Леди варвара - Руби Диксон

Единственный ответ, который я получаю, — это сдавленный стон.

Встревоженный, я ускоряюсь, подбегая к ней.

— Ты ранена, моя прелестная Кейт?

— Нет, — снова стонет она. — Я думаю, это начинается.

Когда я подхожу, то вижу, что она все еще сидит на камне, но ее руки засунуты за пояс леггинсов. На ее лице выражение напряженной сосредоточенности, и сначала мне кажется, что она дрожит.

Потом я понимаю, что она не дрожит — она потирает себя, положив руку на свое влагалище.

Я тихо рычу при виде этого зрелища, волна собственничества захлестывает меня.

Моя пара. Моя.

Я медленно преодолеваю последние несколько шагов, очарованный открывшимся передо мной зрелищем. Такая потребность и вожделение, каких я никогда раньше не испытывал, пронизывают мое тело, и я наблюдаю, как ее рука движется в леггинсах, а рот образует идеальный круг, пока она доставляет себе удовольствие.

— Я не думал, что меня не было так долго, что ты начнешь без меня, — бормочу я.

— Это не смешно, — наполовину смеется, наполовину всхлипывает она. — Я думала о тебе, и это меня сильно завело, и я ничего не могла с собой поделать. Боже, это ужасно.

— Тогда позволь мне сделать это за тебя, — говорю я ей, бросая рюкзак и одеяла на снег.

— Что сделать для меня? — нервно выдыхает она.

— Облегчить тебе задачу. Доставить тебе удовольствие. Называй это как хочешь. — Я подхожу к тому месту, где она примостилась на камне, и осторожно вытаскиваю ее руку из штанов. До меня доносится ее запах, более сильный, чем я когда-либо чувствовал, и мой рот наполняется голодной слюной. Я беру ее руку и подношу ко рту, слизывая соки с ее пальцев.

Она задыхается.

— О, Харрек.

— Ты моя пара, — говорю я ей, облизывая ее пальцы. — Позволь мне успокоить тебя. — Я запечатлеваю поцелуй на ее ладони, а затем отпускаю ее руку, стягивая леггинсы.

— Прямо здесь? Прямо сейчас?

— Здесь, — соглашаюсь я, потому что не думаю, что смогу ходить с таким напряженным членом. Это не имеет значения. Мои мысли заняты только Кейт, запахом Кейт, вкусом Кейт, прикосновениями Кейт. — Никто не придет посмотреть. Они согрелись у огня.

Кейт стонет и ложится спиной на камень, широко раздвигая ноги.

Она дрожит, но не протестует, когда я стягиваю ее леггинсы до колен, обнажая ее сладкое влагалище.

— Д-должны ли мы…

— Ты хочешь путешествовать, пока у тебя все болит? — спрашиваю я и прижимаюсь поцелуем к светлым завиткам, скрывающим ее влагалище от моего взгляда.

Ее ответом был тихий стон.

— Нет…

— Тогда позволь мне доставить тебе удовольствие. — Я стягиваю с нее леггинсы, а затем прижимаюсь поцелуем к внутренней стороне ее бедра. Ее плоть уже остыла, и когда она дрожит, я беспокоюсь, что это не только наслаждение. Я дразняще щелкаю по ней языком, затем встаю. Приятно слышать ее тихий протест, и я поднимаю с земли один из толстых мехов и набрасываю его на ее голые ноги. — Я не могу допустить, чтобы моя хорошенькая пара по удовольствию замерзла, пока я буду лизать ее влагалище.

Кейт ахает, когда я прячу голову под одеяло и прижимаю ее к себе. Теперь наши тела оба под одеялом, моя голова полностью закрыта. Таким образом, ей тепло, и она защищена на случай, если кто-нибудь наткнется на нас. Мой хвост подрагивает от возбуждения при этой мысли. Хотя я знаю, что Кейт это не понравилось бы, мне нравится мысль о том, что другие увидят, как я заявляю на нее права, зная, что она полностью и безраздельно моя. С низким рычанием я зарываюсь лицом в ее мягкие складочки и провожу языком по ее влажности.

— О, боже милостивый, — стонет она. — Харрек, пожалуйста…

Я знаю, чего она хочет. Я не думаю ни о чем другом. Мой язык находит ее третий сосок — клитор — и я начинаю медленно, уверенно поглаживать его. Ее крик говорит мне, что я действительно попал в точку, а быстрый рывок ее бедер указывает на то, что долго она не продержится. Моя Кейт уже близка к краю, ее пышные складочки влажные и готовые. Я хочу слизать каждую каплю ее соков, но я знаю, что ей нужен мой язык на ее клиторе. Снова и снова я облизываю его медленными, уверенными движениями, которые так возбудили ее в прошлый раз, и прижимаю палец к ее входу, проверяя ее реакцию.

Ее бедра дергаются возле моей головы, а руки сжимают мои рога под одеялом.

— О, да, Харрек. Именно так.

Это весь сигнал, который мне нужен. Я засовываю палец в ее лоно, и ее прерывистый ответный вздох заставляет меня чуть не пролиться через набедренную повязку. Я погружаюсь в нее пальцем, обрабатывая ее языком и рукой одновременно. Снова и снова я ощущаю вкус ее соков на своих губах, и это побуждает меня продолжать. Нет ничего слаще на вкус, и сегодня она кажется вкуснее, чем когда-либо. Нет ничего подобного, и я мог бы с радостью провести остаток своих дней здесь, под этим одеялом, между ее бедер.

Кейт дрожит всем телом, из ее горла вырывается стон. Ее ноги прижимаются ко мне, и я чувствую, как ее влагалище сжимается вокруг моего пальца. Я стону в ее складочки, потому что ничего так сильно не хочу, как погрузить свой член туда, где находится моя рука. Я хочу заявить на нее права как на свою, наполнить ее своим семенем. Моя. Моя пара. Моя прекрасная, высокая, сильная, розовая Кейт с ее облаком волос.

Моя. Навсегда.

Она тихо вскрикивает, и затем я чувствую прилив ее влаги на своем языке. Она кончает, покачивая бедрами под моим пальцем, ее руки крепко сжимают мои рога, ее клитор на моем языке, пока я продолжаю лизать ее, желая продлить ее удовольствие. В конце концов, она вздрагивает и отталкивает мою голову, и мне требуется вся моя сила, чтобы отстраниться. Я хочу продолжать лизать ее, чувствовать ее вкус на своем языке часами.

Я жажду ее, как никого другого.

Кейт ахает, и я высовываю голову из-под одеяла. Ее руки сложены на груди, и она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Ты это слышишь?

Мне кажется, что мое сердце как будто останавливается в груди.

— Ты находишь отклик?

Она кивает с ошеломленным выражением на лице.

— Это похоже на низкий хм… нет, больше похожее на мурлыканье. О, это такое странное ощущение. Иди послушай.

Вместо того чтобы сделать, как она просит, я натягиваю одеяло ей на бедра и укрываю ее. Я не хочу,