Не пугай лису костями - Галина Васильевна Герасимова

Пятеро студентов в лазарете, один с нестабильной магией, и не факт, что она восстановится. Если его родители выкатят нам иск – а они его выкатят, поверьте – что мы будем говорить? Что мистера Гринта подвергли смертельной опасности исключительно из-за заботы о его здоровье?

– Нет, мы скажем о нарушении правил техники безопасности, – жестко отрубил некромант. – Пробовать самостоятельно запечатать на первом курсе алтарь – самоубийство.

Меднорог согласно закивал, подтверждая его слова.

– Я вообще удивляюсь, как это удалось нашим коллегам! Не будь они неразлучниками…

– Мастер Меднорог! Уж от вас-то я не ожидала такого пренебрежения правилами! – уязвленная тем, что ей перечат, высказалась Бешемель. – И вы, мастер Фальт!.. Утром мне показалось, вы были не меньше меня недовольны случившимся, а теперь защищаете?

Она взглянула на них с таким видом, будто преподавателям следовало немедленно устыдиться и начать осуждать Летти. Но к сожалению заместительницы ректора, шкура у них оказалась непробиваемой.

– Я не защищаю. Но менять программу из-за одной случайности – не слишком ли радикально? Некромантов с первого курса отправляют на реальный отлов нежити – что же, мне теперь за каждым ходить и сопли подтирать? – парировал мастер смерти.

Спор грозил затянуться надолго.

В конечно счете Летти отпустили, предупредив, чтобы никаких дополнительных занятий с мисс Грейвуд не назначала – для нее соберут комиссию для проверки знаний. Также строго-настрого запретили все дальнейшие выездные практики, пока не разберутся, кто виновен в случившемся. Летти спряталась ото всех в лаборатории, жалея об одном: ей нужно появиться на занятиях и выдержать первый курс, на этот раз без поддержки напарника. А до занятий желательно разобрать пресловутые травы, за которые ей досталось от миссис Бешемель.

По-хорошему, она давно должна была выпуститься с алхимического факультета: с учетом собственного разбитого в теплице огорода с редкими растениями, цена за которые превышала платное обучение (а Летти умудрялась получать стипендию!). Но формальности принятия в гильдию… Лисица вздохнула, вспомнив, что за эти дни так и не подготовила основу, а время неумолимо – оглянуться не успеешь, как надо будет сдавать зелье! Правда, без клыков нетопыря можно было не спешить, а дядюшка Рен пока не сообщал, что сумел их достать, но расслабляться не стоило.

В дверь поскреблись, и Летти, оставив недорезанные листья толокнянки, пошла открывать. На пороге, к ее удивлению, стоял Келлиан – подозрительно бодрый для того, кто ночью отдувался на кладбище вместе с ними. О том, что приключение не прошло бесследно, говорили разве что темные круги под глазами, но и они – неужели ей не показалось? – были тщательно замаскированы и припудрены. Келлиан выглядел возмутительно хорошо – а если вспомнить последние события, ненавязчивые знаки внимания и замечание Асфирь о романтической подоплеке картины, все это вместе наводило на размышления, что старался он ради нее.

– Так и знал, что найду вас здесь, – неподдельно обрадовался Келлиан. – Как вы себя чувствуете? Не пострадали? Вчера я даже толком спросить не успел…

– Неожиданная практика, да? Извини, что так вышло. И не переживай, со мной всё хорошо. Да и Мирт был рядом.

– Я бы тоже сумел вас защитить.

– Не сомневаюсь. Но тут надо было защищать студентов, и с этим ты справился на отлично. Серьезно, я подумывала, не поставить ли тебе зачет…

– Мисс Рекорти, мы же обсуждали. Практика не относится к занятиям по алхимии, – укоризненно заметил Келлиан, и Летти вздохнула. Она и не сомневалась. – Это правда, что Саманта на вас нажаловалась? – неожиданно спросил он. – Я слышал, как… Разное слышал, – он смутился и замялся, не желая выглядеть сплетником.

– Справедливости ради, жалобу оставил ее отец, мистер Грейвуд. Он усомнился в моей компетентности. Чтобы не быть голословными, Фальт предложил собрать комиссию.

– Для вашей аттестации? – ужаснулся Келлиан.

– Для проверки знаний Саманты.

– Хах! – парень выдал короткий злой смешок. – Вот уж она обрадуется…

– Я надеюсь, Саманта ответит не хуже, чем на занятиях, и меня не посчитают излишне доброй. Но хватит об этом. Ты зачем меня искал?

– Ах да! – опомнился Келлиан и вручил ей закрытый мешочек. – Вот, держите.

– Это что? – пахло травами. Летти с подозрением заглянула внутрь: повядшие цветки ночецвета, головник болотный, крестовик.

– Ты их когда собрать умудрился? – упавшим голосом спросила Летти. Представилось, как ради ночецвета парень пробирается мимо оживших мертвецов.

– Так вчера, просто отдать не успел. Мисс Рекорти, да не пугайтесь вы так, это еще до активации алтаря. Потом-то не до цветочков стало. Кстати, я тут подумал… Вы, наверное, не всё что хотели нашли из растений. Могу составить компанию, чтобы не скучно было. И вам напарника не дергать, и мне о растениях услышать полезно. Что скажете?

Что свидание на кладбище – дурацкая идея. Летти не любила вспоминать, как собственная любовь к зельям однажды стоила ей идеального свидания.

***

Несколько лет назад

Когда мама рассказывала об их с отцом бурной молодости, то частенько вспоминала поиски ночецвета на кладбище, закончившиеся сражением с химерой и ожившими мертвецами. Летти та история казалась безумно романтичной: