Искра судьбы - Тесса Хейл

а кости хрустнули. Потом я снова встала на две ноги. Они задрожали, когда я упала на колени, нисколько не заботясь о том, что я была такой же голой, как в день своего рождения, одежда затерялась где-то там.

— Вон. — Его имя сорвалось с моих губ хриплым шепотом.

— Роуэн! У тебя идет кровь. — Лукас в мгновение ока оказался рядом со мной, рукой потянувшись к моему животу.

Теперь я могла мысленно слышать Энсона и Холдена. Они бежали за бурым волком. Я также слышала, как Мейсон говорил им, что идет следом. Другие волки заполнили поляну, те, которых я не знала.

Кин бросился к нам. На груди его серебристо-серой шерсти было черное пятно. Это была та же почти сердцевидная форма, что и у Вона, но наоборот. Его очертания расплылись, а затем он снова стал человеком.

— Вон. — Он уткнулся лицом в шею своего брата, и что-то во мне сломалось.

Слезы хлынули из глаз, и я стряхнула с себя Лукаса.

— Дай мне пространство.

— Ро, ты не можешь его вылечить. Он ушел слишком далеко, — тихо сказал Лукас.

— Я должна попытаться. — Голос сорвался на этих словах, но руки потянулись вперед, зарываясь в мех Вона. Там что-то было. Своего рода жизненная сила. И я знала, что Вон не ушел. Еще нет.

— Он все еще жив. — Я сосредоточилась на руках, испытывая то же самое чувство, что и тогда, когда я залечивала порез Энсона. Я попыталась ухватиться за тот гул энергии внутри меня, за ту искру, которую почувствовала, когда впервые прикоснулась к Вону. Тогда я вложила в него все, что у меня было.

Сердце заколотилось, пропустив несколько ударов, и Лукас поддержал меня.

Он пальцами крепче сжал мои плечи.

— Ты не можешь этого сделать. Это отнимает слишком много сил. Я чувствую.

Взгляд Кина метнулся от брата ко мне. На его лице было написано такое отчаяние. Он не знал, о чем меня просить. Сдаться? Продолжать настаивать?

— Кин, скажи что-нибудь, — приказал Лукас.

— Я… я не могу. Я… — Слова оборвались, он не смог закончить предложение.

Лара бросилась к нам.

— Ты нужен ей. Все вы.

Должно быть, она сказала Энсону и Холдену то же самое по связи стаи, потому что я услышала шепот в голове, что они приближаются.

Я вложила в Вона больше энергии, пошатываясь. Кин поспешил ко мне, положив руки мне на талию, помогая удержаться на ногах. Я почувствовал, как через меня прошел небольшой поток чего-то, и я втолкнула все это в Вона.

Медленный ритмичный стук становилась все громче. Я знала, что это был Вон. Его сердце возвращалось к жизни. Работало. Но когда я посмотрела на кровь, сочащуюся из его раны в животе, я поняла, что этого недостаточно.

Я надавила сильнее, зрение затуманилось.

«Быстрее!» — позвала Лара по мысленной связи.

Холден и Энсон выскочили на поляну, обратились на ходу, подбежали ко мне, опустились на колени и немедленно возложили на меня руки. Энсон схватил меня за бедро, в то время как руки Холдена легли мне на спину.

Раздался еще один всплеск. Свет вспыхнул у меня перед глазами, и я сосредоточила все внимание на Воне.

— Не оставляй нас, — прошептала я наполовину в мольбе, наполовину в молитве.

Жгучая боль обожгла переднюю часть моего бедра, будто кто-то вдавил в меня раскаленное железо.

— Связь, — процедил Холден сквозь стиснутые зубы. — Начинается.

Я дышала, превозмогая боль, держа глаза закрытыми и направляя весь этот свет в Вона. Я позволила своей голове упасть на его бок, не в силах больше держаться прямо.

— Это уже слишком, — сказал Лукас. — Я чувствую, как она угасает.

— Тогда нам нужно дать ей больше энергии, — проворчал Энсон.

— Срань господня, — произнес голос, который я не узнала. — Его плоть снова срастается.

Я распахнула глаза, голова все еще покоилась на шерсти Вона. Его шкура сходилась сама собой, словно по мановению волшебной палочки. Это зрелище дало мне все, что было нужно для последнего рывка. Я потянулась так глубоко, как только могла, представляя себе резервуар золотого света, доходящий мне до кончиков пальцев ног. Я потянула так сильно, как только могла, а затем ткнул этим факелом в Вона.

Над головой раздалась взрыв. Искры заплясали у меня перед глазами. Сердце сжалось в груди. Потом не было ничего, кроме черноты.

КОНЕЦ… НА ДАННЫЙ МОМЕНТ…