Магия торжествует - Илона Эндрюс

убил, — сказала нам Дженн. — Но потом вторглись фоморы и отвлекли его. Они убили его жену. Своих детей он либо убил сам, либо скрыл.

— Он не любит соперничества. — Дрест поморщился. — Его брат пытался сразиться с ним, проиграл и уплыл со своей частью армии. Им надрали задницы где-то в Европе. Вернулся только один корабль.

— А как же Туата де Дананн? — спросила я.

— Они заключили сделку с Нейгом, — сказал Дрест. — Платили ему дань. К тому моменту он уже перебрался в Шотландию. Место побольше. Больше земли. У него были оба острова до того, как он закончил.

— Как ваши предки победили его? — спросил Роман.

— Они этого не сделали. — Лицо Дреста было мрачным. — Они пережили его. В конце концов, магия ослабла, и однажды он исчез. Он нашел себе логово за пределами нашего мира и забрал с собой свои сокровища и армию. Иногда он совершал набеги, когда действовала магия. Никогда не знаешь, когда и где он появится. Наш народ так боялся его, что продолжал водружать искажающие камни спустя столетия после того, как он впал в спячку.

— За все это время никому не удалось подобраться достаточно близко, чтобы причинить ему вред? — спросила я. — Я понимаю, что он владеет магией огня, но я сражалась с Морфраном и встречала Морриган. Вы хотите сказать, что никто не смог добраться до этого парня?

— Ты не уловила, — сказал Дрест.

— Покажи ей, — сказала ему Дженн.

Дрест коснулся кудзу. Тот расползся наверх и вниз. Камень стал чистым. Я взглянула на резьбу на его вершине. У меня похолодело внутри.

— Нейг — не мужчина, — тихо сказал Алпин.

— Он дракон, — прошептала я.

Колоссальный дракон встал на дыбы на поле боя, фигурки бойцов рядом с ним казались крошечными. Конус бурлящего пламени вырвался из его пасти, разрушив частокол.

Вот кого я почувствовала в облаках над собой. Вот почему он пытался убить Ю Фонга. По моим рукам побежали мурашки.

— Но его магия синяя, — сказала я. — Как у человека.

— Вся драконья магия синяя, — сказал Алпин.

— Все это знают, — сказала Дженн.

— Нейг никогда нас не найдет, — сказал мне Дрест. — У нас есть искажающие камни. Но ты… ты облажалась.

* * *

МЫ С РОМАНОМ не разговаривали, пока не добрались до города.

— Это может быть метафорой, — наконец сказал он.

— Не-а. — Я рассказала ему о Ю Фонге. — Все, что мы когда-либо читали о драконах, предполагает, что они имеют высокую территориальную принадлежность. Он почувствовал Ю Фонга и попытался устранить конкурента.

— Но он был в человеческом обличье, когда ты его видела. Так что, он может менять облик?

— Я не знаю.

— Аспид не может менять облик, — сказал Роман. — Это благословение, иначе он следовал бы за мной повсюду, облизывая меня. Это было бы странно.

Аспид, огромный черный змей-дракон, принадлежавший Чернобогу, питал глубокую, всеобъемлющую щенячью любовь к Роману, которую он выражал, обвивая языком черного волхва.

— Нам нужно созвать экстренный Конклав, — сказала я.

Конклав начинался, как способ избежать конфликтов между Стаей и Племенем, но в экстренных случаях к нему подключались все магические фракции в городе. Потребовался бы каждый, чтобы противостоять чему-то подобному.

Роман поднял свои черные брови.

— И сказать им, что на нас вот-вот нападет дракон?

— Да.

— У нас нет никаких доказательств, — сказал Роман.

Он был прав. Ю Фонг все еще был в коме, Бо Клейтон и его помощники видели в Нейге только человека, а друиды не поддержат меня публично. Они едва доберутся до Конклава. Мне были нужны доказательства. Что-то большее, чем видения огня и резных камней.

По крайней мере, я должна была предупредить Стаю и Племя. С ними моего слова будет достаточно. Еще нужно позвонить Нику.

— Высади меня здесь, — сказал Роман.

Я притормозила.

— Я поговорю с волхвами и ведьмами, — сказал Роман. — Но разговоры ничего не стоят. Нам нужны доказательства. Свидетели.

— Я знаю. Ты веришь мне, что это дракон?

— Да, — сказал Роман. — Я верю тебе. Но не из-за пиктов и камней. Я верю тебе, потому что ты — это ты. Мне не нужно это видеть. Для меня достаточно того, что ты веришь, что это дракон. Но для других этого будет недостаточно.

— Знаю.

— Все будет хорошо.

Я сомневалась в этом, но все равно кивнула.

— Не убивай себя.

О, ради всего святого…

— Может, ты прекратишь с этим?

Он погрозил мне пальцем.

— Не делай этого. Я наблюдаю за тобой.

— Убирайся из моей машины.

Я сразу направилась в «Новый рубеж». Нейг был прав в одном: он был легендой. С годами легенды искажались. Они росли и развивались по мере того, как передавались из поколения в поколение. Все знали, что драконы копят сокровища, живут в горных пещерах, изрыгают огонь и убивают соперников. Но сколько из этого было правды, оставалось только догадываться.

Был ли вообще смысл пытаться исследовать? Большая часть того, что рассказал нам Дрест, считалась мифом. И это было искажено христианством. Когда христианство распространилось по Ближнему Востоку и Европе, священники поняли, что борьба со старыми языческими идеями обречет новую религию. Они слишком глубоко укоренились. Поэтому вместо этого христианство приняло их, включив в свои обряды, позаимствовав все, начиная с Рождества и Пасхи и заканчивая идеей бессмертной души, которая отделяется от физического тела после смерти. Христианство связало хронологию древней Ирландии с потомками Ноя и всемирным потопом. Ничто из этого не помогло бы разобраться в Нейге.

Я заехала на нашу парковку и загнала «Джип» на парковочное место. Моя машина была единственной. Дети и Кэрран уехали.

Я отперла дверь и вошла внутрь. С годами «Новый рубеж» стал моей крепостью. Как и мой дом, это было место, где я могла снять меч со спины. Я отстегнула ножны и бросила их на стол. Я открыла холодильник, достала кувшин с чаем со льдом и налила себе стакан. Я делала это сотни раз раньше. В ритуале было утешение, а я сегодня нуждалась в утешении, потому что дракон выбил меня из колеи.

Как, черт возьми, сражаться с драконом? Какого именно он размера? Если резьба на камне была масштабной, мы были по уши в дерьме. Я могла только представить разговор за столом Конклава. Итак, какие у вас есть доказательства существования этого дракона? Ну, в лагере друидов есть заросшая плита. Вы не можете увидеть эту плиту или найти лагерь друидов, но поверьте мне на слово. Тьфу.

Кто-то постучал в дверь.

— Войдите, — крикнула я.

Дверь распахнулась. Вошел рыцарь-подстрекатель Норвуд, за ним последовали два других рыцаря. Только их