Замуж за врага. Его (не) любимая - 2 - Юлия Марлин

вершин, падая с высоты, рассыпались, превращаясь в мелкое крошево. Произошло это и с двадцать первым валуном.

Вытирая пот со лба, он приказал:

— Отдых — десять минут! Потом за работу!

Валившиеся от усталости воины, попадали на камни. Их грудь тяжело вздымалась, по вискам и лицу катился пот. Под порывами пронизывающего ветра, то еще удовольствие. Холодная вода, отпитая из фляг, не приносила облегчения. К радости Волков, сегодня хотя бы выглянуло солнце, но замечая его быстрый ход по небу, они начинали мрачнеть. Две ночи подряд «Северный Ветер» отбивает остервенелые атаки чудовищ. Что произойдет на третью — ведомо только Властелину Небес.

«Нет, мы завалим подгорный проход! Положим жизни, но исполним приказ», — думал Рогнед, судорожно скребя ногтями камень.

В первый миг, услышав приказ Святослава, он впал в ярость, потому что и думать не мог, что останется в стороне, пока его братья будут сражаться против подлого врага. Но узрев холодный блеск надежды в темно-синих глазах князя, понял: никому другому это поручение он не доверит.

«Уничтожь тропу», — сказал Святослав, и Рогнед склонился с почтением.

— Да, господин. Я исполню вашу волю.

* * *

Осенний вечер стремительно погрузил северные просторы в холодную безрадостную мглу.

Когда замогильный рог ледяных монстров проревел в темноте, люди в форпосте уже были готовы. Орды врага быстро двигались по пустоши, накатывая к крепости зловещим прибоем.

— Что-то изменилось. — Задумчиво сказал Святослав, стоя на стене. А на вопросительные взоры, окружавших его воинов ответил то, что в последний месяц отвечал не впервой: — Интуиция.

Очень скоро защитники поняли, что имеет в виду командир.

Первый залп стрел, пущенный со стен, наткнулся на незримую преграду. Над тварями, переливаясь всполохами золота зелени и серебра, висел полупрозрачный магический купол.

— Ублюдки! — В сердцах бросил воевода.

— Порошок, — разом поняли Словен и Тис. — Он создает устойчивый некробарьер.

Воины дали второй и третий залпы, но стрелы ударяясь о пустоту, сгорали в пламени, не причиняя чудовищам вреда.

— Стоп! — Крикнул Святослав, вскидывая руку.

— Стоп! — Прокатился приказ по рядам лучников.

Ветер стих. Равнину накрыл скрежет железа и мертвая поступь врага.

Выныривая из мрака и скапливаясь под стенами, они колыхаясь морскими волнами и готовились к войне.

Первые две ночи форпост испытывали на прочность. Третья должна была его сокрушить. Нежить не поскупился и пригнал сюда всех кого мог, сосредоточив у самого уязвимого места — наспех залатанной части стены, которую едва удалось отстоять прошлой ночью.

* * *

Этот вечер, как и прошлые, София провела в состоянии близком к паническому.

Бессонная ночь сменилась темным рассветом, не принесшим ни радости, ни облегчения.

Ранним утром, когда имение было охвачено звенящей тишиной, княгиня вышла на заснеженное крыльцо и присела на верхнюю ступень. Лицо — бледнее снега. Бескровные губы искусаны от тревоги. Ее шатало от усталости, но заметив на небе алую зарю, девушка вяло улыбнулась.

— Хоть немного тепла, — прошептала, обращая глаза к тусклому свету.

— Думаешь, согреет, девочка? — Раздался голос управляющей Белавы. Дородная дама застыла рядом с Софией, кутаясь в пуховую шаль.

— А разве нет?

— Ни капли.

— Не понимаю, сударыня Белава.

— Вы, жители срединного княжества думаете — если на небе севера сияет солнце — это к теплу, а если облака и сыпет снег — к морозу. Но только коренные северяне знают, что зимой на севере теплее не тогда, когда светит солнце, а когда снежно и пасмурно, — объяснила северянка.

— Вот как?

София удивленно захлопала ресницами.

— Да, деточка.

Управляющая хотела объяснить: почему в солнечную погоду холодней, но заслышав близкий скрип колес, отвлеклась и обернулась. Увиденное потрясло до глубины души. Повозок с ранеными было так много, что плечи поникли от отчаяния и испуга.

Соня, покачиваясь от бессилия, поднялась и шагнула к повозкам. Ветер дул прямо в лицо, развивая темные волосы, и иссушивал горячие слезы.

— Что случилось?

Повозки катились мимо и с каждой доносились стоны о помощи.

— Прошлой ночью пало много воинов, госпожа, — ответил кто-то, приняв шепот княгини за вопрос. — Мы боялись не встретить рассвета.

Холодная пустота шевельнулась в душе Софии. Свершилось! Ужасное предчувствие неизбежного, страшного горя, испытанное ею, когда она провожала мужа на войну, настигло их всех.

Выдохнув, Соня отшатнулась.

Управляющая тем временем прижала ладони к щекам и запричитала:

— Горе какое, сколько вас, милые…

Из соседних домов показались сонные жители. К княжескому имению потекли все, кто был в состоянии помочь.

Кони фыркнули, повозки со скрипом остановились. Голоса раненых наводнили Эрри. Местный лекарь в полушубке и два его помощника что-то кричали, пытаясь организовать прием измученных ранами людей. Запах крови и смерти ударил в голову.

Девушка отпрянула от мертвенно-бледного воина без сознания, к которому кинулась с желанием помочь. Его подхватили два местных жителя и на руках понесли в внутрь дома. Следом, прихрамывая, прошли еще трое: все закопченные и залитые запекшейся кровью, отчего невозможно было рассмотреть их лиц.

Кто-то схватил Соню за плечо. Она обернулась и застыла. Молодой парнишка, не старше нее, с перекошенным от боли лицом и замутненными голубыми глазами, оседал на снег, теряя сознание.

— Кто-нибудь, — девушка подхватила бойца под мышки, оседая следом, — помогите!

Ответом была феерия криков со всех сторон.

— Сюда! Скорее! — Звали одни.

— Здесь тяжело раненные, — просили о помощи другие.

Соня стиснула челюсть и прошипела бледному парню:

— Только не умирай. — Помогать ей не собирались, придется самой. — Я донесу тебя. Я смогу…

Неожиданно рядом раздался знакомый голос:

— Княгиня, позвольте помочь.

Против утреннего солнца возник один из воинов Святослава, что сопровождал ее из Ипати в новый дом. Она не сразу его узнала. Вспомнила в миг, когда он оторвал бесчувственное тело парня от снега, красного от крови, и помог ей подняться (хотя судя по алым пятнам на одежде, тоже был серьезно ранен).

— Кладите его сюда, — шепнула София, указывая на пустой диван гостиной, когда они миновали коридор. — И сами присядьте, а то свалитесь…

Суровый мужчина повиновался, едва успев доковылять до кресла. Рухнул, теряя опору под ногами. Под его ступнями начала растекаться кровавая лужа.

Девушка бросилась на помощь, на ходу разрывая полотенце.

— Зажмите посильнее, это остановит кровь, — требовательно велела, прикладывая к рваной ране на ноге моток белоснежной такни.

Он перехватил его дрожащей рукой, пока вторым обрывком она крепко ее обвязывала.

— Я выживу, — заверил северянин и кивнул на бледного парня на диване без чувств, — помогите ему, княгиня.

София метнулась к столу, заставленному склянками с целебными жидкостями, схватила одну — мутно-бордового цвета, вернулась к Волку и поводила ею у того под носом. Он закашлялся и пришел