Отдел непримиримых врагов - Эвелина Шегай

Едва не поскользнувшись на разбросанных газетах, Белладонна вынужденно вцепилась в грязные перила и желчно прошипела:

— Удивительные люди — волонтеры. Вместо того чтобы себе помочь, предпочитают тратить время и ресурсы на случайных незнакомцев.

— У всех разные приоритеты в жизни, — Рикард протянул ей раскрытую ладонь. — Я знаю много оборотней, которым до роскоши нет дела. Они так погружены в работу, что даже поесть временами забывают.

— Нет, в этом случае речь идёт не о роскоши, — она вложила свою руку в его большую и теплую ладонь, — а о банальном самоуважении. Состояние души и тела напрямую зависят от состояния жилища. Тут не лёгкий беспорядок, который при желании можно за полчаса убрать. А настоящая разруха, нуждающаяся в капитальном ремонте.

Он ей ничего не ответил. Лишь глянул задумчиво и одарил безобидной улыбкой.

На шестом этаже всего у одной двери висел номер. Притом нужный им номер. Звонок работал — они с минуту наслаждались старой полифонической мелодией, прежде чем щёлкнул замок и приоткрылась дверь. Через небольшую щель в длину цепочки на них посмотрел круглолицый мужчина в огромных очках с толстой оправой. Нелепые усики под тонким маленьким носом и аккуратная стрижка, с тщательно расчёсанными волосами указывали на то, что он предпринимал попытки следить за внешностью. Но при этом обрюзгшая полнота и безвкусная одежда вносили ясность об образе жизни, что он вёл.

— Здравствуйте. Кевин Уилсон? — первый заговорил Рикард.

— Да, всё верно.

— Мы из особого отдела главного подразделения внутренних дел, — скороговоркой проговорил он и показал удостоверение. — Вы можете уделить нам время?

— Да… Да, конечно, заходите, — растерянно отозвался Кевин Уилсон, и захлопнул у них перед носом дверь. Послышалось шуршание отодвигаемых цепочек и, наконец, их запустили в тесную прихожую. — По какому вы вопросу?

— Мы расследуем убийство Айра Хоски. Вы были с ним знакомы?

— Да, я был знаком с Айрой! И очень даже близко, — он развернулся и двинулся вглубь квартиры. Им же пришлось последовать за ним, слушая путанный и крайне эмоциональный рассказ. — Айра был хорошим парнем. Его смерть — огромная трагедия! По настоящему грустная судьба… Ему пришлось столкнуться с множеством проблем в очень юном возрасте. Вы же знаете, что его родители развелись пять лет назад? Хотя это, наверное, даже к лучшему. В семье у него всегда был бардак. Ужасный бардак! Говоря откровенно, его с детства использовали, как канат, который перетягивали между собой два взрослых эгоистичных человека. А когда у Айры начались проблемы с поведением. Ещё бы им не начаться! То его скинули на престарелую бабушку. Время от времени забрасывали дорогими игрушками, будто пытались откупиться. И оставили вариться в собственном соку!.. Такой ужасный финал… просто в голове не укладывается.

— Вы очень близко к сердцу приняли его историю, — участливо отметил Рикард, присаживаясь за крошечный обеденный стол, заваленный небрежно связанными пакетами со снеками, грязными чашками и брошенными на блюдцах недоеденными сладостями. Со стороны стены его подпирал угловой диван, давно нуждающейся в замене засаленной и протёртой обивки.

Всё вокруг выглядело настолько грязным и неприятным, что у неё и мысли не возникло добровольно чего-либо коснуться в этом холостяцком жилище.

— Я не всегда так глубоко погружаюсь в проблемы ребят, которым помогаю. Но с Айрой мы установили близкий контакт, он для меня стал чем-то вроде потерянного младшего брата, — смущённо объяснил Уилсон, дёргая за кончик жиденьких усов. И, вскинув взгляд на Белладонну, указал рукой на мерзкий диванчик. — Что же вы стоите? Тоже присаживайтесь. Вы будете кофе или чай?

— Нет-нет, спасибо за предложение, — отказался Рикард сразу за них двоих и похлопал ладонью по сиденью рядом с собой. — Донна садись.

Она каким-то чудом сумела удержаться, чтобы не закатить глаза, и даже сохранила на губах вежливую улыбку. Пристали со своей ненужной заботой. Ей вполне комфортно стоялось в стороне. Но нет, им обязательно было необходимо поставить её в неловкую ситуацию.

Впрочем, неловкость — чувство заразное.

Наклонившись, она положила ладонь на колено напарника и шире раздвинула ему ноги. После чего спокойно присела на выглядывающее из-за стола бедро. Подняла ближе к лицу планшет со стилусом и по-светски любезно обратилась к оторопевшему Уилсону:

— Пожалуйста, продолжайте. Вы остановились на том, что все заботы о сложном подростке скинули на престарелую бабушку.

— Да… Да. Всё верно, на госпожу Малрой. Я её пару раз навещал после смерти Айры. Очень приятная женщина, тоже с непростой судьбой! Она потеряла мужа, будучи совсем молодой женщиной. Осталась с тремя детьми на руках, но не сломалась, а вырастила их. И что же вы думаете, хоть один из них ответил ей через годы чем-то, кроме чёрной неблагодарности? Ужасное время, люди и нравы…

— И как же складывались отношения у Айры с госпожой Малрой?

— Да по-обычному складывались их отношения. Как у любых других бабушки и внука. Она старалась в меру своих возможностей заменить ему родительскую любовь. Но понимаете… эта такая дыра в груди, которую так легко не зашьёшь. Хотя Айра неплохо справлялся, но иногда его беспокоили мысли… ну, как бы выразиться… нехорошего толка. Понимаете меня?.. Мы с большей частью общими усилиями справились. Безусловно, такую боль одними беседами невозможно в одночасье перечеркнуть — это годы усердной работы над собой! Очень жаль, что так сложилась его судьба… И всё из-за одного проклятого оборотня! Вы же его сейчас ищете?

— Оборотня? — настороженно переспросил Рикард. — Почему вы думаете, что его убил именно оборотень?

— Ну, я слышал, что у него было… — Уилсон замялся, обхватив пухлыми пальцами пузатую кружку. Слишком заметно, как показалось Белладонне, сглотнул, после чего робко прошептал: — разорвано горло.

— Всё верно, — вмешалась она, опережая ответ напарника. — Извините, но мы не можем освещать детали все ещё расследуемого дела.

— Да… Да, я понимаю.

Рикард вопросительно глянул на неё, но ничего спрашивать вслух не стал, а понятливо сменил вектор допроса:

— Вы давно занимаетесь волонтёрством?

— Ну, как посмотреть… В районе шести лет. Конкретно на портале «Фабос» чуть больше года.

— Но при этом вы не можете достаточно много уделять времени этому занятию?

— Да, всё верно.

— Кем вы работаете?

— Я фрилансер — веб-программист.

— О, так значит вы пишите сайты, вроде «кометы» или «насвязи»? — уточнил Рикард на примере популярных социальных сетей. Выразительно хохотнул с очевидным для неё намерением разрядить обстановку, чтобы свидетель расслабился. И, возможно, сказал лишнего. — Я не очень разбираюсь в этой сфере. Но, думаю, у вас большая загруженность на основной работе. Не расскажите, как вам удаётся совмещать её с еженедельным волонтёрством? И что именно входит в ваши