Елена Вихрева - Акелдама - кровавое поле битвы

— Невозможно… — одними губами выдохнула Джун, поймав секундный красноватый отблеск его глаз.

— Где Анита? — но его вопрос остался без ответа. И тогда Рэм сменил тактику. Ласкающий бархат его голоса заставил девушку задрожать, а чувственный взгляд почерневших глаз завораживал: — Шерити, милая моя несравненная шерити, скажи мне, — его губы почти касались ее кожи, — где же Анита? Где же наша нубит?

— Она ушла, — опутанная его чувственностью Джун едва могла дышать.

— И куда же она ушла? — продолжил допрос мужчина, лаская пальцами ее шею с лихорадочно бьющейся жилкой.

— Убежала… откуда-то взяла дженг и убежала, — сестра императора потянулась к его губам и застонала, когда он немного отстранился.

— Куда? — едва сдерживаясь чтобы не закричать, мягко выдохнул он.

— Она направляется в квартал наемников…

Рэм грубо выругался, усадил в кресло девушку и отстраненно пробормотал, направляясь к дверям.

— Тысяча извинений, сити, но я спешу.

— Я знаю кто ты, — ее слова развернули его, и мужчина в мгновенье ока навис над ней.

— Что? — холодный угрожающий голос выветрил остатки чувственного дурмана из головы Джун, и она испугалась. — Что ты сказала? — с нажимом повторил он.

— Я знаю кто ты, — теперь она едва дышала от страха. — Ты…

— Если это останется нашей маленькой тайной, — холодная хищная усмешка скривила его губы, — то твой брат и Витольд никогда не узнают, как ты таяла в моих объятьях и стонала от страсти.

— Но ведь ничего не было…

Мужчина быстро склонился и на секунду впился поцелуем в ее шею. Девушка ахнула и дернулась, пытаясь отстраниться, но уже было поздно — яркий след от его поцелуя остался на нежной коже.

— Теперь попробуй доказать обратное, — прищурился он. — Решай быстрее, сити. Твое время на исходе.

— Я никому не скажу, — дрожащим голосом пообещала Джун.

— Хорошая девочка, — он выпрямился и, окинув ее раздевающим взглядом, добил: — Но если я узнаю, что ты проболталась, то вернусь и… — он не закончил, а только усмехнулся увидев в ее глазах неприкрытый ужас, и буквально растворился в ночи, вновь выпрыгнув с балкона.

Сейчас Рэм был сам противен себе, но ничего не мог с этим поделать. У него просто не было времени поступить по-другому — все его чувства кричали, что Анита в огромной опасности. Он понял, что может опоздать и застонал от бессилия. Хотя… у него был шанс — мужчина вспомнил про телепорт в беседке и ринулся к нему…

Перегрузка вжала Дамира к кресло. От жесткого старта на миг потемнело в глазах, но он нетерпеливо тряхнул головой — не время для глупостей. Он должен догнать Аниту, догнать, все объяснить и уговорить вернуться. Дракард несся на пределе, потихоньку догоняя девушку, летевшую на дженге с просто убийственной скоростью. Пустынный Властелин сжал зубы — расстояние сокращалось слишком медленно, а квартал наемников был все ближе. Он не понимал, почему она стремилась туда, но подозревал, что она была там с Рэмом. Понимание, что она специально нарывается на бой, пронзило его молнией. Его пальцы забегали по сенсорам панели управления, отключая все лишние системы и перенаправляя энергию в двигатели. Дракард тряхнуло, но скорость заметно возросла. Он уже был почти над ней, когда Анита пересекла границу нейтральной территории — квартала наемников. Он выругался — у него оставалось меньше минуты, чтобы высадиться и отправить машину на автопилоте обратно. И он успел. Мужчина выпрыгнул, из уже разворачивающегося дракарда, на дорогу прямо под колеса дженга Аниты. Он не ожидал, что она сможет так быстро остановиться — она летела просто на запредельной скорости и все же смогла затормозить, повернув машину боком…

Девушка не поверила собственным глазам, когда прямо с неба на дорогу прыгнул Дамир. Она ударила по тормозам и развернула дженг боком, надеясь, что успеет вовремя остановиться и не собьет его. Машина замерла буквально на волосок от не сдвинувшегося с места мужчины.

— Зачем ты здесь? — от холодного насмешливого голоса Аниты Пустынный Властелин вздрогнул. — Вит все уже мне сказал.

— Анита… — он хотел дотронуться до нее, но она отпрянула.

— С дороги, — все тот же холодный голос и отрешенный вид, пальцы ложатся на сенсор активации двигателей, но он не отходит. Обещая, что это в последний раз, она скользит по нему взглядом, и удивление медленно затапливает ее: мокрые волосы небрежно откинуты назад, темные тени вокруг таких любимых глаз, в которых плещется отчаяние и боль, сбитые в кровь руки…

Дамир отчаянно вглядывался в такое дорогое и такое незнакомое сейчас лицо любимой — неподвижное, отстраненное, что еще больше подчеркивала темная полоса защитных очков.

— Я не могу без тебя, — его хриплый шепот разорвал тишину. — Шерити, я не могу без тебя, — его рука накрывает ее на сенсоре.

— Что? — вселенское удивление на ее лице, она дрожащей рукой снимает очки.

— Молю, не уходи, — его полный боли взгляд встречается с ее удивленным. Глаза в глаза… он полностью открыт для нее, беззащитен. — Я не могу без тебя, — вновь шепчет он.

На ее лице отчетливо читается недоверие:

— Тогда почему ты весь день избегал меня?

— Я хотел пойти к тебе, шерити, но Витольд меня не пустил, — мужчина медленно потянул девушку на себя, побуждая спуститься с дженга.

— Почему? — под его умоляющим взглядом, она соскользнула на дорогу — дженг мгновенно перешел в спящий режим и опустился рядом.

— Я был… — Пустынный Властелин запнулся и отвел глаза, но почувствовав, что она вновь леденеет, выпалил: — Я был отвратительно пьян.

— Ты что? — она растерянно моргнула.

— Я напился… — он был не в силах посмотреть на нее, краска стыда появилась на его лице. То, что он сделал было недостойно воина. Раздавшийся веселый смех стал для него шоком.

— Посмотри на меня, Дамир, — все еще смеясь, Анита шагнула к нему, и ее руки скользнули на его плечи. Мужчина медленно опустил взгляд — она уже не смеялась, только в глазах мерцали дьяволята. — Почему ты напился?

Он попытался отвернуться, но она не позволила: мягко, но настойчиво дотронулась до его щеки и заставила продолжать смотреть ей в глаза. Ее прикосновение пронзило его молнией, и он ответил, прижавшись сильнее к ее ладони:

— Я был уверен, что потерял тебя.

— Но почему?

— Ты все сама видела. Я предал друга… А такое ты… — его голос сорвался, а в глазах была такая боль, что она сразу же поняла — он так и не простил себя.

— Дамир, ты совершил ошибку, то тогда обстоятельства были сильнее тебя.

— Я не предупредил его…