лучик. И она проснется.

Я уснула на широком супружеском ложе довольно быстро. Даже можно сказать, за секунды. А проснулась уже не одна. Дьярвет сидел в кресле, которое установил прямо напротив кровати. Закинул ноги на край постели и наблюдал за мной, играя бокалом вина в руках.

Первое, что я подумала, когда проснулась – попалась.

Второе – и что?

Дьяр посмотрел на меня, на вино, снова на меня.

А я уже спешно отодвигалась к спинке кровати, пытаясь прикрыться одеялом. Хоть какая защита.

- Знаешь, его не только больше, он слаще. Интереснее, с какими-то полутонами. Я понимаю, вино натощак – не слишком хорошая идея, но я бы все же предложил тебе попробовать. Молодое, насыщенное. Вкусное.

Это, конечно то, чего я меньше всего ожидала.

Да, рассказывать про вино женщине, которая тяжело дышит и чувствует себя птицей, пойманной в клетку, конечно – великолепная идея.

Дьярвет приблизился.

Сел около меня.

Близко-близко.

- Я понял, что меня задевает, Кейр. Ненастоящее. Я не считаю так. Больше не считаю. В последний раз я подумал так пять лет назад. Все очень даже настоящее.

Он кончиками пальцев коснулся моей щеки.

А