Айвири. Дилогия (СИ) - Серганова Татьяна

— Да… твоя предшественница. Её со связкой убили в первой же вылазке.

Лаари…

Да что же это такое. Меня замутило со страшной силой и в ушах загудело так, что слов разобрать сложно.

— Айвири? Тебе плохо?

Я отмахнулась, беря в руки стакан с водой и делая глоток, стараясь при этом, чтобы зубы не стучали о стекло. Но страшно было не только за себя. Пытаясь добраться до меня, демоны уничтожат ликанов.

— Мне надо их предупредить, — поставив стакан на место, тихо произнесла я. — Надо предупредить связку о том, какому риску они подвергнутся, если останутся со мной.

— Ты имеешь на это полное право.

— Когда мне позволят их увидеть?

— Скорее всего завтра после обеда.

Я кивнула, теребя краешек покрывала.

— Мне надо еще что-то знать? — спросила у неё. — Что-то, что вы скрывали от меня и от всех?

— Больше ничего, — отозвалась женщина, глядя мне прямо в глаза.

Совсем как в прошлый раз, только я в это больше не верила. Настоятельница отлично умела врать и притворяться. И произошедшее отлично это показывало.

— Кого еще выбрали в Ардан? — спросила я, переводя тему.

— Твоих соседок Хани и Ветру.

— Обоих? — недоверчиво переспросила я.

— Да. Еще Квиту, Игну, Уинни и… — принялась перечислять женщина еще одиннадцать женских имен.

Больше половины нашего года выпуска. Опять.

Она произносила имена, а я видела перед собой лица девушек, с которыми жила, училась и работала все это время. Как они восприняли этот выбор, как приняли свою судьбу?

— Ты всегда следовала своему сердцу, Айвири, — вдруг произнесла женщина, выведя меня из задумчивости.

— Что? — недоумённо спросила я.

— Каждый твой выбор был продиктован сердцем. Именно оно выбирало путь и отношение к жизни.

Ответ нисколько не помог.

— О чём вы?

— Отношения с отцом, мачехой, девушками, преподавателями, даже больными. Твоё сердце всегда определяло характер и будущее.

— И причем здесь это? Даже если это и так, то какой тогда выбор предстоит сделать мне? Отказаться от поездки в Ардан? — я хмыкнула и недоверчиво покачала головой.

— Нет, я не об этом. Ты сама поймешь в своё время, Айвири. Поймешь и сделаешь верный выбор.

— Опять загадки, — отозвалась я не слишком удивленно.

Честно говоря, именно такого подвоха я и ожидала. Налёта таинственности и многозначительных фраз.

— А как же иначе. А теперь, — произнесла она, поднимаясь и похлопав меня по коленке. — Я пойду, а ты отдыхай, набирайся сил. Я сообщу ликанам, что ты желаешь с ними встретиться.

— Спасибо.

Следующая ночь прошла без тревожных сновидений. Проснувшись, я ощутила, что вся тяжесть и тревога отступили, эмоции снова вернулись ко мне и апатия прошла. Это тоже неимоверно радовало.

— Ты выглядишь отдохнувшей, — с улыбкой заметила Галия, входя в комнату.

— Спасибо, — отозвалась я, внимательно присмотревшись к ней. — А вот ты не очень.

Кожа будто приобрела землистый оттенок и выглядела тонкой как пергамент, под глазами залегли тени, губы побелели, а глаза совсем утратили блеск и живость.

— Ты как всегда откровенна, — хмыкнула она.

— Мне казалось, что после того, как я встала в связку, тебе должно было стать легче.

— Тебе только так показалось. Мне предстоит длительный курс адаптации, — с невеселой улыбкой ответила Галия, присаживаясь в одно из кресел. — Но это не страшно. Я знала, на что шла.

— Мне всё равно не нравится твоё состояние, — я подошла к ней и присела на корточки, вглядываясь в лицо.

— Ничего. Я просто… просто учусь жить заново. Может когда-нибудь и научусь.

— Всё настолько плохо?

— Год назад меня разбили на шесть частей. Разбили и собрали заново. Ты же сама это чувствуешь.

Я кивнула на всякий случай, не став уточнять, что у меня всё немножко по-другому. Да, я чувствовала связку, ярко и очень чётко. Но не так как себя. Я не растворилась в них, не стала частью общего, потерявшись на их фоне. Но я смогла разрушить блок, а остальные нет.

