Исцеление любовью - Елена Северная

следующего утра. Им никто не помешает. В спальне на столе стоит целый поднос с едой, можно вообще не выходить. Принц дал ему целую неделю отпуска! И Вейден намеревался эту неделю провести на Кати. Или — под Кати. Неважно. Главное — слитно.

Держа свой вес на руках, Вейден медленно вклинивался между ногами жены, терся собой о её животик, грудки, его член набух и тянулся к пупку, сладко вздрагивая при каждом касании влажных стеночек. Кати закусила губку и прикрыла глаза.

— Посмотри на меня, любовь моя! — хрипло прошептал Вейден, отклоняясь.

Он хотел видеть желание в этих синих озерах. Кати распахнула глаза и призывно раскрыла бедра. Вейден припал к розовому бутону, посасывая чувствительную горошинку на вершине. Кати задрожала. Он языком проник внутрь, пытаясь нащупать сверху самое чувственное место на теле женщины и с удовлетворением понял, что удалось. Кати задергалась и схватилась за простыню, сминая её пальчиками. Вейден поднял голову, чтобы видеть лицо жены и сменил язык на пальцы. Они быстро нащупали ореховую выпуклость и мягко гладили в ускоренном темпе. Тело Кати судорожно билось под ним, она излилась прозрачной струей, не прекращая содрогаться.

— Вейден! Ты сводишь с ума!

Слова сладкой музыкой пролились в душу оборотня и он накрыл рот любимой своим, продолжая дарить ласки. Он пил и не мог напиться, он дышал и не мог надышаться. Кати растворилась полностью в своем любимом муже, чутко реагируя на каждое его движение…

Она не видела и не слышала ничего и никого, кроме НЕГО. Вейден и раньше был для неё всем, а сейчас Кати отдала ему не только свое тело, но и душу. Никогда она не чувствовала себя такой…такой…ЦЕЛОЙ. Казалось, что она видит эти самые незримые брачные узы. Они светящимися ниточками оплетали их тела, растягиваясь, когда Вейден отходил к столу, чтобы передвинуть его поближе к кровати. Ей было спокойно — теперь никто не разорвет их, они связаны НАВСЕГДА.

Вейден неутомимо брал её до самого вечера. Откуда столько сил? Сама Кати уже ничего не соображала и только блаженно постанывала в такт движениям мужа. Но вот первая часть марафона пройдена. Супруг ненадолго задремал. Кати потихоньку откинула простынь и села полюбоваться своим сокровищем. Тело мужа тренированное, сильное, властное. Кожа слегка влажная от выбранного любовного темпа, грудь вздымается спокойным вздохом — любимый спит. Она невесомыми поцелуями проложила дорожку от шеи до темной растительности в паху. Усталый член дернулся и на глазах увеличился, опоясавшись набухшими венками. На головке выступила капелька. Кати слизнула её язычком и во рту остался солоноватый привкус. Она облизала уздечку и втянула мужское достоинство так глубоко, как смогла. Член мужа дернулся. Кати выпустила его изо рта и подняла голову. На неё смотрели ярко-пылающие золотые глаза любимого.

— Я говорила, что у тебя самые прекрасные золотые глаза?

— Кати, детка, у меня от рождения глаза черные…

— Значит, мне это кажется…

И она продолжила доставлять удовольствие своему мужчине. Все-таки как устроена природа влюбленных — Кати сама чуть не испытала оргазм, наблюдая блаженное выражение лица мужа, доставлять удовольствие любимому — это счастье!

Вейден застонал — прикосновение её языка отдавало в мозгу импульсами насаждения. С каждым посасыванием, в тело Вейдена вливались силы, он уже не стонал, а рычал, схватив любимую за шикарные волосы и задавая темп, проникая глубже и глубже, проводя чувственной головкой по горлышку. На этот раз Вейден наслаждался долго и с удовольствием. Перед самым концом он подтянул Кати на себя и посадил её на всю длину. Девушка охнула, замерла, привыкая к его размерам, а потом сама задвигала попкой, увеличивая темп. Кровать снова заходила ходуном. Вейден согнул ноги и Кати могла опереться усталой спиной на его мощные бедра. А Вейдену открылся завораживающий вид. Он никогда не думал, что наблюдать, как твой член входит в раскрытый бутон, выходит и опять протискивается внутрь, облегаемый эластичными стеночками, так крышесносно. Он большими пальцами стал нежно потирать бугорок в самом начале этого сладкого бутончика.

— Вейден… — захрипела Кати и сжала мышцами ствол.

Это ощущение подтолкнуло Вейдена с финалу и он излился в очередной раз. Яйца совсем опустели и мягкими шариками повисли на корне ствола.

На сегодня хватит. Пусть поспит. Он уложил свою жену себе под бок и с наслаждением прислушался к стуку её сердца. Оно постепенно успокаивалось и вскоре застучало ровно и тихо.

— Спи любимая, отдыхай, — он нежно поцеловал смоляную макушку.

Вейден проснулся от урчание в животе. Да, надо покормить тело вполне материальной пищей. Он потихоньку встал — на столе закончилось питье, а графин с водой остался на бюро. Налил прохладной живительной влаги в высокий стакан и жадно выпил.

— Вейден, милый, и мне принеси.

Стакан смачно хряпнулся о пол, разлетаясь на мелкие осколки. В спальне раздался ГОЛОС жены.

— Кати? — он обалдело смотрел на любовь всей своей жизни.

— Что? — забеспокоилась девушка.

— Т-ты говоришь! Боги! Какое счастье!

Он кинулся к жене и покрыл её лицо жаркими поцелуями. Кати забеспокоилась ещё больше — у него что, слуховые галлюцинации?

— Да нет же, Кати! Я явно слышал твой голос!

— Конечно, слышал, — спокойно, как ребенку, сказала Кати. — Мы с тобой давно так общаемся.

— Да нет же! — Повторил Вейден и заметался по спальне.

Не выдержав эмоций он выскочил в гостиную и приволок упирающийся котелок.

Кати ойкнула и закрылась простыней по самый подбородок.

— Вот! — торжественно произнес Вейден. — Скажи что-нибудь!

— Что? — недоумевала Кати. — Зачем ты его принес?

— Как свидетеля!

— Я и так прекрасно знаю, что у тебя между ногами, — проворчал котелок. — И свои пустые яйца мне не надо демонстрировать, я всё слышал, ваш полог — фигня! Мой слух всё уловил!

Кати залилась краской.

— Тогда ты подтверди, что у Кати появился голос! — напирал Вейден.

— Ну да! — пробурчал котелок и попятился к выходу. — Лучше б не появлялся. Так орать, что у меня даже слух притух!

И добавил уже в дверях:

— Это ж как она орать будет при родах!!! Слышь, герцог, ты бы крышу укрепил, а то в самую середину лета остаться без крыши — дождями нафиг все этажи затопит! Голосище прорезался — ховайтесь все!

Вейден стоял, как пришибленный, а котелок бурчал, забравшись на свою полку:

— Только в дом нормальный вселились, думал, слава богам, не придется ютиться в кладовке, так нет же! Всё не как у нормальных ведьм! То беременеет в пещере, то замок разнесет при родах! Как пить дать — переселяться к осени опять в кладовку! И куда мир катится?

Вейден захлопнул дверь,