Александр Бромов - Высшее образование по-демонически

Уставший Маярт попросил энергии, своя почти кончилась. И чего ждал, спрашивается?

— Как он? — спросил ашурт, ложа руки на шею мага.

Но тот не ответил, медленно двигая над человеком руками с холеными пальцами. А Вардис говорит, что жесты не нужны. Демон перешел на другой уровень зрения, глядя, как ийет восстанавливает сломанные кости. Как же ты дождался нас, чертов везунчик?

— Мама говорит, я в рубашке родился, — смеялся ударник, когда у него в трейлере взорвался газовый баллон. Тогда его чудом не задело, слегка подпалив шевелюру и брови. Он всегда лез в самые опасные места, и ему всегда везло. Может, теперь французский волк станет осторожнее.

— Ноги до конца сращивать не буду, — неожиданно подал голос Маярт, — Во-первых, пусть подумает, во-вторых, чтобы врачи ничего не заподозрили. Сах, мы выходим.

Потом они сидели в коридоре и успокаивали девушку и ребят. Реми ругался, костеря музыкантов последними словами, и облегченно улыбался. Через час примчался Лас, про которого все забыли, и чуть не убил друга, который не отзывался на мысленные вызовы. Телефон остался где-то на пути в порт, а номера телефонов йёвалли от волнения никак не мог вспомнить. Тем более прошло несколько лет.

Ближе к вечеру их пустили в палату. Все дружно потискали Вульфа, не забыв настучать ему по шее, попробовав на прочность работу Маярта.

— Да не видел я этот грузовик, — отмахивался от друзей ударник, — Понятия не имею, откуда он взялся. Ладно, ладно, буду паинькой.

Ха, так они ему и поверили. Ничего, чуть позже ему все расскажут. Не скупясь на подробности.

Демоны засобирались в порт, пообещав заскочить после лекций порталом. Ночью они уже будут дома и даже успеют немного вздремнуть. Все обошлось. Надо сказать огромное спасибо магам за то, что этот балбес снова будет жить.

— Телефо-он, — пропел Андрей Дубровский, вертя им перед Ласайентой, — Валялся в фойе. Плакал горькими слезами.

— Спасибо, что утешили, — демон, улыбаясь, попытался забрать трубку, но юноша спрятал ее за спину.

— Спасибо в стакан не нальешь, — хитро сказал он.

Пришлось обещать четыре литра колы. Спиртное спортсмен не употреблял из принципа.

Сантилли смотрел в окно. Сегодня небо плакало. Спохватилось, сонно подумал он, вчера надо было. Дура погода, не знает, когда и что надо делать.

Лас честно старался вникнуть в смысл слов, которые говорил преподаватель. Получалось с трудом, но получалось. «Ладно, — решил он, — У ребят спишу. Когда-то надо начинать». Загудевший басом телефон заставил вздрогнуть от неожиданности. Не ставил он на него такой сигнал. Йёвалли с трудом разлепил глаза и понял, что заснул.

— Шли бы вы домой, ребята, — преподаватель сочувственно посмотрел на них, и в это время заиграла мелодия.

— Можно? — спросил Лас, непонимающе глядя на подпрыгивающую трубку.

— Ребята, — Шип как-то странно шмыгнул носом, — Вы, наверно, зря уехали.

Нет, с Вульфом все было нормально. Они пробыли в палате до утра, боясь оставить его одного. Девушка-гот, имени которой демоны так и не спросили, все время держала непутевого избранника за руку и шепотом рассказывала смешные истории. Никто из них не стал тревожить Реми, скромно сидящего с закрытыми глазами в уголке.

— Мы думали, он спит, — потерянно сказал Шип и замолчал.

Все правильно, Сантилли бездумно смотрел в окно. Все правильно. Равновесие. Кто-то живет, а кто-то умирает, чтобы этот кто-то жил дальше. Жизнь за жизнь. Все правильно. Да к черту такое равновесие! Он уткнулся в стол и закрыл голову руками. К дьяволу такое равновесие! И Реми уже не вернуть.

Похороны собрали много людей. Музыканты никогда не были в доме своего агента. И еще бы столько же не быть! Но семью его знали: веселую темпераментную Анжелу, любившую танцевать, и троих детей, никому не дававших покоя.

Вдова, изящная красивая женщина, застывшим черным изваянием сидела на диване. Ей что-то говорил, утешая, ее брат, очень похожий на нее. Тишина. Пустота большого дома. Шепот. Люди, как тени. Кто-то плачет. Горе всегда одинаково. Старший пятнадцатилетний сын сидит возле матери, младших не видно. Наверно, кто-то увел. Сантилли осторожно опустился рядом с вдовой на колено, взял ее холодные руки.

— Тебе надо думать о детях, — тихо произнес он.

Женщина не среагировала. Жизнь продолжается, милая, как ни кощунственно это звучит сейчас, и она рядом с тобой. Смотрит на мир растерянными глазами подростка, потерявшего отца. Не хорони и ее тоже. Демон маленькими глотками начал отпивать горе женщины. Еще немного. И еще… Обними своего сына. Поплачьте вместе. Его никто не утешает и не жалеет, а ты — мать. Реми не вернуть, но дети всегда будут рядом с тобой, как его продолжение. Не бросай их.

Желтый октябрь. Черный октябрь. Лас шел за гробом, неся на руках младшего Симона. Хорошие сыновья у Реми. Хорошая память и воспоминания. Хорошая жизнь. Он много успел сделать, еще больше хотел успеть, но его время кончилось. Оборвалось.

— Папа на небесах, — тихо сказал мальчик, обхватывая демона за шею, — И смотрит на нас оттуда. Он не любил, когда плачут. Не плачь.

Через два месяца женился Вульф. Первым из группы.

Ласайента наблюдала, как свадебный букет, кувыркаясь, летит в толпу визжащих девушек.

— Отпрыгался волк, — с сожалением констатировал Шип, — Будет паинькой под бдительным присмотром жены. Не повезло парню.

— Главное, чтоб и дальше барабанил, — хмыкнул Джуни, — А на жену мы найдем управу. Или мы не «Демоны»?

Музыканты расхохотались, наперебой предлагая самые немыслимые способы укрощения законной супруги.

— Да нормальная девчонка, — Гном кивнул на середину площадки, где смеющийся Вульф на руках кружил счастливую девушку, — Сыграемся и споемся. Пошли танцевать. Смотри, какая милашка скучает.

— Быть тебе вторым, — напутствовал его Шип и символически поплевал через плечо, — В жизни не женюсь!

— Да, Ласти? — прошептал на ухо любимой Сантилли и потянул ее на площадку, — Никогда?

Девушка укоризненно посмотрела на него, вставая. Как это, никогда!

Ха, теперь я знаю, как тебя уговорить, упрямица ты моя! Ашурт, дразня, нежно поцеловал ее в губы.

— Гному не наливать! — Вульф грозно посмотрел на друзей, — Опять Новый год испортит.

Клавишник пообещал выдернуть ударнику ноги, все равно для того, чтобы махать палочками, они ему не нужны, и потянулся к пиву.

Завтра надо будет заскочить к Анжеле, проверить, как у нее дела, привезти подарки. Мальчишкам должно понравится то, что они выбрали. В этом году Праздник Мира обойдется без них. Элерин днями и ночами пропадает у своей планеты, раздолбив все близлежащие и не очень астероиды, оттачивая боевые и созидательные навыки.