Карен Монинг - Кровавая лихорадка

Он протянул руку.

— Меня зовут Кристиан.

Мы пожали с ним руки. Моя кисть утонула в его ручище.

— Мак.

Он засмеялся.

— По-моему ты совсем не похожа на Мак.

— Ладно, сдаюсь. Почему все мне это говорят? На кого я похожа?

— Вообще-то Мак, это мужское имя, и ты девушка совсем на мужчину не похожа. Там откуда я родом то как ты представилась звучит примерно как «из клана такого-то» и я все еще жду остального твоего имени.

— Ты из Шотландии.

Он кивнул.

— Из клана Келтар.

Кристиан МакКелтар.

— Красивое имя.

— Спасибо. Я слежу за тобой с того времени как ты зашла сюда. Ты кажешься… опечаленной. И если я не ошибаюсь, это твоя третья рюмка. Когда красивая девушка пьет в одиночестве, это настораживает. У тебя все в порядке?

— Просто тяжелый день. Спасибо что спросил.

Какой же он милый. Очень во время он появился, чтобы напомнить мне о существовании хороших людей в мире. В последнее время мне они не попадались.

— Ты пишешь? — он указал на мой дневник. Я закрыла его как только он сел рядом.

— Я пишу дневник.

— Правда? — он приподнял бровь, в его золотых глазах промелькнул интерес.

Я чуть было не рассмеялась. Не сомневаюсь, он решил что я пишу про симпатичных мальчиков и одежки, про последнее виденное по телеку реалити шоу, в общем, про то что раньше занимало мой мозг. У меня возникло желание дать ему почитать свой дневник, хотя бы одну-две странички, и потом посмотрим захочет ли он и дальше сидеть рядом со мной. И после трех рюмок я была как раз в нужной кондиции для такого поступка.

Я устала врать, устала быть одна и устала от изоляции. Я устала от того, что приходится находится с теми, кому я не могу доверять и от желания доверится тем, с кем я не могу быть, с такими как этот парень к примеру, или его коллега по работе, тот с мечтательным взглядом. Я ужасно изголодалась по нормальности и была ужасно зла, поэтому легко разрушу любую возможность получить желаемое.

— Погляди-ка. — Я передала ему дневник.

Он опешил, и кажется пытался унять свое любопытство. Уверена он хотел знать мои потаенные мысли — какой мужчина упустит шанс прочесть без цензуры что на самом деле думают женщины? — и все же, ему нужно было сохранить мне честь, если я напилась и не могу сделать это сама, он посмотрел на меня.

Кто выиграет: мужчина или джентльмен?

Мужчина открыл мой дневник на странице где я описывала последнего виденного мной Невидимого, затем шла страница с рассуждениями о их слабых местах и как именно их можно убить.

Я позволила ему дочитать до конца обе страницы, прежде чем потребовать дневник назад.

— Ну так что, — беспечно сказала я. — теперь, после того как ты узнал что я чокнутая…

Тут я сделала паузу и внимательно посмотрела на него.

— Ты ведь понял, что я сумасшедшая? Да?

С ним было что-то очень не так. Он очень странно смотрел на меня.

— МакКайла, — мягко произнес он, — идем со мной, туда где… безопаснее. Нам нужно поговорить.

У меня перехватило дыхание.

— Я не говорила что меня зовут МакКайла. — Я пристально смотрела на него, для паники я была слишком удивленна. Надо-же какой поворот событий. Я пыталась уничтожить свой шанс на нормальность, и тут вдруг узнаю, что шанса такого у меня и не было вовсе, потому что нормальный парень совсем не был таковым.

— Я знаю кто ты. И знаю о твоих способностях, — тихо продолжал он. — Я встречал таких как ты раньше.

— Где? — изумилась я. — Здесь, в Дублине?

Он кивнул.

— И в других местах.

Конечно нет. Такое возможно? Он знает мое имя. Что еще он знал обо мне?

— Ты знал мою сестру? — тут я затаила дыхание.

— Да, — тяжело произнес он, — Я знал Алину.

Челюсть моя упала на колени.

— Ты знал мою сестру? — почти что взвизгнула я. Откуда он нас знает? Кто он такой?

— Да. Ты пойдешь со мной, в более удобное место где мы сможем поговорить?

Когда зазвонил мой мобильник, даже закопанный глубоко в сумочке, он зазвонил так громко что я чуть не подпрыгнула на месте от страха. Посетители паба, в трех «кабинках» от нас, даже те обернулись недовольно посмотрев на меня. Я их не виню, звонок был ужасно неприятный, громкий трубный рев, поставленный на полную мощность. По-видимому Бэрронс не хотел, чтобы я пропустила звонок.

Повозившись, я нашла телефон и открыла его.

Бэрронс был в бешенстве:

— Где тебя черти носят? — заорал он.

— Не твое дело, — холодно ответила я.

— Сегодня вечером я видел двух Охотников, мисс Лэйн. Скорее всего, к ним присоединятся еще. Гораздо больше. Тащите ваш зад домой.

Я замерла на месте, телефон отключился. Он сказал то, что нужно и положил трубку.

Не могу описать точно воздействие слова «Охотники» на меня, но оно моментально возвращает меня туда, где я живу, в самое страшное место, где я когда-то раньше чувствовала себя в безопасности, но никогда больше не буду, пока Эльфы оккупировали мой мир. Наверное нечто заложено в ДНК ши-видяших и у нас срабатывают рефлексы которые нельзя ни преодолеть, ни уменьшить, ни контролировать.

— Девушка, ты побелела как полотно. Что случилось?

Я просчитала возможные варианты. Не было никаких вариантов. Бар в котором я сидела на выходных закрывался рано. Вариантов было два, бежать в книжный прямо сейчас или подождать пару часов, и если больше Охотников на подходе, то через несколько часов станет только опаснее.

— Ничего. — Я положила на стол пару купюр и несколько монет. Почему Бэрронс сам не пришел за мной? Телефон снова зазвонил. Я нажал кнопку ответить.

— Вдвоем мы станем заметнее, и сейчас я немного занят, — сказал он. — Держитесь поближе к зданиями, желательно под навесами, если такое возможно. Оставайтесь в толпе народа.

Он что, телепат?

— Я могу поймать такси.

— Вы видели кто их водит?

Нет, но теперь я уж точно присмотрюсь.

— Где вы находитесь?

Я сказала ему.

— Вы недалеко. Все будет хорошо, мисс Лэйн. Торопитесь пока их не объявилось больше. — он снова повесил трубку.

Я закинула дневник и телефон в сумочку и поднялась из-за стола.

— Куда ты идешь? — Спросил Кристиан.

— Мне нужно уходить. Кое-что произошло.

Какие бы преступления не совершил Бэрронс я уверена, что он способен защитить меня. Если сегодня в городе появились Охотники, я хотела чтобы рядом со мной был самый опасный из всех известных мне людей, а не двадцатилетний шотландский паренек знавший мою сестру — кстати, мертвую сестру — так что очевидно он не смог помочь ей.

— Я хочу знать все. Могу я придти к тебе в Тринити?