Сердце Севера - Натали Палей

Наверное, с Ройданом мы сможем договорить потом? Решительно развернулась, юбки платья плотно обхватили ноги. Подождала, когда они освободят меня из плена, и направилась к двери, но Семур быстрым, смазанным движением опередил меня и оказался перед дверью.

— Юна, я считал, что темные маги отобрали тебя у меня, ведь все эти годы я ни о чем не подозревал.

— Нет, это не темные, Ройдан. Это твоя самоуверенность, хитрость и предательство.

— Предательство? — переспросил мужчина, нахмурившись. — Юна, ты считаешь меня предателем?

Мои плечи опустились, взгляд тоже. Считала ли я Ройдана Семура до сих пор предателем? Прошло столько лет…

Бессонными ночами в своей маленькой комнатке в крепости на границе я столько раз думала обо всем, что случилось тогда в Замке быстрой реки, о поступке Ройдана, о своих последующих действиях. О том, чего мы могли избежать. Или все же не могли.

Об ошибках. Чудовищных. Трагических. Тяжких.

А также тех, которые, возможно, нужно было совершить. И, возможно, они оказались бы не ошибками, а верным решением.

— Юна…

Ах да, Ройдан задал мне вопрос.

— Ты предал мое доверие, Ройдан, — с горечью прошептала я, поднимая голову, встречаясь с застывшим мужчиной взглядом. — Предал нашу любовь. Ты почему-то решил, что я помогу тебе захватить Замок быстрой реки, пойду против родных.

Семур хмуро молчал, исподлобья ввинчиваясь в меня взглядом. Хотел что-то сказать в ответ, но почему-то не стал.

— Ройдан, я хочу уйти. Давай позже договорим?

— Ты вспомнила Элфора? — медленно проговорил он. — Поэтому? Ты не только считаешь меня предателем, но и винишь в его смерти?

Как тонко он почувствовал меня. Как же стало больно. Когда я вспоминала Гевина, больно становилось всегда...

— И тебя. И себя тоже. Если бы не я, Гевин не ушел бы из Замка быстрой реки и не погиб бы. После его гибели я хотела уйти в Свободные Земли, но не успела, а сейчас…  я нахожусь рядом с князем, который отдал приказ о казни Гевина Элфора. Поверь, сложно удержаться от определенных действий, — последние слова процедила сквозь зубы. — От мести.

— Что тебя сдерживает?

Мелькнула мысль, а не слишком ли я откровенна с оборотнем? Все-таки князь Дэв Суровый его приемный отец.

— Мысль о том, что если покушение не удастся, меня... казнят.

— Боишься смерти?

— Темные не боятся смерти. Боюсь другого — того, что не исполню предназначение Зеленого луча. Тогда черная смерть останется в Берингии навсегда.

Ройдан вздрогнул, спросил с недоверием:

— Ты помнишь предсказание видящей из Марилии?

— Смутно. Тогда ты сказал, что записал его.

— Где-то… да. Но думал, что уже все… Не помню, где записка.

— Без него будет сложно. Потому что я не понимаю, что делать. У меня опускаются руки.

— Я помню только одно. Очень четко и так, будто вчера услышал: «Береги Сердце Севера. Без него Черная Гостья не уйдет, навсегда останется. Когда Сердце перестанет биться, не верь, что это правда. Темная сила остановит его, чтобы спасти многих и тебя тоже, светлая — даст новую жизнь, чтобы спасти ещё больше и тебя разбудить».

— Это не предсказание.

— Не предсказание. Но теперь ясно, что речь о тебе. Юна, ты — Сердце Севера. А я просто идиот, раз ничего не понял.

Ройдан все ещё не давал мне подойти к двери, я же не хотела прорываться силой. В итоге, мы замерли напротив друг друга.

— Юна, в день поимки Элфора и его казни меня не было в замке, — через бесконечно долгое время прошептал мужчина. — Но я мог оказаться среди тех, кто причастен к его казни. Просто так получилось.

Стало ли мне легче, когда я услышала эти слова? Лишь отчасти.

Ройдан протянул руку к моему лицу. Длинные сильные пальцы замерли рядом с моей щекой. Я растерялась, сжалась, отступила на шаг, встречаясь с напряженным взглядом оборотня. Ощутила исходящее от мощной мужской фигуры желание ко мне прикоснуться, поражаясь самообладанию Ройдана, ведь его лицо по-прежнему ничего не выражало, а глаза он щурил, видимо, догадываясь, что они его предавали.

Ройдан все же коснулся моего лица: сначала осторожно пробежался кончиками пальцев по виску, щеке, костяшками нежно огладил шею, а затем вдруг обеими ладонями обнял мое лицо, погладил большими шершавыми пальцами губы. На последней ласке я вздрогнула и отмерла.

— Это, действительно, ты. Почему ты плачешь?

Неожиданно с ужасом осознала, что слезинки оставляют на щеках мокрые дорожки, а губы предательски дрожат.

— В глаз что-то попало, — буркнула, пытаясь освободиться.

— В оба?

Ройдан покачал головой, его лицо скривилось в болезненной гримасе, мужские ладони вдруг оказались на моей спине, уверенно привлекая меня к мужскому телу.

— Что же нам теперь делать? — задумчиво пробормотал Семур, а я тихо всхлипнула. — С твоими глазами.

Мне стало очень больно. И чудовищно тоскливо. А ещё… невероятно одиноко. И все, что сейчас происходило между нами… одновременно казалось неправильным и, в то же время, правильным.

«Я все ещё люблю его», — подумала в отчаянии. И, похоже, неожиданно из меня вынули тот стержень, который не давал ломаться все это время, и, не отдавая себе полного отчета в том, что делаю, я обмякла в объятиях Ройдана Семура, пряча лицо на его груди.

«Что со мной? Нужно взять себя в руки!»

— С тех пор, как ты появилась в Северном замке, я места себе не нахожу. Не понимал, с чем связано мое беспокойство. Когда видел тебя, мой волк бесновался, только я не понимал его, сдерживал, старался не думать о тебе. Если бы не дочь, так и не узнал бы, что темная целительница, которая всех спасает от черной заразы, это ты.

— Узнал бы.

— Разве ты открылась бы?

— Собиралась.

— Почему?

Моя щека лежала на мужской груди, я слышала сильные рваные удары сердца оборотня, понимая, что он сейчас совсем не спокоен, хотя хочет казаться таковым. И это его волнение, напряжение доставляло мне болезненное удовольствие.

— Из-за предсказания видящей, — слабо пожала плечами. — И