Его голод. Я тебя найду - Наталия Ладыгина

Рывком вынимаю из нее ножку стула, после чего Адамина падает на колени у моих ног. Начинает своими тонкими пальцами выцарапывать щепки стула у себя из живота.

— Аа! — с криком выдернула последнюю щепку и стала подниматься.

Вампирша тут же попыталась сбежать. Она… быстрая. И заживает быстро. Думаю, все дело в том, что Аррон обратил ее.

— Не выйдет, — первым настиг дверной проем, встав к нему спиной. — Лучше пошевели мозгами. Помоги мне найти девчонку, а я… отпущу тебя.

— Пошел ты!

— Я выполню свое обещание. Всегда выполнял и буду. Это дело… чести.

Это было правдой. Мне от нее угрозы никакой, и если она мне поможет, то сможет стать свободной.

Она будет полной дурой, если сейчас не примет мое предложение.

— Я же сказала! — прорычала вампирша, глаза которые засветились фиолетовым светом. — Убей уже меня! И покончим с этим!

Адамина

Если он так говорит, и готов тянуть с моим убийством, то значит он в отчаянии. Ему действительно зачем-то нужна Эрика. Настолько сильно, что об этом говорит его взгляд.

Он не торопится меня убивать только по этой причине.

— Не станешь мне помогать? — чеканит Грэтрэн вопрос, искажаясь в лице и теряя терпение.

— Не стану! Я же уже сказала! — притопнула ногой.

— Хорошо, как скажешь, — вампир разворачивается на сто восемьдесят градусов и выходит из дома.

Куда-то направляется из двора, а я иду следом за ним по мокрому снегу. Хочу понять, что он собирается делать.

— Ты знала, что у твоего брата постоянная жажда, которую он сдерживал все эти годы? — спрашивал меня Грэтрэн, направляясь по тропинке.

Знала. Всегда. Но у него была отличная выдержка. Никаких срывов. Разве что в самом начале его пути вампира.

— К чему это ты?.. И куда ты идешь?!

— Я всегда чувствовал то, что испытывал твой брат, пока был внутри него на втором плане. Не так ярко, но чувствовал. Даже когда он трахал ту девицу. Сейчас… я тоже дам ему кое-что ощутить. То, от чего он будет страдать, неспособный что-то сделать или помешать этому.

Что?.. Это получается, что мой брат теперь на его месте. Он все еще существует?!

— Мой брат внутри тебя? Он жив?!

— В какой-то степени и правда жив. И пока он жив, я дам ему «насладиться» тем, что я делаю.

Грэтрэн вышел к дороге из двора и стал осматриваться по сторонам. На темной улице не было ни одной живой души и, когда мимо нас стала проезжать машина — вампир поспешил встать посреди дороги.

Нет, только не это…

— Эй, идиот! Уйди с дороги! — выкрикнул молодой парень из машины, опустив свое стекло и выглянув. — Ты оглох? — сигналит, ослепляя вампира фарами.

— Не делай этого! — выкрикнула я, стоя на обочине. Я догадывалась о представлении, что он собирается устроить. — Уезжай! Сдавай назад! Сейчас же! — громко обращалась к парню, который еще и не один был в машине. С ним была девушка.

Но парень оказался не из пугливых. Он вышел из машины, громко хлопнув дверь и пошел на Грэтрэна.

— Это что, бл*дь, смешно по-твоему?! — рычал он. — Свали с дороги!

— Свалить с дороги? — насмешливо спрашивал Грэтрэн, осматривая парня с чуть склоненной головой в бок.

— Да, бл*дь! Сваливай!

— Грэтрэн, не надо! — вскрикнула я. — Оставь его в покое!

Грэтрэн не успевает ничего мне отвечать, ведь парень не выдержал непонимания того, что происходит, и ударил вампира по лицу.

— Что за на х*р?… Черт… — прорычал парень и стал потирать свой кулак ладонью. Да, это все равно что попытаться раздробить камень.

— Хороший удар, — оценил Грэтрэн, оскалившись, после чего за секунду оказался у машины и, открыв дверь, вытащил девушку из нее.

Она стала кричать, а парень словно боялся пошевелиться. Был шокирован. Оцепенел на месте.

— Кто ты такой? О… отпусти ее…

— Конечно отпущу. Но сначала… — сию секунду Грэтрэн впился в шею девушку, отчего ее крик разнесся на весь район. Напился он всего за несколько секунд, после чего отшвырнул девушку в сторону.

— Хватит! — кричу я. — Прекрати!

Но он не слушал меня. Решил заговорить со мной только тогда, когда закончил с парнем, которому по окончанию свернул и шею.

— Теперь я чувствую себя лучше, — Грэтрэн достал платок из кармана пальто и вытер им свои окровавленные губы. — Хм, интересно… как себя сейчас чувствует твой братец?

— Ты ублюдок! Что тебе дала их смерть?! Что?! — размахивала руками.

— Во-первых, я был голоден, — засунул платок обратно в карман. — А во-вторых, я хочу заставить тебя помогать мне. Надеюсь, мой посыл ясен. Знай, что я не остановлюсь. Я буду убивать, убивать и убивать. Если у тебя снова нет идей, как мне найти Эрику, то я пойду дальше по этому замечательному району, — довольно оглянулся по сторонам. — Сейчас как раз все по домам. Дети, а также их родители.

— Ты будешь убивать детей?!

— Если ты не скажешь мне то, что меня заинтересует. Эти жизни будут на твоей совести, и твоего брата.

— З… зачем тебе Эрика? Ты хочешь убить ее?

— Она поможет мне кое с чем, а потом она будет свободна. Как и ты, — до предела сокращает расстояние между нами. — Я всегда освобождаю.

Я не совсем спятила, чтобы верить в это.

— Тогда почему ты не освободил Амелию от себя? — вырвалось у меня.

Лицо Грэтрэна вдруг не стало таким наглым. Стало мрачным, наполненным чем-то таким… но болью это не назвать. Скажем так, ему было неприятно.

— Ни слова про нее, — предупреждающе процедил Грэтрэн. — С чувствами я давно завязал. А Амелия получила то, что заслужила.

— Она была твоей избранницей.

— Предательницей. Не морочь мне голову, Адамина. Что ты знаешь об этом волке? Отвечай!

— Почему ты не спросил о нем у онейромантки?

— Понимаешь, тут такое дело… Я немного разозлился,