Эприлинн Пайк - Миражи

Папа засыпал его вопросами о работе стража, о детстве в Авалоне, об их еде. Потом он перешел к экономике в Королевстве фей, и Тамани растерялся окончательно. Когда мама наконец подала пирог, Лорел уже сидела как на иголках. Тамани не съел и половины того, что ему положили, хотя положили не так уж много. Лорел мечтала под любым предлогом вытащить его из-за стола, пока папа не спросил еще что-нибудь о ВВП Авалона или политической системе.

— Дай парню поесть, — нахмурилась мама, передавая папе огромный кусок тыквенного пирога со взбитыми сливками. Для Лорел и Тамани она приготовила два небольших блюдца сорбета из мороженых фруктов.

— Обычно после десерта мы смотрим фильм, — снова обратился папа к Тамани, — Составишь нам компанию?

— Вообще-то мы с Тамани собирались погулять, — вмешалась Лорел. — Как раз застанем конец фильма.

— О, и я не прочь пройтись, — сказал папа, поглаживая живот.

Лорел со стоном закатила глаза. Ох, эти родители! Схватив Тамани за руку, она почти что силой потянула его к двери, торопясь сбежать, пока больше никто ничего не сказал.

— Не терпится побыть со мной наедине? — подмигнул Тамани, когда дверь закрылась.

— Не могла себе представить, что все выйдет так глупо.

— Глупо? — искренне удивился он. — Я бы не сказал. Ну разве что поначалу. Но с новыми людьми всегда так. Поверь, все было гораздо менее глупо, чем я ожидал. Они классные.

Они бесцельно шатались какое-то время, пока Лорел не поняла, что ноги сами несут ее к школе. Вместо того чтобы свернуть, она направилась к футбольному полю и полезла на трибуны. Оказавшись наверху, она схватилась за перила, подставив лицо и волосы ветру. Тамани замешкался, но потом забрался следом.

— Жать, что у тебя все так вышло, — сказал он, не глядя на Лорел. — Я не рассчитывал на приключения, когда стал стражем. Некоторые до самой смерти не видят ни одного тролля. Ты должна была жить обычной жизнью в старом доме, вернуться в Авалон, когда унаследуешь землю, и… тогда моя работа была бы совсем простой.

— Джеймисон говорил то же самое. — Лорел взглянула на Тамани через плечо. — Что я жила бы обычной человеческой жизнью, а потом вернулась в Авалон. Наверное, ничего не бывает так просто, как мы надеемся.

— И дело не только в троллях. Неужели феи рассчитывали, что она уйдет из мира людей, не оглядываясь и не сожалея?

— Это правда, — согласился Тамани, — и все-таки я не теряю надежды.

Он придвинулся ближе, оперся на перила и, помедлив, приобнял Лорел и накрыл ее руку своей.

Лорел понимала, что надо бы отстраниться, но не могла. Не хотелось. Надоело сдерживаться! Она застыла, наслаждаясь прикосновением Тамани — живительным, словно свежий ветер.

Все было так естественно, что она не сразу заметила, как он прижался щекой к ее шее, затем коснулся ее губами. Он осыпал Лорел нежными поцелуями, словно умоляя девушку повернуться к нему и позволить сделать то, чего он безмолвно ждал. У Лорел перехватило дыхание. Тамани опустил руку ей на талию и мягко развернул девушку к себе. Он поцеловал ее в уголки рта и, вздохнув, приник губами к ее губам.

Собрав последние крохи самообладания, Лорел прошептала:

— Я не могу.

— Почему? — спросил Тамани, прижимаясь лбом к ее лбу.

— Просто не могу. — Она отвернулась.

Но он взял ее за руки и снова притянул к себе, глядя в глаза.

— Не обманывай, — ласково проговорил он. — Я сделаю все, что ты скажешь. Просто хочу знать почему. Почему ты так скованна?

— Я дала себе обещание… что-то решить. Когда мы целуемся, я не в силах думать. Мне нужна ясная голова.

— Я не прошу тебя принимать решение. Просто хочу тебя целовать. — Коснувшись ее шеи, он прижал ладонь к ее щеке, — А ты хочешь меня поцеловать?

Она еле заметно кивнула.

— Но…

— Ну так целуй. И завтра я ничего не потребую. Иногда, — добавил он, касаясь пальцем ее губы, — поцелуй — это просто поцелуй.

— Я не хочу морочить тебе голову, — слабым голосом отозвалась Лорел.

— Знаю. И рад этому. А сейчас мне все равно. Даже если ты больше никогда меня не поцелуешь — у нас есть этот день, — шепнул он, согревая ее своим дыханием.

— Я не хочу сделать тебе больно.

— Разве это может быть больно?

— Сам знаешь. Ты возненавидишь меня завтра.

— Я не способен тебя ненавидеть.

— Это не навсегда.

— Я не прошу навсегда, — сказал Тамани, — Только сейчас.

Лорел исчерпала все доводы. Ну, почти все. Но они не имели смысла, когда его руки крепко обнимали и ласкали ее, а губы манили к себе. Она наклонилась и ответила на зов.

ГЛАВА 31

Домой они возвращались в приподнятом расположении духа. Правда, хорошее настроение не помогало Лорел привести в порядок волосы.

— Почему ты не носишь в кармане расческу, как нормальный парень? — спросила она, тщетно пытаясь распутать узлы пальцами.

— Разве я когда-нибудь давал повод считать себя «нормальным парнем»?

— Один-ноль. — Лорел шутливо ткнула его в живот.

Он сгреб ее в охапку, прижав руки к туловищу, и закружил в воздухе, несмотря на протестующий визг. Тамани изменился: таким беззаботным она его давно не видела. Пожалуй, с того дня в Орике. Она долго была сосредоточена на себе, а ведь Тамани вся эта история вымотала не меньше. Зато сегодня, на целый час позволив себе расслабиться и быть собой, оба наконец-то смогли как следует отдохнуть. Лорел опасалась, что ее настигнет привычное чувство вины, однако ничего подобного не ощутила.

— Спасибо, что помог причесаться, — выдохнула она, ловя ртом воздух.

— Думаю, это гиблое дело.

Тамани поставил ее на землю.

— Увы, похоже, ты прав. Может, родители не заметят?

— А как же, — усмехнулся он.

— О черт!

— Что такое? — Тамани тут же насторожился и шагнул вперед, закрывая ее собой.

— Все нормально. — Лорел показала на машину, припаркованную перед ее домом. — Челси приехала.

— Это плохо? — растерялся Тамани, — Она ведь классная, разве нет?

— Классная. Но она все замечает и не забудет прокомментировать, — многозначительно сказала Лорел.

— Иди сюда. — Тамани снова притянул ее к себе. — Я помогу.

Лорел застыла, а он стал перебирать ее волосы, распутывая мельчайшие узелки, пока не разгладил их полностью.

— Ухты! — Лорел провела руками по длинным локонам. — Где ты так научился?

Он пожал плечами.

— Подумаешь, волосы. Идем.

Они зашагали к дому, не держась за руки.

Челси сидела у кухонной стойки с тарелкой тыквенного пирога и соскребала с него сливки.