(не) Желанный муж для госпожи (СИ) - Анюта Тимофеева

померить наши платья. Я очень люблю маму, она замечательная! Но после смерти отца она всё ещё переживает, и некоторое время назад начала играть. Играть на деньги. Недавно я навещал их с бабушкой. Бабушка ничего не знает, и очень хорошо, потому что в ее возрасте такие потрясения очень опасны. И мама ничего мне не сказала… Но потом со мною связалась одна женщина. Как ты думаешь, чего она захотела?

— Ну?! — поторопил его. Вот ведь любитель драматических эффектов! Хотя неизвестно, что я бы делал на его месте. Вот тебе и балованный "золотой мальчик", у которого нет никаких проблем. — И чего от тебя хотели? Что вообще случилось?

— Мама в очередной раз проигралась, — послушно продолжил Марк. — Наверное, она хотела отыграться… В общем, она играла на свою фирму. А это единственное, что ей сейчас дорого! — сорвался он. — И бабушка не переживет просто!

— Надо сказать госпоже! — подытожил я.

— Ей только моих проблем не хватает, — бессильно махнул рукой "золотой мальчик".

— Ну, мои-то она решала, — теперь настала моя очередь невесело улыбаться. — Но от тебя что хотели? Заплатить собой? Сомневаюсь, что ты столько стоишь. Ничего личного, простая логика.

— Да уж, я слишком жизнью потрёпанный и не настолько молодой! — расхохотался Марк, чего я и добивался. — Я вообще сомневаюсь, что кто-то стоит таких денег.

— Нет, мне всего-навсего нужно дать доступ к своему компьютеру, — послушно продолжил он. — С моего компьютера есть выход на рабочее место госпожи, ну, и на все остальные компьютеры нашей сети. Всего-то нужно установить программу удаленного доступа, дождаться подключения и дать пароль. Все. Главное — потом зайти и стереть все следы. На меня никто не подумает. И долг погасят. Фирма остаётся у мамы.

— Зачем ты сейчас все это мне рассказываешь? — только и спросил я. Да, я, похоже, тупой, не знаю элементарных вещей. Думал, что для шпионажа нужно передать бумаги, или какие-то другие носители информации… А тут все так просто! Марк объяснил настолько понятно, что я и сам бы смог сделать нечто подобное.

— На тебя бы действительно никто не подумал, — подтвердил я. — Госпожа очень доверяет тебе.

— Вот именно! — с горечью заметил он. — Именно поэтому я ничего подобного не сделаю.

— Но ты, я смотрю, здорово разбираешься в подобных вещах, — почему-то меня взяло зло. Расслабились все, стали такими беспечными! А Марк, идеальный помощник и идеальный мужчина для госпожи, оказался опасным человеком. Конечно, он не виноват в этом… просто я снова завидую.

— Наверное, надо действительно сказать госпоже, — озабоченно произнес Марк, не догадываясь о моих раздумьях. — Пусть передаст полиции. Я, конечно, мало чем смогу помочь, но вдруг!

И тут я понял, что меня удивляло в этом разговоре.

— А ты не думал, что она просто избавится от тебя? — спросил, имея в виду госпожу.

— Нет! — уверенно ответил он. — Я боюсь, что госпожа начнет решать мои проблемы себе в ущерб. Будет переживать, может, предложит деньги…

— Марки, либо со мною что-то не так, либо с тобою, — ответил я. — Я бы так людям не доверял. Может, и зря.

— Две женщины, Рем! Две, и за каждую я готов отдать жизнь!

— Я тоже кое-что знаю из фильмов и книг, — заметил я. — Знаю, что шантажист никогда не остановится.

— Да, именно этим я и утешаю себя, — горько заметил Марк. — Тем, что я не предаю маму, а просто не позволяю сделать ещё хуже.

* * *

Алина

— Соглашайся! — уверенно сказала я.

— Но я ведь отказался! — ответил Марк, не понимая.

— Правильно, ты и не мог сразу согласиться, — терпеливо объяснила ему. — Ты испугался, к примеру. А потом подумал и понял, что жизнь матери тебе важнее. А с компьютерами мы что-нибудь сделаем. И твою маму и бабушку надо бы отправить куда-нибудь. Ведь мама сможет уболтать бабушку, сказать ей, что это путешествие, к примеру?

Мне обо всем этом рассказал Рем. Причем я не увидела в нем злорадства, как если бы он хотел уязвить соперника. Да уж, я не думала, что у Марка могут быть такие проблемы. Мне казалось, что у него идеально правильная жизнь, а единственное плохое, что случилось — это нападение в нашем гареме. Даже не спрашивая, я поняла, что семья у него любящая, и сыном расплачиваться никто бы не стал. А оно вот как оказалось…

Да, у Рема могло бы проскользнуть в глазах: "А я же говорил! Предчувствовал, что и у него найдется какой-то недостаток!" Но не проскользнуло. Он переживал, что они оба обременяют меня лишними проблемами, но утаивать эти проблемы было нельзя. За что я люблю своего брюнетистого "проблемного мальчика", так это за то, что он искренний. Если ревнует — значит, ревнует; если кого-то любит или защищает — значит, защищает и переживает за него.

И бедняга Марк! Это ведь ужас — иметь в семье игрока! Даже в нашей земной культуре женщина могла бы проиграться до серьезных долгов. А здесь, с учётом того, что она распоряжается всем имуществом — ай-яй, как бы Марку не пришлось носить маме обеды из нашего дома. Мне было бы не жаль еды, конечно. Мне просто самого парня очень жаль. Вряд ли он чем-то матери поможет, если даже их старшая женщина в семье — бабушка — не смогла на нее повлиять.

Получается, Марк — это наша бомба замедленного действия. И как эту бомбу обезвредить — непонятно. Но все же какой он смелый, раз доверился Рему и мне! Как хочется помочь и оправдать это доверие…

— Путешествие, путешествие, — между тем задумчиво проговорил Ремир, словно прокручивая в голове какую-то мысль. И, наконец, выдал:

— А если я попрошу бабушку? Ну, придется объяснить ей, конечно, зачем все это нужно, но уж там никто незаметно не подберется!

— Знаешь, мне нравится идея! — оценила я. — Твоя бабушка очень умная и здравомыслящая женщина. И рисковая, как я поняла — все бросила, когда приехала за тобой. А твоя родня, Марк? — спросила теперь своего расстроенного блондина.

Вот удивительно: планета "женская", казалось бы, мужчины могут вообще вести растительное существование, за них будут думать женщины. Но мои парни принимают решения и берут ответственность на себя получше, чем некоторые земные мужчины. И Марк расстраивается и из-за поступков матери — это понятно и логично! — и из-за того, что сам ничего поделать не может, вынужден огорчить меня.

— Это здорово! — просветлел лицом Марк. — Хорошо, что там играть мама точно не сможет, ну, и отвлечется! Ой, простите, госпожа, я не ответил! Бабушку я очень люблю, она замечательная! И все поймет, и