Венди Хиггинс - Увидеть меня (ЛП)

Шепот вокруг нас стал громче.

Мы с МакКайлом смотрели друг на друга. Броган неуверенно пробежался рукой по своей бороде.

Мама шагнула ближе.

— Это же хорошая идея. Если они хотят, пусть действуют. Давайте устроим церемонию сегодня ночью.

Ей не нужно было говорить «на всякий случай», потому что мы прекрасно все понимали. Мысли о том, что могло случиться завтра, если наш план рухнет, вызвали у меня тошноту. Это могла быть наша последняя ночь вместе — только наша ночь. Броган посмотрел на моего отца, который кивнул в согласии. Я улыбнулась МакКайлу, а внутри запорхали бабочки.

— Да? — шепнул он мне.

— Да, — так же шепотом ответила я.

Он наградил меня полуулыбкой и кивнул, прежде чем повернуться к Брогану.

— Мы бы хотели устроить обряд этой ночью, отец.

— Что ж. Тогда отлично. — Броган кивнул Лейле. — Подготовь церемонию. МакКайл, уберись в комнате. Не стоит приводить женщину в обитель хаоса.

Его щеки запылали. Все радостно закричали, когда Лейла убежала, и группа женщин постарше направилась к комнате МакКайла, шумя по пути и кудахтая о беспорядке. Он лишь озадачено пожал плечами и улыбнулся, когда самая старая женщина похлопала его по спине, и закрыл за нами дверь.

В голове появилась неожиданная мысль, и я вслух произнесла:

— А как же мое платье?

Мой нынешний наряд состоял из футболки и хлопчатобумажных шорт. На мне даже лифчика не было! Я скрестила руки.

— Наденешь на завтрашнюю ложную церемонию, — сказала Кэссиди. — Оно тебе сегодня не понадобится. — Она пихнула меня локтем под ребра, и я встретилась с ее искрящимся взглядом. О, господи... Я сейчас вырублюсь. Я даже не смогла посмотреть на родителей, даже если знала, что они не слышали замечания Кэссиди.

Кэсс усмехнулась и обвила рукой мою талию.

— Все будет хорошо, — прошептала она.

Лейла вернулась с плетеной корзиной, полной разноцветных шелковых лоскутов. Я прижала свободную руку к животу, когда женщины начали распутывать ворох ткани.

Мама скользнула ближе ко мне

— У тебя все хорошо?

Я кивнула. А папа позади нас откашлялся.

— Никаких импровизированных свадеб, — сказал он на одном дыхании. Я повернулась и увидела, как он потирает шею.

Мама обняла его за талию и опустила голову ему на грудь.

— Наши дети выросли, Леон. — Они оба смотрели на меня глазами, полными нежности, и Кэсс сжала мою руку.

Все начало казаться немного сумасшедшим, когда МакКайл с женщиной вышли из его домика. Не нужно было много времени, чтобы понять, что это будет церемония «рука об руку». Взволнованные руки подтолкнули нас с МакКайлом к середине группы, где образовалось небольшое открытое пространство. Мама с Кэссиди последовали за нами, в то время как папа остался с остальными мужчинами. Скрипач и флейтисты взяли свои инструменты и начали играть мягкую, нежную мелодию. Любовную балладу.

Не было долгих вещаний. Не было платья или цветов. Только МакКайл и я в наших пижамах и с беспорядком на головах. Мы встали лицом друг к другу. Возглавляемые Лейлой, мама с сестрой взяли длинный отрез фиолетовой ткани и, обмотав ее вокруг нас, завязали на узел, прижимая нас животами друг к другу. Я хихикнула при виде задумчивого выражения лица МакКайла, когда одна из самых старых женщин сказала «Туже!». Я почему-то всегда думала, что термин «узы» часто символический.

Одна за другой женщины клана подходили, чтобы внести свою лепту в церемонию. Они обвязывали вокруг нас цветные ленты, от бедер и до груди, прижимая нас крепче друг к другу. Зная, что это символизировало, мне было сложно сдержать смущение. Но все это исчезло, когда я взглянула на своего суженого. Мой Кайл, который оказался для меня даже большим, чем я надеялась. Его глаза в лунном свете блестели от счастья.

Когда пришло время для отцовской части, мама помахала папе, следовавшему за Броганом. Папа откашлялся несколько раз, видимо, ощущая сложности в плане семейной мумификации его дочери, но взял себя в руки.

У папы с Броганом было по две белых ленты. Броган наклонился и переместил наши ноги так, чтобы они касались коленями. В этот плохой, плохой момент мне показалось, что мы сейчас упадем, но каждый раз, когда мы пошатывались, толпа толкала нас на место, крича «Ух ты!» в унисон и смеясь. Папа с Броганом связали наши колени и поднялись, приступив к запястьям. Я постоянно наблюдала за каменным лицом МакКайла. Когда они закончили, я прижалась щекой к МакКайлу и попыталась дышать ровно. Родители отступили назад. Кэссиди осталась в поле моего зрения и подмигнула.

Песня закончилась, и пространство заполнилось ожиданием.

Броган громко заговорил:

— Этим вечером мы собрались вместе, чтобы связать души и тела Лепрекона МакКайла и Робин Мейсон!

— Ура, ура! — кричала толпа. От благоговения и волнения в воздухе у меня по коже побежали мурашки.

— Да будут они благословенны, да пожелаем им плодородия, — сказал Броган.

— Ура, Ура!

Затем Броган сказал что-то волшебное по-гэльски, и люди ответили ему на том же языке. Это звучало очаровательно, и по моей спине вновь пробежались мурашки.

— Это краткая версия, — шепнул мне на ухо МакКайл.

Лерпеконы и женщины повторяли строчки на гэльском, и звук получался таким завораживающим, что, видимо, было проделано для того, чтобы побудить мои яичники к упорному труду или вроде того. И тогда обрушилась зловещая тишина.

— Будь готова, — шепнул МакКайл.

— Домой! — прокричал Броган, победно вскидывая в воздух кулаки.

— Домой!

Я вскрикнула от удивления, когда нас смели с ног, и показалось, будто мы падаем, но дюжины рук понесли нас к комнате МакКайла, сопровождая путешествие криками и возгласами. Мы оба смеялись, когда они перекатили нас на его кровать и низко поклонились, прежде чем уйти. Мы буквально лежали клубком, я была поверх него, и слушали, как затихали счастливые песнопения по мере их отдаления.

— Хм, вау, — сказала я. — Так... что теперь?

Мой пульс зашкаливал.

Они связали наши тела и ноги, но руки оставили свободными, за исключением запястий. У меня перехватило дыхание, когда МакКайл поднес наши руки ко рту. Газовая лампа в его комнате горела тускло, и я в изумлении смотрела, как он схватил ленту зубами и тянул, пока наши руки не освободились. Он проделал то же самое еще раз с другими запястьями. Затем взял оба моих запястья и поцеловал их.

Я вздохнула от обилия нервов и эмоций, чтобы что-то сказать.

— Спасибо, что пришла ко мне сегодня, — сказал он тихо.

— Как я могла не прийти? Та песня... Для меня она побила всех пикси! Ты это видел? — Ладно, признаюсь, я немного нервничала и думала о том, что скажет мне МакКайл, потому что он усмехнулся и посмотрел на меня так, словно любовался мной.