Господин Грей (СИ) - Лавру Натали

– Мальчишка... – устало прокомментировал Хастад и обратился к доктору. – Если вы закончили, можете быть свободны.

Доктор кивнул переводя взгляд с Ольги на великана и обратно, затем направился к выходу. Ольга вышла его проводить.

– Так вы на самом деле та самая?.. – наконец, не выдержал сгорающий от любопытства доктор.

– Да, – улыбнулась Ольга. – Разумеется, вы помните, что подписали договор о неразглашении?

– Конечно-конечно... Просто ваш случай – первый в моей практике.

– Доктор, скажите, есть ли шанс, что к нему вернётся зрение и возможность самостоятельно передвигаться? – спросила она.

– Зрение – возможно. А вот ходить – вряд ли. Все мы знаем, что чудеса случаются, но тут они маловероятны. Увы.

– Ясно. Ждём вас через неделю, – сказала Ольга и указала врачу на машину с водителем.

До спальни она чуть не бежала, опасаясь новой встречи с Хасом. Начинать новую перепалку с сыном ей не хотелось.

К счастью, дом выглядел пустым, и по пути никто не встретился.

– Хастад? – позвала она и поцеловала его в щёку.

– Как изменится твоё отношение ко мне, если я навсегда останусь таким? – спросил он.

– Я буду любить тебя, как и раньше, – без раздумий ответила она.

– Прости меня, Хола... Я облажался.

– Мы справимся, – сказала она, держа в руках его ладонь.

Вдруг пальцы великана слегка дрогнули.

– Ох, ты чувствуешь мои прикосновения? – не веря своим глазам, спросила она.

– Угу, немного, – улыбнулся Хастад, затем закрыл невидящие глаза и сказал. – Я устал, сейчас отключусь.

Поговорить о будущем так и не удалось.

Ночь для Ольги была лишена покоя: Хастад, хоть и спал, но стонал во сне от боли. Приходилось прыгать от кровати к койке и обратно, потому что хотелось как-то помочь, облегчить страдания великана. Ольга сходила с ума от собственного бессилия, и утра ждала, как чуда.

– Хола… – тихо, едва слышно прошептал Хастад.

– Я здесь. Как ты себя чувствуешь?

– Пить… – попросил он, а когда утолил жажду, сказал. – Как будто меня всю ночь пытали.

– А зрение? Что-нибудь видишь?

Хастад поморгал, но перед глазами лишь плыли размытые пятна.

– Нет. Лучше расскажи мне, как обстоят дела холдинга?

– Это последнее, что должно волновать тебя сейчас, – уклончиво ответила Оля.

– Хола, если дать слабину, нас задавят. Прежде всего, пострадаете вы с Хасом. Так что нет, это первое, что меня волнует.

Ольге пришлось признать, что великан прав.

– Кто-то пустил слух, что ты либо при смерти, либо умер. Мне доложили, что в четверг акционеры устраивают тайное собрание, чтобы обсудить перспективы холдинга и дальнейшую стратегию развития. Они даже меня не поставили в известность… – она развела руками.

– Придётся их разочаровать, – сказал Хастад и цокнул языком.

– Каким образом?

– Приду на собрание, – как будто это само собой разумеется, сказал он. – Может, услышу что-то полезное. Кстати, где будет проходить собрание?

– Хастад! – не оценила юмора Ольга. – Ты едва не умер! Четверг – это послезавтра! Какое ещё, к чертям, собрание!?

– Так где, говоришь, оно будет и во сколько?

– Эх… – нервно выдохнула она и отчеканила. – В малом зале нью-йоркского офиса, в двадцать три часа по Москве.

– Хорошо, – Хастад улыбнулся, польщённый тем, что жена беспокоится за него. – Принеси мне, пожалуйста, поесть. Я голоден.

– Сейчас… Ох, я не успела ничего приготовить! – опомнилась она. – Ты подождёшь, пока я сварю или будешь то, что приготовил повар?

– Неси то, что есть.

Первую часть трапезы Хастад послушно открывал рот, затем ему надоело чувствовать себя беспомощным, и он сам взял в руки ложку.

– Я на удивление быстро привыкаю к слепой жизни, – прокомментировал он.

– Врач сказал, что зрение скоро вернётся, – поспешила обнадёжить Ольга.

– Не слушай никого и не доверяй никому, хорошо?

