Прочнее цепей - Лена Хейди

автопилоте. И только в фойе до меня дошло, что я не знаю, куда идти дальше. Где тут эти подвальные казематы?

— Направо по коридору, до самого конца. Дверь, ведущая в подвал, сделана из металла, — подсказал мне Даниэль, увидев моё замешательство. Всё это время он держался незаметной тенью за моей спиной.

— Спасибо, — обернувшись, с благодарностью кивнула я ему. Не эльф, а ангел-хранитель.

— Ничего не бойся. Я рядом, — лаконично заверили меня.

Даниэль оказался прав: в подвале было на удивление тепло и сухо. Каменные стены и вмурованные в них толстые стальные решётки равномерно освещались висевшими под потолком матовыми жёлтыми шариками. Пахло не плесенью или сыростью, а свежим сеном.

Тэй лежал на топчане в одной из камер, уставившись в одну точку на потолке. Неподвижный, бледный, безучастный ко всему, он напоминал безжизненный манекен. На рынке я мысленно осуждала садисток, которые ломали волю мужчин. А теперь вот, получается, сама сломала мужика. И даже не просто мужика, а целого вампира.

Даниэль неодобрительно покачал головой, но я всё равно открыла дверь и вошла в камеру к своему пленнику. Присесть было некуда, стоять столбиком не хотелось, поэтому аккуратно присела на край его лежанки. Постель узника была заправлена чистым постельным бельём, а в меру жёсткий матрас источал приятный запах сухих ароматных трав. В углу на деревянной полке стоял поднос с нетронутой едой. От глубокой миски с супом ещё шёл пар.

— Пришла рассказать мне, какая я неблагодарная скотина, нарушающая свои клятвы? — тихо и отрешённо спросил Тэй, продолжая буравить одну точку на

потолке. — Не стоило напрягаться: твой гаремник — Энди — мне уже всё объяснил. Когда я просил тебя купить на рынке моих людей, то обещал, что буду самым идеальным и преданным рабом во вселенной. Но нарушил своё слово. Чуть не убил твою живую собственность. Хочешь услышать, что я сожалею об этом? Да, мне очень жаль... что я их не прикончил.

— За что? — сдержанно уточнила я. Кажется, я успешно учусь у Даниэля лаконичности.

— Сэмуэль Вега. Главнокомандующий анхарским звездным флотом. Один из претендентов на престол королевства Анхария. Капитан звёздного крейсера «Пламя». Оборотень, барс, альфа. Тимей Вега — его правая рука, заместитель главнокомандующего. Именно они подбили мой корабль, уничтожили половину моей команды. Из-за них я потерял всё, стал презренным рабом, как и мои люди, — те, что выжили, — бесцветным голосом произнёс Тэй.

Да вашу ж галактику! Я и раньше замечала то, как Сэм привычно командует всеми вокруг, как быстро он придумал стратегию по защите Риверсайда и его укреплению. А брат всегда был у него на подхвате, поддерживая во всём. А эти их возгласы «космос!» и слова о том, что идея направить на Центры перевоспитания ракеты кажется им заманчивой... Значит, до попадания на Тимеран они были военными, аристократами. А Сэм — так и вовсе претендент на престол. Он мог бы стать королём, а оказался моим рабом. Как и Тэй...

И как мне теперь их примирить-то?

— Сэмуэль и Тимей были виноваты в войне между вашими королевствами? — стараясь отсечь эмоции, спокойно спросила я.

— Нет, — безжизненно ответил вампир.

— Из-за чего ваши государства ввязались в войну? — спросила я.

Тэй впервые за всё время оторвал взгляд от потолка и пристально посмотрел на меня:

— Представь, что ты идёшь по чистому пляжу. Кругом песок, но иногда под ногами попадаются камни. Ты поднимаешь один из них, отряхиваешь от грязи и видишь, что он, оказывается, драгоценный. И тут же подбегает едва знакомый тебе бойкий тип, который заявляет, что это его камень. Мол, он его потерял давным-давно, а ты теперь должна ему его отдать. А он, так и быть, поблагодарит тебя за это одной маленькой монеткой. Скажи, как бы ты поступила?

— Вы не поделили драгоценные камни? — ответила я вопросом на вопрос, пытаясь постичь вампирскую аллегорию.

— Ты бы отдала свою находку? — настойчиво переспросил Тэй.

— Не знаю, — честно сказала я. — Прислушалась бы к своей интуиции. Но скорее всего нет. Всё зависит от того, поверила ли бы я тому парню — на самом ли деле эта вещь принадлежала ему по праву и была им утеряна.

Глава 59. Судьба

— Вот и мы тоже не хотели отдавать найденное. Наши учёные открыли новую планету в соседней галактике. На первый взгляд ничего интересного — примитивные формы жизни, редкая растительность. Но в недрах обнаружились богатые залежи необычных минералов. Мы внесли эту планету в наш реестр, дали имя Туриния, включили в состав королевства в качестве одной из колоний, направили исследователей на её изучение и освоение. И тут во дворец явилась делегация анхарцев, которая объявила, что планета принадлежит им, они благодарны нам за её находку и выплатят за это два миллиона золотых монет. Столько же стоит, к примеру, одно ожерелье из ониликса. Мы лишь недавно установили с Анхарией дипломатические отношения, и их заявление поразило нас своей наглостью, — скривился Тэй.

— Какие у них были доказательства? — уточнила я.

— Якобы наша Туриния является их давно утерянной планетой Лирой. Мол, одна из их экспедиций высадилась там сто лет назад, отправила сообщение о находке и бесследно исчезла, а координаты были искажены из-за серьёзного сбоя в системе. Только сейчас, спустя целый век, им удалось их расшифровать. Да, мы и правда нашли их корабль, он был сильно повреждён при посадке. Экипаж — пятеро учёных — погиб из-за полученных травм. Мой отец, Рейджин Великий, выслушал доводы делегации и пошёл им навстречу. Мы решили поделить планету с анхарцами пополам. Одно полушарие — им, второе — то, где мы уже начали освоение недр, — нам. Всё по справедливости, — сверкнул глазами Тэй.

— Но что-то пошло не так? — догадалась я.

— Эти наглые коты заявили, что мы специально выделили им то полушарие, где мало полезных ископаемых. Потребовали поменяться. Им — северное, нам — южное. Тут уже мой отец не выдержал и поставил их на место. В итоге анхарцы отправили к Туринии космические войска, чтобы силой взять то, что им захотелось. А мы, разумеется, выставили военный заслон, защищая нашу колонию. И вот я здесь — раб, под одной крышей с Сэмуэлем Вегой — анхарским командиром, взорвавшим мою «Молнию». Лица погибших друзей стоят у меня перед глазами. А он на пару с братом обнимает и