— А сейчас меня снова разбили, разломали, только частей больше не осталось, — тихо закончила Галия. — Только остатки меня. Даже не представляю, что будет дальше. И думать не хочу. Не сейчас. Вот провожу вас, попрощаюсь и… и буду пытаться жить без ликанов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я так хочу тебе помочь.

— Сбереги их, — схватив меня за руку, прошептала Галия и глаза заблестели от непролитых слёз. — Спаси каждого, не дай умереть. Сделай то, что не смогла я.

— Я постараюсь. Сделаю всё, что в моих силах, — пообещала ей.

Зелье, блокирующее меня от ликанов, перестало действовать ближе к обеду. Постепенно оно отступало, открывая чувства и эмоции моих подопечных. Определённый плюс в этом несомненно был. Они накатывали медленно, давая возможность привыкнуть, осознать, подготовиться и закрыться.

А потом и оно исчезло.

Я застыла у окна, закрыв глаза и задержав дыхание. И стояла так, пока лёгкие не обожгло огнём, а перед глазами не заплясали разноцветные мушки.

Судорожный, резкий вздох и пять синхронных голосов в голове:

— Приветствуем тебя, послушница.

Последняя ступень связки завершена.

Глава двадцать третья

Я тщательно готовилась к этой встрече. И пусть мы уже встречались и были очень хорошо знакомы, мне в этом плане повезло больше, чем остальным, я всё равно волновалась. Или не повезло, ведь своих связных они увидят лишь через несколько недель, когда прибудут в Ардан.

Долго разглаживала складки тёмного платья, украшенного черным кружевом у воротничка и на манжетах, поправляла причёску. Теперь я уже не была послушницей и не должна была носить косу, поэтому волосы на затылке были собраны в тугой узел и кожа из-за этого страшно зудела. И мне приходилось держаться, чтобы не впиться в кожу головы ногтями, пытаясь унять неприятные ощущения.

Уже не послушница, а настоящая целительница, прошедшая посвящение Лаари. Одна из шестнадцати, которая должна была уйти в Ардан на целый год. Так сложно в это поверить и так необходимо.

Ладонь скользнула по талии вверх к сердцу, накрыла его, прислушиваясь к быстрому биению. И подстраиваясь под этот ритм запульсировала метка на запястье.

Я чувствовала их всех. Несмотря на блокировку с двух сторон, они там были. У моего сердца. Пять ниточек, толстых, крупных и таких горячих. Так трудно было привыкнуть. И как сложно потом жить без этого.

«Ох, Айвири, не о том сейчас думаешь».

Стряхнув оцепенение, я пощипала немного щеки, пытаясь придать коже небольшой румянец, и направилась прочь из комнаты. Застыв на пороге и оглянувшись. Взгляд скользнул по стенам, кровати, креслам, зацепился за окно и тёмные шторы, которые надежно оберегали меня от света.

Мой путь лежал по длинным коридорам и множеству лестниц к крылу, которое было отведено ликанам. Именно там они меня ждали.

Этот поход не остался незамеченным для остальных. Юные послушницы, которым еще предстояло пройти посвящение, при виде меня застывали, перешептывались и почтительно склоняли головы. А за своей спиной я слышала: «Ардан! Ардан!» Страна, как приговор. Но я уже привыкла к этому.

— Айвири? — раздался тихий удивленный возглас, заставивший меня притормозить и поднять голову.

— Мина?

Да, точно, это же была моя однокурсница. Мы с ней входили в лабиринт всего пару дней назад.

Девушка бегло осмотрела меня и неловко улыбнулась.

— Света и жизни.

— Жизни и света.

А я с в свою очередь осматривала её. Золотистые волнистые волосы заплетены в косы, которые она венцом уложила вокруг головы и закрепила. На стройном хрупком теле светлая блузка, с закатанными рукавами, и светло-голубая юбка, вышитая по краю желтыми цветами. Ничего общего с моим тёмным одеянием, в котором я буду должна ходить год. А возможно и дольше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Значит, Ардан, — тихо произнесла Мина, теряясь от пристального моего взгляда.

— Да. А ты?

— Меня направляют в Иллиум, — виновато произнесла она, наблюдая за мной. — Помогать старой Нэнни.