Страсть огня - Карина Демина

По Дороге Сна — пришпорь коня,

Здесь трава сверкнула сталью,

Кровью — алый цвет на конце клинка.

Это для тебя и для меня

— Два клинка для тех, что стали

Призраками ветра на века.

"Дорога сна" Мельница

Летний вечер, тихий и тёплый спустился на Трофаст. Огненное светило бросало последние лучи на горы-великаны, которые с трёх сторон, словно стражи, окружали большой город стоящий на широкой плоской равнине. С севера и запада подставлял свои могучие зелёные плечи древний лес, подпирая собой людские селения. Широкая река несла свои прозрачные воды западней Трофаста обособившись от людей на пару вёрст. Кое-где вздымалась пыльная дымка: это кто-то из воинов нёсся на лошади к внешнему городу, где находились военное селение Инных. А Хаук, попрощавшись с Лейром, шёл пешком в противоположную сторону — к замку, который стоял в центре Трофаста. Ему надо было собраться с мыслями и пройтись в одиночестве, хотя сделать это было непросто. Его окликали и приветствовали, Хаук кивал, кратко отвечал и двигался дальше. Он должен поговорить с Каей. Мужчина вошёл на подворье только когда стемнело. Горящие факелы играли тенями на каменных стенах, гулким эхом отбивались одинокие шаги молодого советника в непривычно пустынных коридорах замка. Все притихли перед завтрашним страшным событием, казнь Инного была делом необыкновенной редкости — на сто временных кругов может раз и случалось такое. Кая расположилась теперь в комнатах южной части замка, так как в её бывших покоях жить пока не представлялось возможным: Визфолл оставил там только стены и двери — всё остальное было стёрто в пыль. Хаук постучал. Дверь открыла пухленькая, миловидная служанка. Увидев советника, она почтительно поклонилась и пропустила его внутрь.

— Где твоя госпожа, она уже спит? — спросил Хаук.

— Нет, господин, — неуклюже присела девушка.

— Тогда сообщи ей, что мне крайне важно поговорить с ней прямо сейчас.

Служанка кивнула, направилась было в комнаты, но сразу остановилась и обернулась к мужчине.

— Господин, она ничего не ела со вчерашнего дня, — робко сказала девушка, теребя платье на полных бёдрах. — Ступай, принеси поесть и выпить на двоих, я сам о себе доложу.

Хаук твёрдой походкой направился во внутренние покои. Он замер на секунду у двери прислушиваясь: Кая мерила комнату, рваные неровные шаги подсказали Инному, что она нервничает и в смятении. Хаук постучал. Шаги на миг прекратились, но тут же снова возобновились и дверь стремительно открылась. Бледное лицо принцессы показалось в проёме, лёгкое удивление, а затем облегчение и радость мелькнули в её глазах.

— Хаук, как хорошо, что ты пришёл, — воскликнула она. — Мне так тяжко и одиноко.

— Не тебе одной, — бросил Инной и девушка от досады поджала нижнюю губу.

— Ты решила заморить себя голодом?

— Дринфельда слишком болтлива, — Кая сердито нахмурила брови.

— Я велел принести нам поесть, — сообщил Хаук усаживаясь на стул и устало потирая глаза.

— Мы будем ужинать вместе? — обрадованно улыбнулась она.

— Да, надеюсь ты не против, я голоден как волк.

— Конечно нет. Наоборот, мне будет с тобой спокойнее.

— Сомневаюсь, — хмыкнул Хаук, — хотя… кто знает. У меня есть короткий, но важный разговор.

— Я слушаю тебя, — Кая подошла к изящному столику, села на тонконогий стул и заглянула в зеркало, поправив волосы.

— Ты завтра должна быть на казни, — сказал Хаук.

— Что? — воскликнула принцесса, резко развернувшись к Инному и улыбка исчезла с её лица.

— Это последняя просьба Вальда, — тихо сказал Хаук.

— Нет, я не смогу, не проси меня, — замотала головой девушка.

— Будешь и сможешь — это не просьба, я настаиваю и требую, — Инной прожигал её холодом голубых глаз.

— На каком основании ты смеешь требовать у меня? — мигом вскипела Кая.

— Это самое малое, что ты сделаешь для него. Твоими играми в любовь ты невольно стала причиной гибели парня. Вот основание моих требований. Вальд завтра умрёт и не хочет уходить к Великому не попрощавшись с тобой. Откажешь идущему на смерть в последнем желании?

— Я не смогу… — запнулась Кая. — Я не смогу смотреть ему в глаза, — глухое рыдание вырвалось из её груди. — Это невыносимо тяжко.

— А ему легко? М? — мужчина подошёл к девушке и навис над ней. — У тебя нет выбора, не можешь отказаться, иначе лишишься моего уважения. Я никогда не смогу почитать женщину, которая легко предаёт и будущую королеву, у которой напрочь отсутствует мужество. Ты пойдёшь и будешь смотреть на Вальда с любовью до последнего мгновения, — твёрдо сказал мужчина.

— Ты жесток, Хаук, — прошептала девушка. — Нет, всего лишь справедлив, Ваше высочество, — Хаук намеренно выделил последние слова, напомнив девушке, кто она в первую очередь для своего народа, — Тебе, как будущей королеве нужно было знать, что каждое действие имеет свои последствия. Помни об этом.

Кая сидела, закрыв бледное лицо руками. Хаук же терпеливо ждал, глядя в окно на то, как восходит на тёмный небосвод полная луна. Тишина прерывалась только пением сверчков да лёгким потрескиванием свечей, освещавших комнату. Инному отчётливо было слышно, как часто и сильно билось сердце принцессы, как тяжело она дышала, но жалости в нём к ней не было.

— Хорошо, — отрешённым голосом сказала наконец Кая и гордо выпрямила плечи. — Я сделаю, то что ты хочешь.

— Я не сомневался, — ответил Хаук, — ты никогда не была робкой.

— Если это всё, то я бы хотела остаться одна, — принцесса резко встала и Хаук сразу поднялся тоже.

— Это всё, — сказал он и, коротко поклонившись, вышел вон.

Хаук заснул совсем не надолго, а когда открыл глаза первые лучи восходящего солнца уже окрасили небо в нежно золотой цвет. Совсем близко слышался стук топора — это сооружали помост на площади. "Пора" подумал он. Мужчина облачился в боевой наряд и выбрал лучший меч, лёгкий и острый. Вытянув его из ножен, он ещё раз осмотрел лезвие, серебром сверкнувшее в свете утра и, тяжело вздохнув, повесил оружие себе на пояс. Выйдя во двор замка, он освежив лицо холодной водой прямо из бочки и пошёл к темнице. Вальд уже не спал и, похоже, давно. Хаук оглядел парня: тот ещё был слаб, но тело регенерировало за ночь настолько, что Инной уже мог самостоятельно передвигаться, опухлость с глаз и лица сошла. Советник бросил взгляд на стол: воду парень выпил, а еда осталась нетронутой.

— Я велю принести из кухни свежий завтрак для тебя, — сказал Хаук.

— Не стоит, — отрицательно покачал головой Вальд. — Она придёт?

— Придёт конечно, — ответил Хаук и сглотнул горький ком застрявший в горле. — Я принёс тебе воинское одеяние и меч. Глаза Вальда горячо вспыхнули.