– Все доктора подписали бумаги о неразглашении… – не поняла подозрительности мужа она.

– Не будь такой наивной, Хола. Кто-то регулярно докладывает врагам о моём состоянии. Когда разберусь с акционерами, проверю домовых слуг и всех, кто контактирует с нами.

– Может быть, в Нью-Йорк полечу я? – предложила она.

– Исключено. И довольно об этом, – он повёл носом. – И вообще я чувствую себя грязным.

– Нет, Хастад, даже не проси! – поняла Ольга намёк.

– А я и не прошу, – ответил великан таким тоном, что сразу стало ясно: спорить бесполезно. – Знаешь, я как-то очень не хочу испражняться в эти трубочки, которые в меня вставлены.

Ольга сделала глубокий нервный вдох и попробовала воззвать к разуму больного.

– Что ты несёшь? Как ты планируешь до туда добраться? Ты парализован! У тебя датчики по всему телу!

– Я не настолько беспомощен, Хола.

– А если ты упадёшь, как я тебя поднимать буду? – не унималась она.

– Позовёшь кого-нибудь из серых, – ответил он. – И хватит паниковать. Я терпелив, но не настолько, – с этими словами он принялся бесцеремонно снимать с себя датчики.

Аппарат диагностики физического состояния тревожно запищал пронзительным раздражающим звуком. Ольга отключила его от питания.

Великан тем временем избавился от трубок и ждал, пока его койку отвезут в ванную.

Никого не пришлось звать на помощь. Хастад, орудуя одной рабочей рукой, справился с туалетом сам.

«Даже паралич не сможет приковать его к койке», – подумала Ольга.

Дальше великан потребовал, чтобы ему набрали тёплую расслабляющую ванну. Ольга уже не спорила, просто украдкой с тревогой поглядывала на мужа, который, сидя на своей койке, пытался одной рукой стянуть с себя больничную рубашку.

– Помочь? – предложила она.

– Да, там что-то зацепилось за шейный фиксатор… – наконец, удалось избавиться от одежды. – Спасибо, Хола. Постучи по краю ванны, чтобы я мог рассчитать расстояние.

Каталка только-только поместилась в ванной комнате и развернуть её было никак. Хастад переполз на край и плюхнулся в воду так, что Олю окатило водой с головы до ног.

– Извини. Я всё равно хотел предложить тебе присоединиться, – с хитрой улыбкой сказал великан.

– Если вдруг почувствуешь себя хуже, сразу говори, ладно? – с беспокойством в голосе ответила Оля.

– Расслабься. Я не хрустальный.

– Ты – живой, – напомнила она ему, раздеваясь и залезая в ванну.

– Как хорошо, что ты об этом вспомнила, – снова довольно заулыбался он. – Спина нещадно чешется. Потри меня, пожалуйста, мочалкой.

И Ольга принялась усердно растирать тело великана, спускаясь от груди к ногам. На середине пути она наткнулась на явный признак сексуального возбуждения своего мужа.

– Хастад! – воскликнула она удивлённо.

– Ничего не могу с собой поделать, когда ты рядом, да ещё голая, – пояснил он.

– Ты же меня не видишь?

– Мне достаточно чувствовать тебя.

– И… что мне с этим делать? – растерялась она.

– Удовлетворить моё желание. Иначе я не успокоюсь.

– Сомневаюсь, что это хорошая идея…

– А ты не сомневайся, – Хастад здоровой рукой притянул Ольгу ближе к себе.

– Ты точно уверен?

– Точно, – он закрыл глаза и улыбнулся. – У тебя появился уникальный шанс руководить процессом самостоятельно.

– Почему это уникальный?

– Потому что когда ещё тебе представится такая возможность?

– А если я сама захочу взять инициативу?

– Ладно, если очень захочешь, уступлю тебе, так и быть… Иди ко мне.

Как только их бёдра соединились, Хастад забыл, что ранен. Болезненные ощущения отступили, а на смену им пришло блаженство. Здоровой рукой он задавал темп и помогал Оле двигаться вверх-вниз. Её теплые ладони упирались в грудь великана, иногда соскальзывая ниже, к торсу, и от этого лишь сильнее приближали момент кульминации. Ещё чуть-чуть, и оргазм захлестнёт Холу… последние ритмичные движения, шумное сбившееся дыхание – и финал.